Союз Преданных (СИ)

Перед глазами блеснул отсверк огненно-рыжих волос. Эдвин продирался сквозь толпу, как айсберг сквозь бушующие волны, почти не обращая внимания на танцующих, а на его лице было отрешенное и немного раздраженное выражение. Наконец, он приблизился к Доминике и тихо спросил:
— Все нормально?
— Вполне, да, спасибо. Мило, что ты поинтересовался…
— Тебе одно слово, а ты — десять, — устало потер виски мужчина.
— Почему не танцуешь? — перевела разговор Доминика. Они отделились от толпы и отошли к столам для горожан. Усталые ноги принцессы и взмокшая спина благодарно заныли, согретые кострами и наложенными Куно чарами. «Сколько сил он потратил на все это колдовство? И как он умудряется вообще стоять на ногах?» — подумала про себя принцесса.
— У меня здесь другая задача: смотреть, чтобы ни с тобой, ни с Ладвигом ничего не случилось. Мне показалось, что у тебя были проблемы.
— Все в порядке, мы просто танцевали.
— После пляски Ойдше проснуться в чужой койке проще простого, — хмыкнул Эд. — Ладвиг не предупреждал?
— Должно быть, забыл, — поджала губы Доминика. — Ты его не видел?
— Хотел спросить о том же.
— А я тут при чем?
— При том, что ты трешься при нем, — едко произнес он.
— А ты его друг, — стиснула зубы принцесса, затем сжала кулаки и обернулась к нему. — И вообще, все, что произошло на совете…
— Я просто издеваюсь, — вдруг усмехнулся Эд и положил руку на ее плечо. — Ладвиг всегда делает все по-своему, и раз уж он решил на тебя положиться… Надо сделать так, чтобы ему это не вышло боком.
— Ладно, — хмыкнула Доминика. — Не знаю, с чего ты решил сменить гнев на милость…
— Я все еще тебе не доверяю, ты здесь чужая. Но у нас есть проблема похуже тебя — мелкой сучки нигде не видно.
— Кого?
— Княгини Элизабетты, — выплюнул Эд.
— Ты ко всем женщинам относишься так уничижительно?
— Нет, только к тем, от кого проблемы. А от нее их более, чем достаточно. Ты же знаешь историю с похищением? Она сама его подстроила, уговорила Ладвига увезти ее, клялась в любви и говорила, что боится за свою жизнь, а потом сдала его Ирвину и Фредерику, как трофейного кабана, вместо того, чтоб признать свою блядскую натуру.
— Я эту историю слышала немного иначе.
— А какой князь допустит, чтоб его жену величали шлюхой? Хотя Фред бы так и так на ней женился, на ее приданое можно было целую армию вооружить, чтобы не брать солдат Ирвина. Но бабенка и ему мозги запудрила, никто не знает, куда те деньги делись.
— Поэтому армия Фредерика зависит от Ирвина, и он вынужден соглашаться с твоим братом, — закончила Доминика.
— Это уже политика, тут я не силен.
— Ну да, конечно. Эдвин, — ее рука легла на его плечо, — у нас с тобой много общего. Ты — несостоявшийся князь, я — опальная принцесса. Но как бы мы ни пытались бежать от правления, от нашего предназначения, оно будет преследовать нас, как проклятье.
— Мое держится от меня подальше. А вот ты от своего не очень-то и стараешься скрыться. Может, тебе дать пару уроков?
— И чем я, по-твоему, буду заниматься?
— Для начала можно сидеть тихо и не высовываться. Затем можешь попробовать заниматься чем-то новым. Никогда не пробовала носки вязать? Или расшивать гобелены?
Доминика усмехнулась и слегка ткнула его под ребра. Эдвин ответил сдавленным смешком и остановился возле одного из костров, от которого тянулась цепочка из двух пар шагов. Мужчина напряженно прислушался: на секунду его глаза сверкнули желтым, уши заострились, из-под губ показались острые клыки. Через мгновение он принял свой обычный вид.
— Он там не один, — напряженно проговорил Эд и направился в заросли деревьев. Доминика подобрала юбки и последовала за ним. Снег хрустел под ногами, за пределами поляны их тут же сковал мороз, но Эдвин его словно не замечал и продолжал пробираться дальше, в темень, гнездившуюся в переплетении ветвей.
На очередном шаге он замер и поднял руку. Доминика остановилась — поблизости раздавались шаги, тяжелое дыхание, голоса…
— … Фред, я могу и ошибаться, ты же меня знаешь. Это мог быть и не Ладвиг, а кто-то из слуг, но я был уверен, что видел его с твоей женой, они шли в рощу.
 
— Элиза сказала, что ей плохо, слуги должны были отвести ее в замок, — торопливо отвечал Фредерик. Эдвин рядом с Доминикой скрежетнул зубами.
— Может, он решил помочь. Ты же знаешь Ладвига, он не оставит даму в беде. Да и чего тебе бояться, Элиза носит твоего ребенка. В этот раз уж точно…
«Сукин сын», — прошипел Эдвин и развернулся в сторону идущих, но Доминика тут же повисла на его руке и жестами приказала ему идти в сторону Ладвига. Эд недоверчиво помотал головой, но принцесса, не дожидаясь его согласия, развернулась и побежала вперед, туда, где сквозь лес пробирались Ирвин и Фредерик.
Шаг, другой сквозь глубокий снег и низко свисающие ветви. Вскоре Доминике показалось, что она видит сияющие пятна двух пар глаз, как у сов. Она оступилась и упала на землю, пронзительно взвизгнув, и принялась громко, тяжело дышать. Глаза уставились на нее. Доминика выждала несколько секунд и, наконец, позвала на помощь. Мужчины двинулись в ее сторону. Принцесса села, подобрала под себя ноги, стараясь не обращать внимания на мокнущее от снега платье, и громко крикнула в темноту:
— Кто здесь? Ладвиг? Ладвиг, это ты?
Шаги приблизились, раздался короткий смешок.
— Нет, принцесса, я лучше. Но мы можем пойти его поискать, — хмыкнул Ирвин, остановившись в паре шагов от нее.
— Князь Ирвин, князь Фредерик, — она смущенно заозиралась по сторонам, попробовала подняться, но вскрикнула и снова упала обратно в снег. Фредерик сделал шаг вперед.
— Что случилось? Больно?
— Немного, — отмахнулась принцесса. — Нога. Я не заметила корягу, немного зацепилась.
— Убегала от кого-то? — хмыкнул Ирвин.
— К кому-то, — невинно хлопнула ресницами девушка. — Кажется, я пришла не к тому дереву. Никак не привыкну к разнообразной природе здесь, на юге с этим проще, у нас сплошная пустыня.
Мужчины переглянулись. Фредерик расстегнул свой плащ и накинул его на плечи принцессе.
— Обопритесь на мое плечо, вас надо вернуть на площадку, там чародей или целитель осмотрят.
— Давай я, — подал голос Ирвин и, не дожидаясь согласия, поднял Доминику на руки, зачерпнув вместе с ней добрую горсть снега. — Иди ищи жену.
— Разве княгиня не со всеми гостями? — подала голос Доминика.
Фредерик бросил гневный взгляд на Ирвина. Тот лишь усмехнулся.
— Не смущайте нашего князя, он очень переживает и не хочет потерять свою верную супругу, — промурлыкал он. — А дама в положении может и натворить дел.
— Давай вернем принцессу к гостям, — пресек его Фредерик. — Я доверяю своей жене. А вот тебе с твоей ношей нужен кто-то, кто будет вместо тебя смотреть под ноги.
Ирвин усмехнулся и кивком предложил Фредерику вести их небольшую процессию. Они двинулись обратно, к мерцающему между деревьями свету костров. Ирвин шагал тяжело, Доминика чувствовала, как у нее начинает кружиться голова от качки и кислого запаха пива, исходившего от Ирвина. Возможно, стоило предложить ему еще вина — при южном дворе наложниц часто подсылали, чтобы напоить одного из дуэлянтов. Она одернула себя. Пока ситуация была не самой ясной, и поддерживать кого-либо из князей по умолчанию было бы недальновидно. Но вся эта ситуация с княгиней попахивала попыткой устроить Ладвигу еще больше проблем, пользуясь его дурной славой.
— Я слыхал, что южные девы исключительным образом пекутся о своей чести, — нарушил тишину Ирвин. — А ты прямо живое опровержение: ускользнуть с пира, отправиться на тайное свидание…
— На севере и дышится легче, что уж говорить о соблюдении приличий, — уклончиво ответила Доминика.
— А уж с нашим Ладвигом поблизости ни одна женщина не устоит, — поддакнул князь Гряды. — Но если я могу дать тебе один совет, то вот он: Ладвиг — тот еще лис в медвежьей шкуре. Он хитер, находчив, и любую ситуацию может обернуть так, чтобы оказаться в ней жертвой. Если ему не понравится, что ты делаешь, то ты навсегда станешь его врагом. Я это знаю, как никто. Я был его другом, но когда я попытался помешать ему с Эдвином вернуть Фреду его законную жену, то я стал самой последней тварью по его мнению. Правда же, это несправедливо?