Бог Смерти (СИ)

— Цукишима. Я рад тебя видеть, — искренне поприветствовал своего собрата Барраган. — Ты за сторону Гинджоу?
— Мы могли бы использовать его вариант. Незачем выжидать угрозы, когда лучше действовать на упреждение, — мягко и разумно, как и всегда, выдал аргументы верный друг короля. — К сожалению, иначе это может грозить нашей власти.
Цукишима не менялся.
И обычно его решения всегда имели положительный исход.
— Ты прав. Синигами могут стать проблемой, — с раздражением поморщился Луизенбарн. — Но… серьёзно, «нашей власти»? — ухмылка на лице короля стала свирепой. — Я никогда ни с кем бы не поделился троном. Я — бог-король, абсолютная власть!
Цукишима не успел среагировать, как его рука оказалась в захвате, который раздробил ему все кости. От крика боли остальные было уже собрались действовать, но плотное духовное давление заставило их замереть, как мышей перед удавом.
— Искажение воспоминаний. Опасная способность, — снисходительно протянул владыка пустых. — Замена кого-то на свой образ? Спасибо, что мы не стали любовниками. Я бы тут весь город испепелил, — от этой усмешки внутри холодало, что уж говорить о Цукишиме, который свою руку не чувствовал. — Но всё-таки… Надо же, надо же. Второй раз такое не сработает, поверь, — хогьёку уже начал «вымывать» эффект ложных образов, исправляя искажение воспоминаний и повышая ментальное сопротивление.
Он отпустил подчинителя, предполагая, что от такого кадра может быть не малая польза. Да и король сам их спровоцировал, подставился, чисто из интереса. Всё-таки трудно рисковать, когда ты бессмертен. Если остальные хотя бы в половину также полезны, то их вполне допустимо защитить от вездесущего общества душ.
— Эй, Гинджоу, — нехорошо ухмыльнулся король, смотря на лидеру шайки. — Тебе повезло. Я принимаю твоё предложение верности.
Сам Куго уже не думал, что это столь хорошая идея, но… отказываться больше нельзя.
  
Стереть все пятна времени
 
Спустя девятьсот лет Он вернёт свой пульс.
В слабом телом, лишённом будто даже искры жизни, наконец-то забилось сердце.
Нервные подрагивания пальцев и губ.
Спустя ещё девяносто Он вернёт свой интеллект.
Сон без сновидений сменился припадком короткого бреда.
Долгожданное пробуждение.
Слабый разум наконец-то обрёл устойчивость.
Спустя оставшиеся девять лет Он поглотит каждого «нечистого» квинси.
Частицы души с силой потомков вернулись к нему.
Лишая боли, даруя избавление и неся спасение.
Последняя строка песни «Кайзер Гезанг» вот-вот будет исполнена.
— Пришёл тот час, — властный голос человека на белом троне отдавал нотками торжественности. — Незримой империи пора закончить эту войну.
Спустя девять дней Он должен вернуть мир.
Запечатанный король вернулся.
***
Его растормошили и он разлепил глаза с явным раздражением уставившись на злорадную рожу Ичиго. Долго думать над причиной не пришлось. Он почувствовал давление на себя. Повертел глазами и понял, что его спящим закопали в песок. А стоило ведь только позволить себя сморить морскому бризу и солнечным лучам… Более глупой шутки и придумать было нельзя.
— Ха. Ха. Очень смешно, — он поднялся, отряхивая с себя грязь.
— Ты проспал всё время, которое было отведено на постройку замка, — подметил рыжий вайзард.
— Будто мне интересны такие глупости, — король едва не закатил глаза в своём эмоциональном порыве. — И что там у них?
Это было то, что в аниме называлось типичным «пляжным эпизодом». Какое клише. Тем не менее перспектива отдыха и виды девушек в красивых купальниках убедили его согласиться с предложением «съездить куда-нибудь». Даже посторонних людей разогнать не было проблемой. И вот он сейчас наблюдал за тем, как Ясутора плавал брасом в море. Урахара довольно уминал клубничное мороженое, явно успев подколоть на эту тему Куросаки. Ну, а девушки в лице Йоруичи, Орихиме и Рукии устроили соревнование в строительстве — у кого лучше получится сделать замок из песка. Его тоже без согласия заставили участвовать, а он уже за собой на дно потянул и Ичиго.
 
— Всяко лучше, чем у нас, — на слова товарища король критическим взглядом осмотрел ту же постройку Рукию. Это аморфное изваяние вряд ли можно было бы назвать замком даже с огромной натяжкой. — Ну, почти.
— У меня отлично получилось, ты так не думаешь? — Рукия обратилась Орихаре, явно не услышав их диалог.
— Если посмотреть под правильным углом… — он едва свои глаза не сломал, пытаясь «посмотреть правильно», но похоже проще было признать горькую правду.
— А где ваш замок? — к счастью отвечать не пришлось, в дело вмешалась как всегда позитивная Иноуэ, демонстрируя небольшое, но аккуратное творение из песка.
Куросаки почесал затылок. Вместо главной задачи тот занимался тем, что закапывал заживо Баррагана. А как иначе, если король лениво приказал ему организовать замок и на себя, и на него, чтобы затем улечься спать?! Ясное дело, оба в итоге находились в пролёте.
— Мой замок в уэко мундо. «Лас ночес» называется, если кто забыл, — усмехнулся Луизенбарн.
— Да, да, важная шишка, мы знаем, — проворчала Йоруичи, которая отстроила куда более масштабную скульптуру, но никто не обращал на это внимания. Обидно немного. — Важнее то, что победитель уже ясен. Итак, я вправе потребовать одно желание с каждого! — её взгляд особенно задержался на Орихаре, обещая попросить у него нечто особенное.
— Трудно соревноваться с Йоруичи-сан, — со смирением проговорила Иноуэ, но при этом и долей восхищения.
— И она победила? Просто ни у кого тут нет тонкой тяги к настоящему искусству, — Кучики гордо посмотрела на свой… песчаный кулич.
— Поражение получается, — пожал плечами Куросаки, не желая даже спорить.
— Ну давай, скажи и ты это, — едва ли не промурлыкала смуглая красавица. — Я победила. Признай уже.
Король мог бы сдаться. Но чтобы ему там требовалось что-то признавать? Поражение? Для него не было такого слова, лишь «тактическое отступление» разве что, но это другое. Главное — его спровоцировали. Он театрально поднял руку, заставляя весь песок в округе прийти в движение. Потоки песка подчинялись его воле, принимая форму и закрепляя её. Сначала появился дворец. Окна и ворота. Рядом с ним здания поменьше. В конце — высокие стены обнесли целый город. Это был полноценный лас ночес в миниатюрном масштабе.
Остальные хотели бы сказать, что использовать способности нечестно, но их запрет не обговаривали. Осталось лишь признать в нём победителя, восхищаться его талантом и любоваться созданным произведением искусства каким-то ленивым движением руки. Хотя с первыми пунктами всё неоднозначно, ведь на него смотрели как на мошенника, но дворец всё-таки оценили.
— Э-эх, как всегда, — скривилась принцесса клана Шихоин, потирая свой лоб.
— Выпендрёжник, — заключил Куросаки, хотя нет-нет, да посматривая на результат трудов старосты.
— Похоже победитель изменился, — улыбнулась Рукия, принимая такой исход куда лучше прошлого.
— О-о! Изая-кун, он выглядит как настоящий. Будто его и не разрушишь, — она даже потрогала одну из песчаных стен пальцем, но та устояла.
— Так кажется. Я лишь придал песку большей плотности и пластичности, — озвучил он этот ничего не значащий факт. — Он хрупкий, как и всё в этом мире.
Подул ветер.
Морской прилив начался некстати. Вода безжалостно заполонила берег и смыла творение короля, будто его и не было. Он смотрел на это молча, не пытаясь даже сохранить. Для него песочный дворец ничего не стоил. Лишь очередная попытка показать, кто здесь лучший.
«Хотя… иронично», — он чувствовал некую тревогу.
— Жалко. Его сразу же смыло, — расстроенно вздохнула Орихиме. — Может… построишь его снова?
— Я… — чтобы он не хотел ответить, это уже не имело значение.
Духовный телефон издал противный звук.
Сигнал тревоги.
— Выходной закончился. Как разберусь с проблемами, так вернусь, — раздражённо цокнул языком владыка пустых, открывая гарганту.