Землянка на десерт

– Туссен мутный тип и бабник. Вечно на практиках всех техников перещупает и перепробует. Одним словом, золотой мальчик, который слишком много о себе мнит. – Руна оглянулась, нет ли лишних ушей в раздевалке, и продолжила шепотом: – Я вообще подозреваю, что от напарника он сам избавился. Он часто ругал Пеко и сваливал на него все неудачи. Ты же видела, как мы работаем. Если кому-то в напарники не достался партнер, те учатся управлять джейлом. Ведут прикрытие. Получается такая боевая двойка. Но Туссен всегда мечтал иметь в напарниках настоящего псионка. Однако с его паскудным характером мало кто хотел с ним работать. И в тот момент, когда появляешься ты, Пеко получает травму, а тебя перекидывают на второй курс. Странные совпадения. В общем, держись от него подальше!
Я ужаснулась, неужели Туссен и правда так далеко зашел?!
На следующей паре мне помогал Вейнар. На этот раз у меня выходило лучше, и я так не позорилась. Не знаю, что помогло: может, отдых, а может, то, что я хоть немного пообщалась с ангелочком. После занятия я все же решилась и предложила парню своей мечты напарничество.
– Нет, – отрезал Вейнар и без пояснений просто пошел в раздевалку для парней.
– Что?!
Я стояла, словно меня поразило громом. И хоть Руна предупреждала о таком исходе, где-то в глубине души я надеялась, что Вейнар согласится.
– Ей, цыпа. Я прислал тебе запрос на напарничество. В отличие от этого придурка, я свободен и согласен, – протянул Туссен и послал мне воздушный поцелуй.
– Только через мой труп, – прорычала я и показала парню неприличный жест.
Развернулась на пятках и пошла переодеваться, так как дальше у меня была самоподготовка, и сидеть потной в библиотеке не самая хорошая идея. Именно в этот момент меня поймал Коле.
– Фух, я наблюдал за твоей практикой. Значит, ты псионик-абсолют и у тебя мало опыта. Создать уникальное оружие для псионика-телекина – мечта любого мастера! – восхищенно воскликнул он.
Я же потупилась. Никак не могла свыкнуться с тем, что получаю комплименты на пустом месте. Это походило на то, как бабуля хвалит внучков за то, что они выросли, много кушают и хорошо себя ведут, – за обычные вещи, природные данные, к которым никто не прилагал усилий. Куда приятнее, когда тебя хвалят за вещи, которых достиг с большим трудом. Например, сдал экзамены, выучил сложный прием и т.  п.
Дальше Уколе Фоллес еще несколько минут восторженно и в красках расписывал мне детали будущего оружия, а я мысленно уплывала куда-то далеко.
– Так какого цвета его сделать? – переспросил Коле и пощелкал пальцами у меня перед лицом.
– Красный! Делай красного! Уверена, Кере пойдет! – решила за меня подруга.
Она уже переоделась и с интересом рассматривала протеже Рыркова. А лыжня так и замер с приоткрытым ртом. Его взгляд потерялся где-то в районе ее бюста. Интересно, что механик был выше не только меня, но и Руны. А подруга была ростом под два метра.
– Да, – подтвердила я, прерывая их гляделки. Уточнять, что именно будет делать механик, не стала. Не хотела обидеть парня своей невнимательностью. – Уколе Фоллес, познакомься, это моя почти сестра Мерунара. Коле, как ты уже поняла, делает мне уникальное оружие.
Парень протянул руку для рукопожатия, но та отказалась. Странно прищурилась и вообще выглядела будто коршун на охоте.
– Коле, делай как знаешь, полностью доверяю тебе! – махнула я рукой и оставила эту парочку наедине.
– Так, значит, ты механик? – начала допрос Руна.
Я решила не вмешиваться, пусть сами разбираются. А у меня и так головной боли достаточно. Не хватало еще, чтобы и мне досталось.
Я переоделась и пошагала в библиотеку за новыми учебниками и пособиями, когда услышала знакомые голоса.
– Не смей предлагать Кере себя в качестве напарника! – угрожал Вейнар.
– Что хочу, то и делаю! Тебя это никак не касается, моделька ты наша! Ты мне не указ! Лукерья – свободная девушка и может сама выбирать, с кем ей быть. Тем более что ты ей отказал!
– Да я тебе… – прорычал Вейнар, и послышался треск.
 
– Что, еще раз руки сломаешь? – насмешничал Туссен. – Так давай? Только на этот раз ты не отмажешься, понял? Я тебя засужу. Тебя и всю твою семейку! И тогда уж точно мне никто не помешает поразвлечься с милой сладкой земляночкой, – засмеялся Туссен.
Снова послышался рык, стук и тяжелые шаги. Я прижалась к стене. Вот же черт! Вейнар явно заботится обо мне, но всегда сторонится. Если я ему нравлюсь, почему мы не можем быть хотя бы друзьями, напарниками?.. Не понимаю.
На обеде меня снова встретила Озела и подкинула к моему рациону еще какие-то батончики и добавки. Я с трудом представляла, как смогу столько в себя впихнуть. От усталости просто не находилось сил жевать.
Друзья же с нетерпением ждали нашей встречи, и едва я села за их столик, закидали вопросами. Общение с ними стало настоящей отдушиной. На часик отвлечься от проблем и просто поболтать с друзьями – большое счастье!
– Ты же понимаешь, что мы тоже будем переводиться на курс к тебе? – вдруг выдал Неттинар.
– Да бросьте, это очень сложно! – попыталась я их отговорить.
Им вовсе не обязательно проходить все те же мучения, что и мне.
– Не сложнее, чем тебе! – хлопнула ладошкой по столу Элоши. – Мы поговорили, решили, что хотим. Кстати, не забудь, после пар идем к ректору на ковер!
– Да, помню. У меня сейчас еще индивидуальные занятия с Кульвером, – посетовала я.
Все сочувственно вздохнули.
Я же собралась с духом и пошла. Ну, что со мной может случиться, когда рядом Рейко?!
  
Глава 17
 
Индивидуальное занятие по истории проходило в аудитории на четвертом этаже. Кульвер сидел откинувшись на спинку, положив ноги на стол. Словно он тут ждет меня битый час и так устал, что задремал. А я пришла вовремя, не задержалась ни на минуточку! Раздраженно постучала по его столу.
– Добрый день, профессор! – громко поприветствовала я бывшего куратора.
Кульвер даже не повел бровью. Отношения с ним у меня сложились напряженные. Профессор в принципе не ладил со студентами, но после инцидента этот вис стал еще более строг ко мне и требователен. Спрашивал почти на каждом занятии, цеплялся к мелочам. А когда смекнул, что я готовлюсь ко всем парам, то начал с издевкой уточнять при любом удобном случае: «А что вы, Анисимова, думаете по этому поводу?» Его уроки стали для меня невыносимы.
Я опустилась за парту напротив него и достала свои принадлежности. Когда прозвенел звонок, Кульвер потянулся и открыл глаза, широко зевнул и произнес:
– Не сбежала? Жаль, жаль. Я так надеялся!..
Я улыбнулась, молчаливо посылая его. Сбежать? И дать повод этому тирану нажаловаться на меня?! Ни за что!
Профессор вытащил из кармана сложенный лист, развернул и начал рассказывать мне следующий материал по программе, потом внезапно остановился на полуслове и произнес:
– Слушай, девочка. Вот смотрю на тебя и понимаю: не сработаемся.
Я отложила ручку, прекратив записывать лекцию, и поглядела на этого спесивого болвана. А то сей факт был непонятен раньше?! Мне все стало ясно, когда он потянул свои железные лапищи ко мне, юной студентке, приняв за какую-то ночную бабочку. Но я же терпела и не жаловалась. Вслух, естественно, я этого не произнесла, боясь раздуть скандал, ждала, что он скажет дальше.
– Просто находясь рядом и вдыхая твой аромат, я больше, кроме как о постели с горячей цыпочкой, думать ни о чем не могу. И в роли той самой горячей цыпочки представляю тебя.
Я машинально подхватила учебник и прижала его к себе, защищаясь. Вот же идиот! Кто о таких постыдных вещах напрямую говорит своей студентке?!
– И если бы ты еще подсластила мне пилюлю…
Он многозначительно посмотрел на меня, облизнул губы и приоткрыл рот так, что я увидела красивые белоснежные клыки.
Одна его наглая ручонка потянулась ко мне. Я подскочила со стула и шарахнулась в сторону, одновременно ударив по этой наглой загребущей лапе.