Сага о неудачнике 2 (СИ)

Элантира попыталась сопротивляться, но цепи мешают нормально двигаться.
— Хватит дергаться! — прорычал Ливуал, чувствуя гнев и раздражение.
Он схватил девушку за вторую руку, развернул ее, повалив на подстилку, прижал весом. Элантира застыла, глядя на полубога. Их взгляды встретились. В глазах принцессы демонов страх, но в то же время и гнев и решимость. Она нахмурила брови, стиснула зубы, на скулах появились желваки. Это взгляд не загнанной овцы, это взгляд львицы. Она противится ему и его воле. Те эльфийки тряслись от страха, готовы были пасть ниц, но Элантира другая.
— Ненавидишь меня? — тихо спросил он. — Презираешь?
Девушка не ответила, но ее взгляд был красноречивей слов. Глядя на девушку, полубог почувствовал, как гнев внутри сменился тоской и пустотой. Ливуал отпустил ее, резко поднялся и отошел на несколько шагов. Сердце бухает в груди, в висках стучит кровь, а уши заложило и стоит легкий гул, как если бы он нырнул под воду.
«Ливуал, милый, мы ведь всегда будем вместе?» — всплыл в воспоминаниях голос той, которой с ним уже давно нет. Ее образ, всплывший перед глазами наложился на Элантиру, что смотрит на него с ненавистью, и блестящими слезами в углах глаз. Полубог зарычал, саданул кулаком по решетке, развернулся и вышел из камеры, хлопнув за собой дверью.
— Негоже воспользоваться тобой до нашей свадьбы. Но после нее, я не буду столь терпелив, — произнес он.
— Если ты думаешь, что после этого я воспылаю к тебе любовью и отдамся без сопротивления, то ты глубоко ошибаешься. Даже если ты будешь насиловать меня, овладевать моим телом, моим сердцем ты не овладеешь.
Эти слова хлестнули по нему словно плеть, он оглянулся.
— Все, что от тебя нужно, это забеременеть и родить мне ребенка. Я хочу, чтобы Ол-демо Эр испытал величайшее унижение в жизни. Так что можешь ненавидеть меня, мне плевать.
Он резко развернулся и вышел из помещения.
Вернувшись в свои покои, Ливуал схватил бутылку и, запрокинув голову, стал жадно пить вино, как утомленный жаждой человек, припавший к ручью. Стоило бутылке опустеть, как эльф в отвращении отбросил ее. Бутылка ударилась о стену, раздался звон, осколки, блестя как звезды, усеяли пол. Полубог рухнул на кровать и попытался уснуть.
Я замер, стараясь не дышать. Эльф подошел к центру комнаты к небольшому металлическому столу, положил на него мои доспехи и пять черных камней вокруг. Под ними ярко вспыхнули магические печати: пять кружков с пятиконечными звездами внутри. Следом еще одна печать появилась над доспехом, а затем яркий свет озарил комнату. Через несколько мгновений все пропало. Камни уменьшились в размерах, но самое удивительное было то, что доспех оказался целым.
— Удивительно, — выдохнув, произнес я.
Эльф усмехнулся.
— Невозможно не согласиться. Сколько раз я это делал, а до сих пор не могу поверить, что такое возможно. Столько столетий прошло с момента его создания, а никто до сих пор не смог разгадать, как эта штука работает. Гномы бережно хранят секрет, как своего восстанавливающего стола, так и нужных для его работы магических камней.
— Значит, они восстанавливают вещи, обращая время вспять? — уточнил я.
— Да. Для вещей они обращают время вспять, возвращая их в то состояние, какими они были сделаны. Жаль, что эта магия работает только с неодушевленными предметами, — грустно произнес эльф.
Я хотел было спросить, откуда он это знает, но вовремя прикусил язык. Потому что сообразил, что ведь не так давно семью Аэлай постигла печальная участь, и этот оружейник мог попытаться вернуть к жизни убитых близких.
В принципе логично, что таким заклинанием возродить никого нельзя, если оно возвращает предмет в то состояние, в котором он был изготовлен. Живые существа же не появляются сразу готовыми. В общем, с ними как-то сложнее. Не говоря о такой штуке, как душа. Ты можешь вернуть тело к жизни, но это будет лишь пустая оболочка.
Я одел доспех. Мечи в ремонте не нуждаются. Хотел было взять себе оружие Эльвина, но потом решил, что как-то уже привык к гладию и менять его на другой меч не хочу. Да и «ночь» мне нравится больше, чем парные клинки резни, а ведь если менять гладий на клинок, то и «ночь», тоже придется поменять. Так что клинки эльфа сейчас лежат в магическом хранилище, как и его доспехи.
 
Я вернулся в совещательный зал. В большом круглом здании, из-за больших окон без стекол похожем на огромную беседку, собрались лидеры освобожденных эльфов, Малтиан, Нейта, Лайс и Биллиал-ар Трон. Кроме Корвина, остальных девятнадцать эльфов я знаю плохо, да и честно говоря, если бы не разные увечья на их телах, то я бы их и различал с трудом. Под потолком висит небольшой шар, от него исходит слабый желтый свет, разгоняя тьму в помещении. В воздухе повисло напряжение, даже может показаться, что проскакивают электрические импульсы.
— Серж. Доспехи восстановили? — спросил меня Малтиан.
— Да. Все в порядке, — шепнул я.
— Итак, как я понял, вы не желаете, чтобы я вам помогал? — уточнил Трон.
— Да. Мы не можем благодарить тебя за спасение, ибо лучше умереть, чем быть спасенным демоном! — в запале произнес один из эльфов.
— Это уже слишком! — внезапно встрял Лайс. — У нас совсем не осталось чувства благодарности?!
— Оставь это, эльф. Твои сородичи правы, — внезапно произнес Трон. — Я сделал это не потому, что хотел помочь, а потому что мне это выгодно. Если вы убьете Ливуала, то мне большего и не надо. Если вы сможете убить его без моей помощи — великолепно. Все, что я хотел сделать, я сделал, пусть и пришлось пожертвовать почти всеми своими слугами, но если через два дня Ливуал умрет, то эти жертвы будут оправданны.
Демон развернулся и двинулся к выходу.
— Думаешь, после всего, что ты тут сказал, мы тебя отпустим? — холодно поинтересовался Корвин.
— Да, — улыбнувшись, произнес демон, а в следующий миг, стремительно бросился к выходу.
— Держи его, Серж! — крикнули эльфы.
Я поймал взгляд демона и отошел в сторону, открывая проход.
— Бездна! — прокричал Корвин, зло глянул на меня и отправился в погоню.
Остальные присутствующие застыли, глядя на меня, только Малтиан, Нейта и Лайс слегка улыбнулись.
— Серж, почему ты отпустил его? — зло спросил Корвин, вернувшись в зал.
— Потому что сейчас не время сражаться с архидемоном, да еще и тем, кто реально помог нам, хотя мог бы этого и не делать, — холодно ответил я. — Я понимаю, в тебе говорят эмоции и впитанная с молоком матери ненависть к демонам, но давай отложим это. Сейчас наша цель — Ливуал. Если мы будем заниматься тем, чтобы плодить себе врагов и сражаться с все большим числом противников, то ничего не добьемся. Давайте уже подумаем, как мы будем побеждать Ливуала. Как проникнем в замок и как нападем.
Биллиал-ар Трон остановился в толстых корнях огромного дерева. Корни настолько массивные, что за ними можно укрыться даже стоя в полный рост. Двое оставшихся демонов застыли рядом. Его главный разведчик Дерн и его брат Урт. Когда они были в тюрьме, то попали в зал, где встретились с тремя десятками эльфов под командованием воина второго круга. Это было неожиданно, потому что они предполагали, что семью Аэлай охраняют только обычные воины и воин первого круга, но то, что там будет воин второго круга — было неприятным сюрпризом. И пусть воины второго круга значительно слабее, чем первого, все равно Биллиалу-ар Трону потребовалось некоторое время, чтобы расправиться с противником. К тому моменту остались в живых только братья и еще пятнадцать эльфов. Архидемон помог разобраться с остальными противниками.
— Господин, мы и вправду уйдем?
— Нет, конечно. Мы тоже проникнем на праздник, ведь наша цель там. Нужно убедиться, что эльфы смогут убить Ливуала. Как только это поймем, то заберем принцессу и уйдем.
— А если мы поймем, что у эльфов не получается победить Ливуала?
— Если у двадцати опытных эльфов в эпических доспехах, с великим оружием, не получится убить Ливуала, то наша помощь ничего не изменит. Поступим также — украдем принцессу и сбежим.