Лаванда для отца-одиночки (СИ)

— Точно не знаю, но могу покопаться, — усмехнулась она.
Начала она с внутренностей дома, спустилась в комнату, где переодевались все те, кто работал в доме, заглянула в шкаф… и увидела какой-то невероятный чехол для одежды. От него во все стороны фонило магией — значит, артефактный. Так, а открыть-то его можно? Она осторожно, только посмотреть.
Открыть удалось… и Юма увидела невероятно красивое платье. Точнее, на первый взгляд оно выглядело серым и вообще никаким, а стоило повернуть… и от переливов стало невозможно отвести взгляд.
Юма помыла руки, тщательно их вытерла и слегка заколдовала от загрязнений — ну, чтобы следов не оставлять, этому полезнейшему заклинанию она выучилась в школе от выпускницы Матильды, которая ходила в ту же группу по менталке. И только потом вытащила вешалку с платьем из чехла. Невероятно красиво. И наверное, запредельно дорого.
Значит, нужно вернуть на место, пока не поймали. Юма, конечно, подумала, что вот бы примерить, но всё же она была в достаточной степени магом, чтобы понимать — посмотреть артефакт ещё можно, а вот пользоваться нужно с осторожностью. Мало ли, какие там настройки и привязки к владельцу? Поэтому она вернула платье в чехол, аккуратно застегнула молнию и повесила в шкаф. И закрыла шкаф плотно.
Потом снова открыла и посмотрела — да, внизу стоят туфли. Классические лодочки. И рядом ещё пакет с логотипом дорогого бельевого магазина, она осторожно засунула туда нос… кажется, там комплект белья и чулки. Так, закрыть немедленно.
Вывод? Госпожа Лаванда собиралась после работы переодеться и куда-то отправиться. И не смогла дозваться папу, и передавала извинения, что не дождалась.
Папа и госпожа Лаванда? Гм.
Ну вообще они взрослые, и если им будет нужно, то её не спросят. Это как бы их дело. Мама никогда её не спрашивала, и всегда говорила, что нечего совать нос во взрослые дела. Правда, её дела выглядели… той ещё ерундой выглядели, короче.
У Юмы уже случилось два отчима, и в момент отъезда наклёвывался третий. Первый был вообще дерьмовый, хоть её и ругали всегда за это слово. Она тогда была ещё маленькой, и помнила главным образом то, как пряталась от вечной ругани в доме, и кажется, мама решилась выгнать его только после того, как он пару раз маму побил. И то бабушка подключилась и помогла маме принять решение, так она всегда говорила.
Второй наоборот, был вовсе даже неплохим. Он возился с близнецами и с Юмой, и никогда не ругал её за то, что болталась на улице, не пришла вовремя к обеду, прогуляла урок или что-то вытворила в школе. Он ушёл от мамы сам, потому что она то и дело пилила его — мало зарабатывает, не покупает ей подарков и что-то там ещё. Он начал пить, а потом ушёл, и скоро женился снова, и у него дочка — бабушка рассказала.
Третий же оказался тем ещё душнилой. Мама подцепила его на каком-то благотворительном вечере, который проводил местный дамский комитет, а он был из спонсоров, и мама как-то смогла его заинтересовать. Когда он пришёл к ним домой, то осмотрел их квартиру едва ли не с лупой, и докапывался — а что это вот тут пыль, а почему игрушки разбросаны, а почему девочка, то есть Юма, не сидит с младшими, а болтается где-то на улице. Мама рассказала ему, что Юму не взяли в школу, и он тут же выдал, что нужно отправить её в интернат, и тогда она научится себя вести. И кажется, был готов взять маму хоть прямо сразу, но без детей. Вроде бы, у него есть сын от бывшей жены, бабушка предлагала привести и познакомиться, но не сложилось. И к лучшему, наверное, потому что… потому что.
В общем, если это то, что нужно маме, то и ладно, между ними океан. А чем грозит Юме папино возможное увлечение? Что она вообще знает о госпоже Лаванде?
  
16.2
 
16.2
Юма вернулась в комнату, забралась в сеть и без труда нашла упоминание о госпоже Лаванде на сайте компании «Волшебный дом». Госпожа Лаванда — крутой спец, это плюс. И вообще, Юма сама видела, как она общается с кустами и цветами в их саду, и это круто.
 
Дальше нашлась страничка госпожи Лаванды в соцсети, и первое, что там обнаружилось — это фотка, где она танцевала с папой. О как.
Дальше оказалось, что это какие-то подруги госпожи Лаванды снимали на той самой свадьбе принцессы и их общего начальника, куда папа ходил в субботу. И по ходу, папа провёл с госпожой Лавандой всю ту свадьбу. Ладно, посмотрим, как там оно пойдёт.
Юма позвонила Фреду и вывалила на него всю нарытую инфу. Ей всегда нужно было обсудить с друзьями — потому что держать в себе сил нет, и не с взрослыми же это обсуждать? Тот выслушал и похмыкал.
— Ты ж ничего не можешь с этим сделать?
— Не-а, не могу. Только наблюдать!
— Вот и наблюдай. Но у тебя отец нормальный, как наш дядя Филибер. Он не потащит домой не пойми кого.
— Вот и я так думаю, — обрадовалась подтверждению Юма. — Ладно, ты домашку решил?
— Не-а, не решил. Мать уже обещала на нас бабушку натравить.
— А что с бабушкой? — Юма знала, что у Фреда тоже одна бабушка, и тоже мать матери, как и у неё.
— Так она же училка по математике. Только она сильно не любит нашего отца, и никогда у нас не бывает. А мы у неё. И нас несколько раз к ней отправляли, чтобы она с нами занималась, но она ещё хочет, чтобы мы ей клумбы копали. И мы жаловались отцу, а с отцом у них взаимно. И нас перестали туда отправлять. А сейчас мать говорит — позорище.
— Ладно, чтобы не было позорища, давай вместе.
— Тогда лучше не по телефону.
Юма согласилась, установила на столе зеркало в подставке — специально заказала, вот только на днях пришло. И оказалось удобно, чтобы трындеть по магической связи. Отлично всё видно и слышно.
— Бери листок, давай решать.
Юма достала учебник, нашла задание, и они как раз успели совместно его сделать, когда она услышала, что отпираются ворота и вернулся папа.
— Так, я пошла смотреть, что там с папой, потом свяжусь, — она быстро разорвала связь и слетела на первый этаж.
И офигела. Потому что папа вернулся с госпожой Лавандой и с её вещами. Потому что в её доме случился пожар.
Пожар — это стрёмно, Юма как-то видела, у одного друга случилось. И потом долго держался запах гари. Так что папа всё правильно сделал.
А потом… оказалось, что у госпожи Лаванды есть котик! Да что там, красивущий большой кот! Юма попыталась поймать его и потискать, но он оказался быстрее — сиганул под диван в гостиной. Ничего, выловим. Или сам вылезет.
Госпожа Лаванда была вся как пришибленная — но это, наверное, потому, что случился пожар. И она тупо не знает, что дальше. Правда, Юма прислушалась — папа уговаривал её, что всё преодолимо. И что завтра ей нужно договориться, чтобы отпустили с работы, и заниматься всеми этими делами. Ну да, там грязища, наверное.
На ужин папа заказал мясо из какого-то крутого ресторана, прямо ух! Юме очень понравилось. Они с госпожой Лавандой ещё и что-то пили, но Юма в жизни пробовала только пиво — дома в компании, и ей не очень-то зашло. Поэтому пусть себе пьют, она обойдётся лимонадом.
После ужина госпожа Лаванда ушла в комнату, а папа спросил:
— И что с уроками?
Юма сочла вопрос законным, и ещё подумала, что чем полнее она ответит, тем меньше дополнительных вопросов схлопочет. Тем более что папа, наверное, хочет узнать, как там госпожа Лаванда, и торопится.
— Математику мы с Фредом решили. Ещё надо кое-что прочитать, но я сейчас прочитаю. И завтра история, кажется, я уже могу ответить на письменные вопросы от себя и своими словами, — историк господин Триплен всё время повторяет, что нужно говорить от себя и своими словами, только тогда пересказ исторических фактов имеет смысл.
— Это хорошо, — папа тепло улыбнулся. — А что скажешь про сегодняшнее приключение?
Юма вздохнула.
— Если честно, я уже сто раз подумала, что лучше бы мы их просто побили. Или обозвали нехорошо и послали далеко. Но уже ж не переиграешь.