Грешник (ЛП)

— Доброе утро, маленький демон, — шепчу я ей на ухо, подходя сзади. Обнимаю ее за талию. Я зарываюсь лицом в ее шею, Элли откидывает голову в сторону, чтобы дать мне лучший доступ. Я издаю стон, поднимаю левую руку, чтобы схватить ее за подбородок. — Я так…
Меня прерывает открывающаяся и захлопывающаяся входная дверь, и я отстраняюсь.
— Кто, черт возьми, пришел в такую рань? — бормочу я.
Когда у тебя два подростка, дети постоянно приходят и уходят в любое время дня и ночи.
Мы с женой оба заходим в гостиную и видим, как по лестнице взбегает наша дочь.
— Где ты была? — спрашиваю я.
Аннали останавливается на полпути, откидывает голову назад и вздыхает, прежде чем повернуться ко мне.
— Мы ходили за кофе.
— Кто это — мы? И разве тебе не пора собираться в школу?
Обесцвеченная блондинка высовывает голову с балкона второго этажа.
— Привет, мистер и миссис С., — машет нам рукой ее подруга.
— Я готова.
Наша дочь жестом показывает на свою футболку и треники, которые выглядят на три размера больше. Ни то, ни другое не похоже на ее. Я никогда не видел их раньше. Я из тех отцов, которых большинство детей ненавидят. Я очень активно участвую в жизни своих детей, хотят они этого или нет. Я все замечаю и всегда задаю вопросы.
Я никогда не верил в Бога. Но если бы верил, то сказал бы ему, чтобы он шел на хрен. Те дни, проведенные с Элли в подвале, когда я пытался ее обрюхатить, сработали. Я навсегда в долгу перед своим тестем и Тайсоном за то, что они пришли и вытащили меня из «Бойни». Но Бог рассмеялся и сказал: «Смотри». Он дал мне дочь, которая один в один как я. Твердолобая, упрямая и заноза в заднице. Затем, чтобы усугубить ситуацию, он сказал: «давай сделаем ее похожей на ее мать».
— Поторопись. Я не хочу, чтобы вы опоздали, — прогоняет их Элли.
Я следую за ней, направляясь обратно на кухню.
— Если она ходила за кофе, то где он? — спрашиваю я жену.
Элли бросает на меня многозначительный взгляд.
— Успокойся. Ты слишком много волнуешься.
— Ей восемнадцать, — говорю я.
Скоро она закончит школу. Я не доверяю мальчикам, с которыми она общается.
Элли похлопывает меня по груди.
— Все в порядке.
— Доброе утро.
Моя жена отстраняется, чтобы посмотреть на нашего сына. Его глаза едва открыты, на той стороне лица, где он спал, красные отметины. Его волосы растрепались на макушке и падают на глаза.
— Вот как должен выглядеть подросток утром, — замечаю я.
Наши дети не могут быть более разными во всех отношениях. Люди, не знающие нашу семью, думают, что они близнецы. Но чего можно ожидать, когда они одного возраста?
Когда они уже были достаточно взрослыми, чтобы говорить, то заявляли всем, что они близнецы. Мы никогда их не поправляли. Они знают правду, но для них они брат и сестра. Элли — мама, а я — папа, и любой, кто не может этого понять или принять, может идти на хуй.
— Голоден? — спрашивает его Элли.
— Умираю с голоду, — зевая, отвечает Брекстон.
— Поздно лег? — интересуюсь я.
— Да, готовился к выпускному, — опустив лицо на столешницу, он закрывает свои голубые глаза.
Я слышу, как открывается и снова закрывается входная дверь, и через несколько секунд на кухню входит мой тесть.
— Доброе утро, — приветствует он всех яркой улыбкой.
— Папа, что ты здесь делаешь? — обнимая его, спрашивает Элли.
— Решил отвезти тебя на работу, — предлагает он. — Мы ведь все еще обедаем сегодня, верно?
Элли работает лицензированным секс-терапевтом с тех пор, как детям исполнилось пять лет. Я сказал ей, что она не обязана работать, но Элли хочет. Она решила вести практику вне дома. Она не хотела, чтобы пациенты приходили и уходили на сеансы. Я понял и поддержал ее.
— Конечно, — отвечает она ему.
Входит Аннали с подругой и бьет брата по затылку.
— Проснись.
Брекстон садится, потирая ушибленное место и, прищурившись, смотрит ей в глаза.
— Некоторые из нас действительно заботятся о своих оценках и учатся.
Она смеется, но не спорит.
— Брекс, хочешь пострелять сегодня после школы? — спрашивает его Николас.
 
— Конечно, — отвечает он, пожимая плечами.
— А как насчет тебя, Анна? Хочешь присоединиться к нам? — спрашивает он ее.
— Нет, спасибо. У меня есть планы.
— Что за планы? — интересуюсь я.
— Школьный кружок, — отвечает Аннали и печатает, не отрываясь от своего мобильного. — Выпускной через три недели. Нужно подготовиться к экзаменам.
Ее брат фыркает, как будто не верит ей.
Я вынужден согласиться с ним, но моя жена заговаривает раньше, чем успеваю я.
— С кем?
— С Райанн.
По крайней мере, я могу удостоверится в этом. Для этого достаточно написать сообщение. Я довольно близок с несколькими Лордами, с которыми не был близок, когда учился в Баррингтоне. Вот что бывает, когда дети одного возраста ходят вместе в школу.
— Она не старшеклассница, — возражает Брекстон.
— Она на продвинутых курсах, — закатывает глаза Аннали и добавляет: — Ты должен позволить ей помочь тебе. Она наверняка научит тебя кое-чему.
Лицо Брекстона каменеет. Он открывает рот, словно собираясь сказать что-то, что еще больше ее разозлит, но решает не делать этого. Взяв свой телефон, он выходит из кухни.
— Ты не позавтракал, — кричит Элли, но он не отвечает. — Анна…
— Что? — она хватает кусочек бекона с тарелки брата. — Не секрет, что он в нее влюблен. Я просто пытаюсь ему помочь.
Улыбка, которой она одаривает мать, говорит совсем о другом.
— Если он собирается стать Лордом, ему нужно отрастить яйца.
— Аннали! — ругает ее мать.
Она игнорирует тон матери и поворачивается к дедушке.
— Завтра я свободна. Мне нужно потренироваться в метании ножей.
Как я и говорил. Она моя копия. Я не уверен, что Брекстон смог бы выстрелить в кого-нибудь, если бы от этого не зависела его жизнь. Но Аннали? Не сомневаюсь, что она несколько раз пырнет кого-нибудь ножом, если вы попытаетесь объяснить ей, как вести машину. А потом спрячет тело и организует поисковую группу.
— Конечно, — говорит ей Николас с гордой улыбкой.
— Мы отправляемся в школу.
Затем Аннали поворачивается и выбегает из кухни. Ее подруга быстро следует за ней, махая на прощание рукой.
— Я буду ждать тебя в машине, — говорит Николас моей жене. — Истон, увидимся на работе.
Он кивает и оставляет нас наедине.
— Наконец-то.
Я протягиваю руку и притягиваю Элли к себе. Обхватив ладонями ее лицо, я прижимаюсь губами к ее губам и целую ее, нуждаясь в ее вкусе, чтобы пережить этот день. Я бы с удовольствием утащил ее вниз и держал связанной в нашем подвале до завтра, но знаю, что этого не произойдет.
Она отстраняется и открывает свои льдисто-голубые глаза, чтобы посмотреть на меня.
— Я знаю, что ты делаешь, и у меня нет времени.
— Я быстро.
Элли хрипло смеется.
— Да, точно. Мы оба знаем, что это ложь, — обвивая руками мою шею, Элли прижимается своей грудью к моей. — Но детей не будет дома в эти выходные. Они отправляются в поход для выпускников. Ты знаешь, что это значит?
Я издаю стон.
— Это значит, что ты будешь в моем распоряжении.
Мысли о том, что я с ней сделаю, бесконечны.
— Мы проведем все выходные в подвале.
Я всегда буду любить свою жену, но она всегда будет моим маленьким демоном, который любит, чтобы его использовали. А я всегда буду ее дьяволом, который даст ей все, что она захочет.
КОНЕЦ
  
РАЗЪЯСНИТЕЛЬНОЕ ЗАМЕЧАНИЕ
 
Многие читатели обращались ко мне и моим ассистентам по поводу некоего человека, который появляется во втором эпилоге «Грешника». Я не хочу, чтобы вы думали, что что-то пропустили, потому что это не так. Но это и не должно было быть ясно. Этот человек был заманухой для последующей книги. На самом деле в первом и втором эпилоге было несколько заманух *хи-хи*, но после стольких вопросов, я решила дать вам небольшую эксклюзивную бонусную главу, в которой рассказывается о таинственном госте, Брекстоне Синнетте.