Хрустальная невеста

– Стоимость испорченного имущества я вычту из жалования вашей матери.
На провинившуюся девушку настоятельница не смотрела, только на Брана. Словно подчёркивая, кому и за что мстит на самом деле.
«Крыс» Ванда ненавидела. В нашем госпитале часто лечились высокопоставленные военные, поэтому жрицы, выносившие информацию о пациентах за пределы госпиталя, вылетали с работы со скоростью арбалетной стрелы.
Не удивительно, что целительница закусила удила и показательно вышвырнула Лизетту на глазах у нанимателя.
– Но… но… госпожа настоятельница…
Ванда не слушала. Стряхнув с рукава халата несуществующую пылинку, она повернулась к полковнику:
– Леди Лисавэр уже переговорила с сиром Балтимером, теперь он полностью в вашем распоряжении.
– Благодарю, светлейшая, – коротко ответил Эрнандес.
– Записи с кристаллов наблюдения я пришлю вам через час, как и обещала, – добавила настоятельница, игнорируя отчаянные рыдания Лизетты, – сможете лично убедиться, что вашего подчинённого никто не провоцировал. Он устроил скандал, угрожал мне и саботировал работу госпиталя.
– Я обязательно всё изучу. – Взгляд, которым полковник наградил Брана, не предвещал ничего хорошего.
Сомневаюсь, что маркиз отделается простым выговором.
Через три дня он ожидал присвоения нового чина. Дело считалось решённым, и мой жених заказал заранее банкет. Теперь о повышении и речи не шло. Будет чудом, если его вообще не разжалуют.
Как невесте мне полагалось расстроиться, но я неожиданно поймала себя на мысли, что мне плевать.
Ещё утром я радовалась предстоящей свадьбе, нежно поглаживала обручальный браслет и рассказывала Гретте, как мне повезло с суженым. А сейчас в душе осталась лишь звенящая пустота. И отчего-то ужасно кружилась голова. Я смутно помнила, что должна любить Брана, но не могла понять, за что.
– Надеюсь, мы с Лори больше не нужны? – вежливо уточнила Ванда. – Нас ждут пациенты.
– Разумеется, – полковник коротко поклонился настоятельнице, – не смею вас задерживать.
Попрощавшись с остальными, магесса жестом приказала следовать за ней. До её кабинета добрались без происшествий, хотя я молилась, чтобы нас кто-нибудь задержал и мне удалось удрать, но…
– Проходи, – Ванда распахнула двери, пропуская меня вперёд.
В глаза ударил неестественно яркий свет. Стол настоятельницы располагался прямо напротив двери, а за её креслом висела панель с эльфийскими лампами. Их свет ослеплял входящих в кабинет, сбивая с толку и дезориентируя.
Целительница обожала допрашивать здесь провинившихся жриц. Проклятый артефакт она выключала только перед приездом проверяющих или других важных гостей.
– Я редко говорю это, но… сегодня ты меня удивила, Лори. – От вкрадчивого голоса пробирала оторопь. – Первый раз, когда спасла Владыку, второй – когда попыталась настроить его против меня.
Обвинение повисло в воздухе. Оно казалось настолько нелепым, что возражать было бессмысленно. Слова просто застряли в горле.
Но настоятельница истолковала моё молчание по-своему.
– Прелестно! – Ванда подошла к столу и хлопнула в ладоши, выключая допросный артефакт. – Ты даже не пытаешься оправдаться! Уважаю. Люблю красивую игру, а ты, в отличие от Лизетты, достойный противник.
Достойный противник едва держался на ногах. Головокружение, накатившее на меня ещё в коридоре, усилилось. Комната плясала перед глазами как палуба корабля во время качки, и я старалась не двигаться. Стояла, привалившись плечом к шкафчику с документами, и молилась, чтобы меня оставили в покое. Хотя бы ненадолго.
– Впечатляющая выдержка, – продолжила настоятельница, – молниеносная реакция и умение подстроиться под ситуацию. Ты напоминаешь меня в молодости.
Неужели?
К таким откровениям я была не готова, поэтому молча кивнула. Гретта говорила, что с душевнобольными лучше не спорить, а речь целительницы я воспринимала именно так.
– Но я никогда не скрывала шипы под маской страдалицы, – продолжила Ванда, – а тебе она идёт. И Владыке, похоже, нравится.
Напоминание о драконе отрезвило. Даже головокружение немного отступило.
 
– Мне необходимо вернуться…
– Вернёшься, – перебила настоятельница, – когда я разрешу. Это понятно?
– Более чем, – ответила, старательно изображая смирение.
Что происходит, я не особо понимала. Но интуиция подсказывала, что лучше молчать и со всем соглашаться. Видимо, Владыка успел отчитать её и намекнуть, что меня лучше не трогать. В противном случае я бы уже летела из госпиталя вместе с Лизеттой.
– Садись, тебе нужно немного подкрепиться и выпить сладкого чаю, – Ванда щёлкнула пальцами, подзывая столик с чашками и магическим чайником.
Артефакт беззвучно подъехал ближе, замерев между двумя мягкими креслами.
Рука невольно скользнула на лежавший в кармане халата определитель ядов. Амулет последнего поколения нагревался, реагируя на отраву не только в пище и питье, но и в крови больного. Я не расставалась с ним на работе и сейчас, глядя как настоятельница заботливо разливает чаёк, судорожно сжимала заветный камушек.
Травить меня в кабинете она точно не станет, а вот опоить чем-то может. Случай с Лизеттой показал, что подставами Ванда не брезгует.
– Садись, – с нажимом повторила магесса.
Легко сказать… Ноги казались ватными, я чудом не рухнула в обморок и кое-как добрела до кресла.
– У тебя начался откат, – моё состояние не осталось незамеченным, – скоро пройдёт. Зелий никаких не пей, иначе станет хуже.
– Я не собиралась, – ответила, едва шевеля языком. Меня бил озноб как при лихорадке, глаза слипались, а мысли вязли, словно в густом киселе.
– Это реакция на привязку, – продолжила Ванда, – нам очень повезло, что она закрепилась.
С последним я могла поспорить! Связь с Нери меня совершенно не интересовала, но и дракон прямым текстом сообщил, что не нуждается в постельных батарейках. Зато его предложение представить меня Суаресу будоражило кровь и воображение.
Хотелось как можно скорее вернуться в палату и сказать, что я согласна! Плевать на сомнения. Я так устала, что цеплялась даже за призрачный шанс вырваться из госпиталя Святой Виталины.
Только что делать с Браном? Страшно представить, как он отреагирует на новости о собеседовании.
От воспоминаний о женихе голова закружилась с новой силой, и я испытала острый, болезненный приступ вины. Словно всё случившееся сегодня было на моей совести. Эти мысли казались абсолютно чужими, но избавиться от них не получалось. Они кружили стаей воронья, мешая осознать что-то очень важное…
– Пей, – передо мной поставили чашку с чаем.
Камушек в кармане никак не отреагировал на напиток. Зато желудок предательски заурчал, напоминая, что мы с утра толком не ели.
– Благодарю, – я незаметно напрягла живот, пытаясь угомонить урчание.
Но настоятельница лишь фыркнула и достала из магического холодильника коробочку с пирожными.
– Ты сдержала слово и выполнила свою часть сделки, – продолжила Ванда, раскладывая сладости по тарелочкам, – Владыка сказал, что поддержит мою кандидатуру на выборах Верховной.
Хвала Пресветлой! Пока змея не получит желаемое, заляжет на дно. А я, если повезёт, успею в это время прийти в себя и встретиться с Суаресом. В конце-то концов, целитель я сильный. Может, удастся попасть к нему в помощницы?
– Но твоя просьба приструнить меня была на редкость глупой, – продолжила Ванда, – ты правда думала, что я не догадаюсь, кто настроил его против меня? Только ты могла воспользоваться привязкой и повлиять на Нери. Он был в бешенстве, когда говорил со мной.
Хотелось возразить, но я вовремя вспомнила, что наставница не любит оправданий. Поэтому вместо ответа молча цапнула с тарелки одно пирожное.
– Ты заигралась, – добавила целительница. Её голос звучал холодно, но сдержанно.
Кажется, я угадала с тактикой.
Пусть считает, что я действительно имею определённое влияние на Владыку. Больше шансов уцелеть в этой игре.