Электрик (СИ)
И похвалит тогда свое предчувствие уголовный вожак, что правильно раскусил меня.
— Что за дурацкие имена у вас там в Империи? — ржет старший с остальными стражниками.
Потом успокаивается и пренебрежительно смотрит на меня:
— Смотри, Флюгер! Если будешь вести себя правильно, покажешь, где стоят шалаши и где именно в них лежат раненые, тогда я оставлю тебя в живых и дочку твою тоже никому не дам тронуть, — ясно, что на историю с дочкой они тоже повелись.
И ведь снова врет, я это отчетливо чувствую.
Про мои талеры молчит, понятно, что теперь я должен спасать свою жизнь, даже не заикаясь об отнятом добре.
Я ему, конечно, верю до последнего слова всем своим видом, прямо так хорошо в роль вошел, что самому стыдно.
Все выходит пока, как я прикидывал и даже лучше немного.
— Если попробуешь взбрыкнуть, подать наемникам сигнал какой — тогда помрешь смертью страшной и лютой! И дочка твоя тоже умрет, но, совсем не сразу, еще вволю наслушаешься ее криков! Понял меня, Флюгер? Кровники они наши, парней наших положили, поэтому, сам понимаешь, пощады никому не будет, а вот ты можешь выжить!
— Вот ведь какой черт этот Кирил, одной ногой уже стоит в могиле, а все угрозами сыплет, недоносок доверчивый, — хочется рассмеяться мне, однако, я продолжаю играть свою роль.
— Понял, ваша милость, — покорно я киваю головой, — Я человек подневольный, как скажете, так и буду себя вести. Не пикну ни раз, будьте покойны. Только дочку спасите! Больше мне ничего и не надо!
Кольчуги, шлемы и прочие поножи с оружием стражники сложили на подводы, как только скрылись из виду со стен города и отобрали у меня деньги. Тут их можно понять, тащить по жаре на себе все это добро несколько часов — это суровое испытание для изнеженных городских жителей.
Кроме моей телеги прибавилась еще одна, на них и едут остальные стражники, давая передохнуть ногам, меня заставляют идти следом за первой.
Ладно, хоть пить дают вволю под жаркими лучами светила.
— Вон то самое дерево, ваша милость. Вон и ветки, которые я обломал вчера! — узнаю я знакомый ориентир.
— Готовьтесь, заходим в лес, — командует Кирил.
Теперь стража снова надевает броню и шлемы, разбирает свои копья и мечи, готовит арбалеты. Ладные такие машинки, дорогие и качественные, как я уже рассмотрел. От прежней расслабленности не осталось и следа, все хотят сегодня выжить и победить, чтобы и дальше радоваться жизни за столами в трактирах.
Телеги проезжают с нами метров двести в глубь леса, пока можно проехать и остаются стоять в ожидании результатов битвы. Возчиков с собой брать не стали, лишние свидетели доблестной страже ни к чему.
Лошадей привязывают тут же, по моим рассказам идти совсем не далеко от опушки леса до шалашей с ранеными.
Если сказать правду, что тут пути на пару часов, захотели бы тогда стражники так рисковать, забираясь в лесные дебри?
— Веди, — ткнул меня в спину копьем Кирил, — Все идем молча, чтобы ни одна зараза даже не пикнула! Кто рот откроет — половину денег потеряет! Рубим и колем всех подряд!
Страшная для стражников угроза подействовала, теперь мы, можно сказать, крадемся по лесу и начинаем понемногу подниматься на тот самый холм, про который я так подробно рассказал.
— Долго еще? — шипит на ухо старший через десять минут.
— Так это, ваша милость, сейчас спустимся, перейдем ручей и там еще столько же до стоянки, — шепчу я ему, уже собираясь брать его под контроль.
Арбалеты давно заряжены, городские стражники чувствуют себя в лесу не очень уверенно, цепляются за кусты оружием и тихонько ругаются сквозь зубы.
Была у меня мысль начать операцию около ручья, раньше так и договаривались, однако, сразу четыре заряженных арбалета теперь портят весь план. Здесь лучницам не так удобно будет всех врагов держать под обстрелом, когда они скрыты в низине у ручья. Поэтому я чешу голову привычным жестом, а потом еще чешу спину, что место встречи переносится к воображаемому лагерю, на ту самую поляну.
Надеюсь, что наемники с лучницами не проспали появление карателей по свою душу и готовятся к схватке.
Хотя, я никого из них не вижу, но, надеюсь, что опытные люди меня уже заметили. Ведь мы прибыли как раз в то время, на которое рассчитывали изначально, готовя план.
После ручья прошли еще метров двести очень густыми кустами и уткнулись в поляну. Не ту, где шалаши стоят, а ту, где решено встречать врагов во втором случае. Впрочем, именно здесь я и обещал показать шалаши страже, как раз после холма и ручья под ним.
Тут стражники идут один за другим по имеющемуся проходу в кустах, впереди четверо опытных воинов, а все арбалетчики позади. Они и Кирила не видят сквозь ветки, а уж меня точно подстрелить не смогут через кусты.
— Ну где здесь? Ты что, тварь, нам тут устроил? — ох, нехорошо смотрит на меня старший стражник, подтягивая мою веревку поближе к себе.
По моему рассказу должны уже были до лагеря добраться, только, кто же будет его располагать в получасе ходьбы от опушки леса. Опасно это для жизни разбойников, никто так рисковать не будет, вот это и осознал теперь старший стражи.
Что-то понял своим звериным чутьем, что не будет никакого внезапного нападения на раненых и ослабших воинов.
Что обманул я всех их с Капитаном Смолеттом вместе, а отдуваться за доверчивость придется именно ему. И его приближенным людям еще вместе с ним.
Не зря на своем месте старший стражи оказался, точно, что не зря, все же смог раскусить меня, пусть и поздно.
Я подхожу к нему поближе, когда шлепаю ему по сознанию этим переформатирующим ударом. С настоящим козлом получилось, может, и с этим тоже получится? Убивать так сразу пока не хочу, как и дебилом делать, есть к нему пара вопросов на будущее.
Теперь Кирил валится на лесную землю, шурша листьями, а я выхватываю веревку из его ослабевших рук. Потом прыгаю из кустов на поляну, старательно пригибаясь и бегу вдоль них же в сторону, чтобы уйти с открытого пространства.
Освобождаю место для обстрела лучницам и спасаю свою жизнь.
План был, честно говоря, совсем другой, да и не успели мы все так подробно с Тереком обговорить, поэтому приходится импровизировать на ходу. Руки у меня связаны сзади по-прежнему, в них только конец моей веревки, оружия нет никакого, значит, весь расчет на боевые возможности моих новых товарищей.
Посмотрим, как они себя проявят сейчас, пока каратели потеряли опытного предводителя и теперь тщетно пытаются до него достучаться. Его мне придется первым допросить и, если что, ликвидировать самостоятельно.
Кто-то из стражников остался с Кирилом, помогать ему прийти в себя, зато трое копейщиков бегут за мной, еще не поняв, что я вывожу их на линию огня.
На секунду становится не по себе, когда они выскакивают на поляну в лесу и бегут в мою сторону, чтобы попробовать догнать меня, а наши не стреляют сразу.
Но, вскоре свистят стрелы и я слышу бумканье луков, потом крики двоих смертельно раненых. Оставшийся сразу пытается запрыгнуть обратно в кусты, только, и его успевает найти стрела кого-то из лучниц.
Да, они представляли из себя отличные мишени, подставились на открытом месте и сразу потеряли половину отряда.
Теперь против нас остались только арбалетчики, они окружают старшего, как я понимаю и готовы защищать его.
Вскоре за моей спиной появляется Шнолль, он бросает свой щит на землю, одним движением своего меча разрезает веревки на мне и я наконец стаскиваю колючую, зараза, петлю с натертой в кровь шеи.
— Где остальные?
— Девки на той стороне поляны, с ними Вертун. Грипзих и Терек подбираются к ним сзади.
— Черт, у них четыре арбалета! Не стоит лезть на них так прямо, — говорю я ему.
Он тут же сует два пальца в рот и протяжно свистит, потом жизнерадостно отвечает мне:
— Я предупредил их. Четыре арбалета! Да это же отлично! Прямо куча денег! Жирная у нас сегодня добыча!
— Только их еще забрать нужно! Дай мне один меч! А то я совсем пустой!