Фолиант для демона (СИ)

— Д-д-д… — , пытался, что-то сказать мужчина.
— Я буду приходить к тебе каждую ночь и если Пьер, ты будешь пьян, — ласково продолжал шипеть Ахерон. Как же он был доволен. Демон упивался дрожью тела несчастного Пьера, искаженным лицом от неподдельного ужаса, отчаяньем в глазах. — То мы снова встретимся и это будет совсем другая беседа. Ты понял меня?
— П-п-п…, - старался произнести бедный пьяница. Ахерон отпустил жертву и мужчина упал на стул, а демон ласково погладил черными когтями щеку Пьера и сменил облик. Теперь перед отцом Элен предстала мертвая супруга.
— Я люблю тебя, Пьер, — сказал нежным голосом Ахерон, — я родила тебе троих девочек, а ты забыл о них.
Бедный вдовец затрясся еще сильнее, из его глаз потекли слезы.
— П-п-прости м-м-меня, — мужчина протягивал руки, удаляющему демону, а Ахерон, наслаждаясь произведенным эффектом, покинул дом своей помощницы. Выйдя на улицу, он с тоской взглянул на звездное небо, грустно улыбнулся и так же бесшумно пошел по улице маленького французского городка в свой антикварный магазин.
* * *
Это было странное утро, но самое прекрасное спустя год после смерти мамы. Отец разбудил меня и сестер, едва рассвело. Он целовал каждую из нас и просил прощения, а мы сонные не сразу поняли, что происходит, а потом уселись на одну кровать и прижавшись к отцу, рыдали в четвером.
Когда все немного успокоились, я заметила длинную и глубокую царапину на лбу у папы. На мой обеспокоенный вопрос он махнул рукой, но я все же сбегала за спиртом и обработала рану.
После с девочками удивленно наблюдали пока завтракали, как отец собрал в мешок пустые бутылки, а также вчера купленный и недопитый виски. Взгромоздил его себе на плечо и погладив ласково младшую дочь, весело сказал.
— С сегодняшнего дня начинаем новую жизнь. Больше в нашем доме не будет ни одной бутылки алкоголя, — и пожелав нам хорошего дня отправился на работу.
— Элен, папочка больше не будет пить? — тоненьким голоском спросила самая младшая сестра.
— Надеюсь, что так, Клэр, — пожала плечами, больше я не верила в чудеса и розовых очков у меня тоже больше не было. Но чудеса продолжались. На пороге магазина меня встречал Жером. Искренняя улыбка и восхищение в серых глазах сделали свое дело. Я позволила маленькой надежде появиться в душе, что все теперь будет хорошо.
До обеда Жером помогал мне в магазине. Мы беседовали о Париже, книгах и антикварных вещах. Через некоторое время я поняла, что молодой человек мне нравился, но самое приятное, я знала, мои чувства были взаимны. Внимательный взгляд Жерома или, как он лишний раз старался коснуться моих пальцев, когда помогал разбирать коробку с книгами. Я подавала ему древние писания, а Жером ставил их на полку.
После совместного обеда с месье Саваром молодой человек закрывался с хозяином магазина в кабинете и мужчины занимались переводом египетских писаний, а я помогала мадам Бенуа убирать посуду. Сначала женщина недовольно поджала губы и сказала, что это совершенно не моя обязанность, но я ответила.
— Мне совсем нетрудно, мадам, а вам лишний раз не подниматься по лестнице.
С тех пор с мадам «мопс» у нас установились более-менее дружеские отношения и хоть она все так же не была со мной особо разговорчивой, но теперь хотя бы не встречала меня недовольным видом.
А чудеса продолжались. Вечером Жером провожал меня до дома, по дороге мы встретили неспешно прогуливающую чету Лавуан. Филипп враждебно разглядывал Жерома, а я с гордым видом и вежливой улыбкой проходила мимо.
— Странный месье, такое ощущение, что он хочет испепелить меня взглядом, — заметил Жером и пристально посмотрел на меня. — Ваш знакомый, мадемуазель?
— У нас маленький городок и все друг с другом немного знакомы, — весело отвечала я, довольная что увидела, как злился Филипп. Поделом ему. Пусть бывший жених не думает, что я до сих пор страдаю из-за него.
— И кем приходиться вам этот месье? — настороженно поинтересовался Жером и в его голосе я услышала еле сдерживаемый гнев. Прямо посмотрела в серые глаза и честно произнесла.
 
— Никем.
Молодой человек некоторое время изучал мое лицо, а затем облегченно выдохнул, а может это мне показалось, потому что Жером тут же усмехнулся и сказал.
— Ну, если никем, значит не будем о нем вспоминать.
Но на следующий день, когда вечером молодой человек снова провожал меня, Жером специально сильно толкнул Филиппа, который вместе с женой шел нам навстречу и смотрел злющим взглядом.
— О, простите, месье! — воскликнул хитрец и схватил бывшего жениха за локоть, я видела, как Жером крепко сжал руку Филиппа и его ярость в глазах. Месье Лавуан тут же стушевался, а его супруга огрызнулась.
— Дикарь! Под стать дочери пьяницы!
Мои щеки вспыхнули, а Эрсан довольная произведенным эффектом, потащила за собой испуганного супруга. Настроение было испорчено. До дома еще идти и идти, а мне вдруг захотелось, чтобы дорога стала очень короткой. Взглянуть на Жерома стыдно, да и что я должна сказать. Для всего города мой отец пока оставался пьяницем, хотя вчера он не выпил даже капли алкоголя. Сдержал обещание и мы впервые после смерти мамы ужинали вместе, как настоящая семья.
Что оставалось мне? Снова спрятать свою боль за гордостью. Вскинула голову и одиноко зашагала по улице, сомневаясь, что Жером последует за мной, но чудеса не закончились. Молодой человек догнал меня, некоторое время мы шли молча, а потом Жером продолжил рассказывать о поездке в Париж, словно ничего не произошло.
— Я не смогу поехать с вами, месье, — спокойно прервала Жерома.
— Почему? — удивился молодой человек.
— Потому что вы услышали правду, — лучше сейчас все сказать и обрубить глупую надежду в самом начале. — Мой отец пьяница, а у меня еще есть две младшие сестренки и я просто не могу оставить их одних.
— Но… мы поедем с вами рано утром, а вечером вы уже вернетесь домой, — растерянно проговорил Жером, но я жестко продолжила.
— Ну и что. Отец вернется раньше меня. Я не могу, так рисковать.
Мы подошли к моему дому, где меня поджидала соседка мадам Дюмаж. Невысокого роста, полненькая женщина с медным цветом волос и добрыми, лучистыми глазами. Она ласково улыбалась нам.
— Добрый вечер, мадам, — поздоровалась я и представила Жерома. — Месье Робар, хороший знакомый месье Савара, приехал из Парижа. Мадам Дюмаж наша соседка.
— Месье Робар, — вежливо сказала Жизель и бросив быстрый взгляд на меня, снова обратилась к Жерому. — Надеюсь вы не очень скучаете в нашем тихом городке?
— Нет, мне здесь очень нравиться, — отвечал молодой человек, причем сделал ударение на слове «нравиться» и посмотрел в мою сторону, но я продолжала избегать его взгляда.
— А вы пробовали выпечку месье Бошана? — продолжила разговор Жизель, а я мысленно закатила глаза. Хотелось поскорее попрощаться с Жеромом, узнать зачем меня ждала мадам и укрыться в доме, где нет необходимости прятать свой стыд за гордостью. Отца еще нет дома, а сестры заняты школьными заданиями.
— Нет, — отвечал Жером и я услышала в его голосе улыбку.
— Вы обязательно должны зайти к нему в булочную. Месье Бошан готовит самые вкусные во всей Франции шоколадные пончики и круассаны.
— Спасибо, обязательно зайду. Приятно было познакомиться мадам, — и затем молодой человек обратился ко мне. — До завтра мадемуазель Мосс.
— До свидания, месье Робар, — тихо попрощалась и мне пришлось взглянуть на Жерома. Я боялась презрительного или осуждающего взгляда и приготовилась к новой порции презрения, но Жером нежно изучал мое лицо и даже улыбнулся, поэтому я быстро отвернулась, чтобы спрятать набежавшие так не кстати слезы.
 
— Очень приятный молодой человек, — произнесла Жизель, — и вы с ним прекрасная пара.
Я осуждающе посмотрела на женщину, не удержалась и взглянула вслед Жерому. Он шел спокойной, уверенной походкой, а мое сердце защемило от горькой тоски, а ведь осталось чуть меньше недели и Жером покинет маленький городок.