Хрустальная невеста

Похоже, Ванда приврала, говоря о сформировавшейся связи с Владыкой. Или… это Аргвар замаскировал её заклинанием, чтобы не подставлять меня?
– Лори! – В коридоре я наткнулась на Гретту. – Рабочий день закончился. Ты снова перерабатываешь!
– Ничего подобного! – усмехнулась, бросив беглый взгляд на часы. – Всего-то на пять минут задержалась!
Лежащий в кармане магограф завибрировал. За день он так надоел мне, что собиралась выключить не читая, но вместо привычного «Бран» на экране высветился герб императорской семьи и надпись «Алваро Первый»…
Сердце пропустило удар. Сообщение от августейшего родича не предвещало ничего хорошего.
– Лори, ты в порядке? – нахмурилась Гретта.
– Д-да… – пролепетала, пряча магограф в карман халата. Такие весточки лучше читать в кабинете, когда никого нет рядом.
– Не похоже, – травница моментально учуяла ложь.
– Я просто устала, – слабо улыбнулась, – ты иди, мне нужно закончить с историями.
– Давай помогу! – не сдавалась монахиня.
В другое время я бы с радостью согласилась. Но втягивать Гретту в семейные разборки не хотелось. Это только моя проблема.
– Не стоит, там работы на полчаса, – ответила, сгребая лежащие на столе бумаги. Руки дрожали, а дурные предчувствия усиливались с каждой секундой.
Политика дело тонкое, в ней нет места чувствам. А мой союз с Балтимером имел стратегическую ценность.
Матушка Брана принадлежала к древнейшему магическому роду империи, а отец был племянником короля Вэрселии. Свадьба представителей правящих династий могла усилить дипломатические связи между нашими государствами.
Если маркиз и его семейство первыми добежали до Алваро и преподнесли свою версию случившегося, можно ни на что не надеяться… Будет нужно – дядюшка меня волоком оттащит к алтарю.
– Ну, как знаешь, – голос травницы прозвучал тихо и неуверенно. Она сомневалась, стоит ли отпускать меня одну.
– Все уже ушли, – отмахнулась, – мне ничего не угрожает. Заполню истории и вызову карету.
Попрощавшись с Греттой, направилась к себе. На душе скребли кошки, и я в сотый раз пожалела, что утром смалодушничала и не выключила связной кристалл. Лучше бы вообще осталась без связи…
– Всего хорошего, леди Лисавэр! – пожелал охранник, едва я вышла из блока.
– И вам! – улыбнулась.
В коридоре было пусто и тихо. Я без проблем добралась до кабинета, но когда вошла внутрь, в нос ударил удушливый аромат роз. Цветы прислали утром и не только мне. Все целители, представленные к награде, получили одинаковые букеты.
Поставить их в пятом блоке было негде, и я попросила дежурную отнести цветы в мой кабинет. Не думала, что за день комната настолько пропитается ароматом!
Обмахнувшись историями, подошла к окну и раскрыла его нараспашку. Дышать стало легче, но голова всё равно кружилась от слишком яркого запаха.
Кристалл снова завибрировал, напоминая о непрочитанных сообщениях. Собравшись с духом, я достала его из кармана и открыла весточку от императора:
– «Алория Марианна Каталина Лисавэр! До меня дошли странные и крайне неприятные слухи, – начало сообщения подтвердило самые страшные опасения, – надеюсь, это ложь и провокация. Будь умницей, не разочаровывай меня».
Жёстко и в стиле императора… Для Алваро существовало только одно верное мнение – его собственное. С остальными он не считался.
Надежда померкла в один миг, на глаза навернулись слёзы. Мне не позволят разорвать помолвку, а Бран никогда не разрешит обучаться у Суареса.
Голова закружилась, я чудом дошла до диванчика и рухнула на краешек. Запах роз стал невыносимым, он сводил с ума, просачиваясь в каждую клеточку, а крылья жгло огнём. Магия фэйри предупреждала о приближающейся опасности, но меня будто парализовало. Кристалл выскользнул из ослабевших пальцев.
Последнее, что я увидела, прежде чем потерять сознание, была странная тень, мелькнувшая в зеркале напротив.
Длинная, неестественно тонкая и пляшущая как пламя свечи. Она меньше всего походила на человеческую и с каждой секундой становилась всё больше, заполняя комнату.
 
Происходящее казалось страшным сном. Я не сразу поняла, что до сих пор нахожусь в сознании, но не могу ни пошевелиться, ни позвать на помощь. Оставалось только испуганно смотреть, как очертания кабинета расплываются, а из зеркальной глади выползает воплощение моих кошмаров. Наполовину огромный богомол, наполовину обнажённый мужчина.
Охотник…
– Тс-с-ш-ш! – звенящую тишину разорвал низкий, стрекочущий звук.
Тварь потёрла передние лапки друг о друга и вскинула голову, прислушиваясь.
Я забыла, как дышать… В книгах писали, что Охотники слепые, они не видят своих жертв, но идут на музыку их крыльев. Хрустальный перезвон, свойственный лишь магии фэйри.
– Молю… не шевелитесь… – мысленно обратилась к крыльям. В ушах эхом отдавалось гулкое и частое биение моего сердца. Оно казалось слишком громким.
Но, похоже, чудовище ничего не слышало.
Здоровенное, покрытое шипами и зеленоватой чешуёй брюшко богомола нервно подрагивало, передние лапки, напоминающие заточенные сабли, то и дело тёрлись друг о друга, а человеческая голова и торс монстра покачивались подобно стрелке маятника.
Тик-ток… тик-ток…
Словно заворожённая смотрела на Охотника, не в силах отвести взгляд. А по венам ядовитой лавой растекались боль и страх. Хотелось закричать, убежать… но тело не слушалось. Я чувствовала себя бабочкой в паутине, а в голове билась только одна мысль: «Нужно призвать крылья!»
С каждой секундой это желание становилось сильнее и казалось единственно верным. В крыльях бесконечный источник магии! С их помощью я смогу развеять чары и сбежать…
– Тс-с-ш-ш! – стрекот усилился, призывая и подталкивая меня принять решение.
Я уже испытывала подобное, надевая обручальный браслет. Тогда собственные мысли также казались чужими, навеянными. При этом волнами накатывала странная слабость и неестественное чувство вины.
– Тс-ц-ц-ц! – тварь зло ударила лапами, будто пытаясь высечь искру.
Меня оглушило волной чужой ярости, древней злобы и… голода. Дикого, невыносимого, всепоглощающего.
Охотник терял терпение.
Осознание пришло внезапно! Он не видел меня, не слышал. Примчал на яркую эмоциональную вспышку и потерял, едва я взяла магию крыльев под контроль.
Сердце забилось чаще, но радоваться ещё рано. Я по-прежнему не могла пошевелиться и позвать на помощь. У меня были только мысли и желание выжить любой ценой…
– Тс-с-ш-ш! – стрекот раздался совсем близко.
Охотник танцуя перемещался по длинным, сверкающим нитям, напоминающих металлическую паутину.
На таких нитях висела и я. Очертания комнаты полностью растворились во тьме. Монстр утянул мою душу в подпространство-ловушку и теперь провоцировал, заставляя призвать крылья.
Из глаз брызнули слёзы. Я даже не могла зажмуриться, чтобы не видеть Охотника. Смотрела неотрывно, как он приближается. Неумолимо, будто сама смерть.
Тик-ток… тик-ток…
Тварь ритмично раскачивалась, а неестественно огромные глаза богомола напоминали разбитое зеркало. Я слышала, что в каждом осколке навеки застывала душа съеденной фэйри…
Тик-ток…
Как же глупо всё закончилось! Я только начала чувствовать себя по-настоящему живой… Поверила, что могу сбежать от Брана, забыть о страхах, поступить в ученицы к Суаресу, попросить у Нери доступ в его библиотеку и найти информацию о своём народе…
– Лори! – хриплый, будоражащий голос дракона ворвался в мысли штормовым ветром. – Лори! Ответь мне! Позови…
– Тс-с-ш-ш! – стрекот Охотника скользнул у самого уха и по бокам от меня на паутинки приземлились мощные лапы, заканчивающиеся заточенными лезвиями.
– Поздно… – мысленно прошептала я.
Тварь с шумом втянула воздух и настороженно прислушалась… Лицо у Охотника было почти человеческим, если не считать жутких глаз.
– Лори! – я едва расслышала голос дракона. – Во имя Хаоса! Позови меня! Назови по имени!