Продавец басен (СИ)
Догнала меня Мамаша круге на пятом — когда наши уже сняли с нее половину здоровья. Она с ревом сгребла меня в охапку, прижала к потной груди и развернулась к нашему отряду, задрав саблю
— Всех порешу, кто моего зайчика обидел!
— Через два процента переход ко второй фазе, всем занять места!
Вися вниз головой у бедра великанши, я видел, как наши начали карабкаться на пирамиды гнилых ящиков; изогнувшись парализованной змеею и взяв Мамашу в фокус, я сумел обновить на ней сглаз и приворот.
Вторая фаза заключалась в том, что мамаша топала ножищей — и резонансным уроном ломала кости всем, кто касался в этот момент земли. Поэтому те, кто находились на ящиках — были в безопасности, а Ева и Акимыч, стоявшие в лужах, подпрыгивали и повисали на свисавших над лужами не то корнях, не то лианах. После топота мамаша вздыхала и начинала наливаться огнем, чтобы скастовать свой коронный «бомбаж» — заклинание, заливавшее огнем всю пещеру, и чтобы не дать ей его скастовать, использовались стоящие в лужах древние ручные насосы — под струями воды великанша утихомиривалась и принималась опять бегать за игроками, пытаясь попасть по ним то саблей, то, увы, мною. Тот, за кем она гналась в этот момент, старался убежать, а остальные неслись за Мамашей, побивая ее шпагами и молотками, кусая за икры и кастуя заклинания.
— Отлично, — сказала Ева, когда мамаша с грохотом распласталась рядом с люком. — Никто удивительным образом не сдох. Если бы тебя в ее руке не было, она могла бы арбалет достать, а тот выстрелом даже мне четверть жизней сразу снимает. У тебя чего-нибудь прокачалось, Ним?
— Да нет. Опыт только подрос, больше тысячи дали.
— Ну да, ты же урона никакого не получал. Ничего, будет тебе сейчас много-много урона.
Сундук, обнаруженный в комнатке под люком, содержал сотню золота, несколько бутылок старого рома и молот с бонусом к лечению, который был торжественно вручен Лукасю, благо Ева решила «делать ему раскачку под паладина, хотя паладин из него — как из куры петух». В комнатке на стене висел и большой ржавый ключ, открывавший проход к «тайной тропе контрабандистов».
По зажатой между скалами тропе мы кое-как пробивались наверх, так как за каждым углом нас поджидала тройка головорезов, вооруженных кто луком, кто саблями, а кто и замершим на кончиках пальцев огненным шаром. Я, как и положено танку, шел впереди и встречал все эти подарки судьбы грудью, а когда полоска жизней у меня скатывалась в оранжевую, а то и в красную зону. Ева отталкивала меня и сама в пару приемов изничтожала нападавших. Потом я сидел и жевал бутерброды со спрутятиной, а Лукась старался меня исцелять и иногда у него даже получалось случайно восстановить пару очков жизни. Акимыч увлеченно обирал трупы. Сиви крутилась, пытаясь догнать свой хвост, ловила бабочек и вообще была явно довольна жизнью. Ева придирчиво рассматривала мои параметры, особенно в части роста сопротивлений, стойкости, выносливости и терпеливости, по ее подсчетам, все это у меня росло слишком медленно и категорически недостаточно, но, ничего, на последнем боссе должно хорошо накинуть.
Один из фаерболов неожиданно прилетел по Сиви и лисичка ойкнула, растянувшись на тропинке. После чего я устроил забастовку. Я объяснил, что мы, трое игроков, фактически бессмертны, на Лукасе все время висит сфера неуязвимости, и только одна Сиви действительно рискует тут своей чудесной шкуркой.
— Нимис, — устало сказала Ева. — ты когда-нибудь своей Сиводушке хотя бы пинка пытался дать?
— Чего⁈
— Ничего! Я всем устраивала спарринг, у неписей уровни скрыты, но, по моим ощущениям, у твоей Сиводушки уровень — выше моего! Ее поленом не перешибешь, и в этом инсте она практически бессмертна. Другое дело, что с ее слабеньким интеллектом и выхолощенной программой она воевать толком не может или не хочет или я уж не знаю что. Не волнуйся, мы все поляжем и сгнием, а твоя лиса накинет режим невидимости и весело поскачет домой! Не веришь? Сив, ну-ка скажи ему!
Сиви обернулась девушкой, поправила растрепавшийся локон и улыбнулась мне.
— Ева правду говорит. Меня трудно убить. Мы живучие.
Второй босс оказался рубакой с кинжалами, которыми он махал со скоростью взбесившейся мясорубки. Я думал, что болью в этой игре меня уже не напугать, но тут у меня аж слезы из глаз брызнули и я забыл, как дышать — и ровно через пять секунд Ева откинула меня от него,и влупила по боссу такую электроканонаду, что контрабандист изумленно икнул и сдох, не успев перейти ни в какие фазы.
— Круто, — сказал Акимыч. — А чего мы тут возимся, если ты одна весь инстанс за пять минут таким макаром пройти можешь?
— А посмотри, сколько ты опыта за него получил?
— Десять очков, — вздохнул Акимыч.
— Вот именно, при такой разнице в уровнях штрафы огромные. Так что я только на подстраховке и пуляюсь иногда всякой мелочью.
Из трупа нам выпала только пустая бутыль и десять серебряных монет.
— Пока этого только так и будем проходить, увы, Нимис его танковать не сможет. А вот когда сможет — значит, мы готовы идти на верфь! И, Нимис, я понимаю, как тебе больно, но чем выше параметры, тем будет проще. Ты не один такой, самые лучшие танки часто качаются без брони — это мучительно, но так быстрее.
Третий босс обретался на разрушенном корабле, каким-то образом занесенном на вершину горы. Сперва долго пришлось мучиться с командой его матросов — все они были магами воды, но урон своими «всплесками» и «волнами» наносили несильный, их задачей было сбить нас с палубы, чтобы хоть кто-то из наших выпал с корабля, обратно на тропу — после чего бой нужно было запускать заново. Пока все научились цепляться за мачты и не торчать напротив пробоин в корабле, прошло не меньше часа, и за этот час я прокачал сопротивление воде на пять единиц, что Ева, наконец, сочла хорошим результатом. Сам босс бил в меня молниями, относящимися к магии воздуха, и изредка давал мне оплеухи голыми руками, от чего я терял контроль над персонажем и начинал бродить по каюте, пока босс бегал за моими сопартийцами, раздавая тем пинки. Придя в себя, я пил зелье лечения и снова сводил босса с ума приворотом.
Сопротивление воздуху достигло трешки, когда Акимыч последним движением шпаги выбил из босса дух.
— Хорошо, — сказала Ева, забрав из трупа девяносто золотых и пару кожаных сапог. — Пять минут отдыхаем, вниз — и по новой!
К ночи мы успели пройти «Логово контрабандистов» шесть раз. Ева — чудовище.
Глава 9
Лишь через три дня Ева неохотно согласилась дать нам день отдыха — сама при этом удалилась в реальность, пообещав «всерьез засесть за религиозные вопросы». По-хорошему, стоило бы посвятить этот день рыбалке, так как даже выбитый из Мамаши синий арбалет, проданный Евой на аукционе за триста золотых, не сильно приблизил день основания нашего клана, все-таки лут от контрабандистов шел скромный. Но мы решили просто погулять: поесть в нормальном трактире и, возможно, посетить театр: афишами о гастролях в Мантисе столичных трупп даже наша окраинная улочка была в последнее время увешана. Сиводушка в новом чепчике и платье с оборками была очаровательна, остальные тоже надели все чистое, а кое-кто и баню посетил. Вообще в нашем домике была крошечная комнатка, именуемая в договоре аренды «мыльней» — и чисто теоретически, очень теоретически, она подходила для банных процедур. В мыльне был таз с кувшином — точно такой же, как в каждой из спален, но там же имелся еще и каменный пол со стоком, кроме того здесь обретались еще два арт-объекта, заставлявшие предположить, что до нас домик арендовал не непись, а игрок. Во-первых, потрясающего вида резной трон со встроенным в сиденье ночным горшком — это ладно, возможно, это и в русле местных традиций. Но вот подвешенные над стоком на веревочках две жестяные лейки явно несли отпечаток земной культуры. Как ими пользовался создатель этого удивительного душевого приспособления — загадка. Во-первых, воду туда требовалось сперва натаскать из фонтана на улице. Во-вторых, нужно было подогреть эту воду в котле на плите — ну, или уговорить Еву пошвыряться в бадьи фаерболлами, второй способ был куда утомительнее. Затем, стоя на стремянке, можно было наполнить из тяжелых бадеек вертлявые лейки. Ну, а потом все просто — ты раздеваешься и начинаешь дергать лейки за веревочки: с грохотом они сшибаются, раскачиваются, иногда плещут куда ни попадя водой, а если ты высокого роста, то есть шанс еще и схлопотать по башке носиком удачно перевернувшейся лейки.