Лаванда для отца-одиночки (СИ)

— Да, это он, — выдохнула Лаванда. — Вырос и отъелся. И захватил дом, всё верно.
— И правильно, — господин Венсан погладил Трофея, а потом подмигнул Тео.
Дальше гости вошли в дом, кот пошёл приглядеть.
— Я думаю, мы выпьем арро, я разузнаю, что у нас с Эжени, а потом сообразим, что и как дальше, — говорил Тео. — Лаванда, сколько у нас светлого времени для осмотра сада?
— Я думаю, есть время для того, чтобы поискать Эжени, — твёрдо сказала она. — Мы посмотрим, сколько успеем, а с ночной подсветкой сад тоже хорош.
О, отлично. Лаванда успокоилась, её отец, кажется, союзник, а матушку тоже как-нибудь уговорим. Тео глянул на Трофея, поймал его взгляд и попытался донести до него мысль — вон сидит госпожа Венсан, ты бы с ней поговорил, раз выдаёшь себя за хозяина, да?
Кот взглянул на Тео, а потом поднялся и важно двинулся в сторону госпожи Венсан.
— Лаванда, как твой кот относится к гостям? — спросила дама.
— Не хуже, чем твоя Мышка, — усмехнулась Лаванда, и под смех отца пояснила для Тео: — Это мамина кошка, она с воплями бросается на всех, кто заходит в дом. И признаёт только маму.
— Тогда, я думаю, вы справитесь, — Тео совершенно успокоился и вышел на улицу.
Поисковая функция так или иначе есть у всех магов, другое дело, что не все развивают её так, чтобы она приносила реальную пользу. Тео пришлось это сделать довольно давно, и потом многие вещи решались проще, чем если бы он не умел. Вот и сейчас — выйти на воздух, сосредоточиться, поискать сначала на поясе, а потом по карманам нож, не найти — он же сейчас приличный гражданин, и по службе ему ножи на поясе не полагаются. Значит… о, есть же серебряный значок магической полиции, его булавка сгодится.
Эжени его крови, поэтому так — вернее всего. Капля крови была добыта и развеяна в воздухе. Дальше следовало ждать, пока возникнет отклик — а будет он быстрым или нет, зависит от того, как далеко она успела убежать, и не спустилась ли, например, в метро.
Тео понял, что очень мало знает о том, куда она могла бы отправиться — потому что её друзья живут не рядом, а подружек он пока не видел, возможно, их и нет. Да и друзей сначала нужно вызвать и узнать, где они вообще и что делают. Был шанс, что она не успела уйти далеко.
Он уже приготовился ждать долго, но — отклик возник почти сразу, и — очень яркий, что означало — она неподалёку. Вот и хорошо. Тео достал телефон, написал Лаванде — отойду, пейте арро и дальше без меня, постараюсь вернуться как можно скорее.
Он прикрыл за собой калитку, осмотрел — Эжени неплохо ею хлопнула, даже щепки посыпались, нужно показать кому-нибудь, кто сможет отремонтировать. И быстро пошёл в ту сторону, где она сейчас находилась.
С площади Святого Бальтазара расходились четыре улицы, и улица королевы Изабеллы шла в противоположном от улицы Старого Короля направлении. В двух кварталах от площади прямо посреди улицы разбили скверик, поток машин обтекал его с двух сторон. Там-то на скамейке и сидела Эжени. Очень маленькая и несчастная.
Тео подошёл и молча сел рядом. Она вздрогнула… а потом поняла, что это он, и расслабилась.
— Папа, — и снова заплакала.
Тео взял её за руку — просто подержать.
— Я думаю, мы завтра с тобой вместе пойдём в школу и там уже сообразим, что можно сделать. Например, с помощью вашей классной. И с директором — она показалась мне разумной. Почему-то мне кажется, что эта задача имеет решение.
— А… мама? — спросила она.
— А с мамой я сегодня поговорю, просто чуть позже, — Тео снова ругнулся про себя, ну да — что уж теперь, Вирджиния его во времена оны покорила в том числе и взрывным темпераментом, очень уж ему такое нравилось.
Но истерить через океан, не разобравшись? Совершенно излишне.
— Она обругала Трофея, и сказала, что у меня в комнате не убрано, — шмыгнула носом Эжени.
— Правду сказать, твоя комната далека от порядка.
— А почему ты меня не ругаешь за это? — она уставилась на него в изумлении.
— Надеюсь, что до тебя понемногу дойдёт, — усмехнулся Тео.
Потому что он видел — она всё это умеет, просто не считает нужным. Или забывает. Так пускай уже сама научится помнить и держать за важное.
 
Эжени вздохнула.
— Я постараюсь помнить. Но я правда хотела попробовать отчистить шерсть Трофея со школьной юбки.
— Ты ещё сможешь это сделать, думаю, шерсть никуда не делась.
Она рассмеялась сквозь слёзы — уже прогресс. А потом нахмурилась.
— Скажи, а если вы с Лавандой поженитесь и родите детей, ты отправишь меня обратно к маме?
  
29.2
 
29.2
— Что? — до Тео не сразу дошло. — С чего это вдруг?
Она вздохнула и потупилась.
— Понимаешь, я… случайно так получилось, я сказала маме про Лаванду. И она сказала, что ты отправишь меня обратно, если у тебя будут другие дети.
Ну, Вирджиния, погоди. Доберусь я до телефона — думал Тео.
— Эжени, посмотри на меня, пожалуйста.
Она тут же подняла голову.
— Вообще людям случается и жениться, и рожать детей, это нормально. Но почему ты решила, что я должен отправить тебя обратно?
— Вдруг я не впишусь в твою жизнь? Я же не та дочь, которой можно гордиться? И… Стой, мы же ждали гостей! Они же должны были прийти вот-вот?
— Они и пришли, как раз в момент твоего эпического выхода из дома, — сказал Тео с улыбкой.
— Ой, — Эжени зажмурилась. — Я их не заметила. Лаванду заметила, и всё. Позорище-то какое. И… почему ты не с ними?
— Потому что должен был найти тебя и убедиться, что с тобой ничего не случилось. Гнев и ярость могут завести в неприятности кого угодно.
— И они там нас ждут?
— Думаю, да. Надеюсь, Лаванда и Трофей управятся с ними.
— Ну вот, я всё испортила, — она снова заплакала. — Я не хотела, правда. Я не думала, что они уже приехали. Я как раз думала, что успею убежать. А вышло, как всегда со мной.
— Эжени, ты отличная дочь, поверь, — Тео очень постарался сказать это так, чтобы дочь-менталист увидела, насколько он открыт и откровенен. — Я очень рад, что ты у меня есть. Конечно, Лаванде я тоже рад, но ты — это совсем другое. Я очень рад помогать тебе и что-то делать для тебя. Я считаю, что мне повезло с тобой. И никакие другие дети не займут в моём сердце твоё место, для них будет своё и другое.
— Папа, я… я тоже очень рада, что ты у меня есть. Ты… самый лучший отец, какого я только знаю, мне повезло, что мой отец — это ты. И… мне очень стыдно, что я тебя подвела.
— Я думаю, ещё не всё потеряно, — сказал Тео. — И мы можем спасти сегодняшний вечер.
— Тогда надо идти домой, — Эжени поднялась. — Лаванда переживала, как всё пройдёт, а тут я.
— Ты готова? Пойдём. Думаю, мы пропустили не так много.
Они взялись за руки и пошли, и тихо вошли в дом, Эжени проскользнула в ближайшую ванную — привести себя в порядок, а Тео вошёл в гостиную.
— Нашёл? — тут же вскинулась Лаванда.
— Да, — кивнул он, и она выдохнула.
Эжени появилась — умытая и причёсанная.
— Здравствуйте. Прошу простить моё прошлое появление, я… была расстроена.
— Присоединяйтесь, юная дама, — кивнул ей господин Венсан.
— Арро? Пирожное? — спросила госпожа Венсан.
— Благодарю вас, — Эжени с улыбкой взяла чашку.
А Тео с Лавандой просто переглянулись и улыбнулись. И теперь уже можно было идти в сад.
Он сам бы в жизни не уместил в голове столько всего, сколько знала об этом саде Лаванда, и рассказчицей она была великолепной — когда дело касалось знакомой ей темы. Оба родителя задавали вопросы — больше технические, как он понимал, чем исторические или ещё какие-то, и она с удовольствием им отвечала. Рассказывала что-то о сортах и видах растений, о том, какая обработка, обычная и магическая, что делала она сама, что делали люди, которые работали тут вместе с ней. Тео-то наблюдал всё это два месяца и видел, что проведена изрядная работа, а сейчас, кажется, Лаванда сдавала какой-то очень важный для неё экзамен по этой работе, и судя по всему, сдавала отлично.