Дорога тьмы (СИ)

— Кто оказывает?
— Да хрен его знает, — вздохнул собеседник, рассматривая опустевшую кружку. — Еще пива возьмешь? И пожрать чего-нибудь.
— Само собой. Эй, красотка! Нам еще пива с колбасками!
— Умер тот знакомый через два дня.
— Как?
— Да просто умер и все. Пришел, рассказал пару небылиц и сдох, как собака шелудивая.
— Странно это все, — заметил я, допивая свою порцию. — А потом?
— А потом мои друзья захотели глянуть, что там происходит. Я этих дураков отговаривал, но они решили, что самые умные. Пошли — и больше их никто не видел.
— Вот дерьмо.
— Не то слово, малыш, не то слово. Но самое дерьмовое, что об этой истории весь город узнал. Караванщики, собиратели разного старинного дерьма, мелкота всякая. И теперь туда целые толпы дураков идут.
— Идут, но не возвращаются?
— Почему же не возвращаются? — улыбка мужика превратилась в оскал голодной акулы. — Иногда возвращаются, рассказывают нам, что их друзья отправились в лучшие миры, а затем снова уходят. И больше их уже никто никогда не видит.
— А что…
— Пойду я, малыш. Ночь на дворе.
  
Глава 11
 
Короткий разговор с охочим до бесплатной выпивки забулдыгой не принес никакой реальной конкретики, однако вселил в мою душу еще больше смутных подозрений — хотя вокруг до сих пор не происходило ничего из ряда вон выходящего, у меня сложилось очень стойкое ощущение какой-то неприглядной тайны. Тайны, о которой все знают, которую никто особо не скрывает, но до которой чрезвычайно сложно додуматься самостоятельно. Странная работа городской защиты, странное поведение людей, странный рассказ — все эти мелкие фрагменты общей картины упорно не давали мне покоя, заставляя часами напролет бродить по тавернам и кабакам, пить осточертевшее пиво, а также ввязываться в разговоры с оказавшимися рядом посетителями. И хотя на первый взгляд польза от такого занятия была крайне сомнительной, в конце концов оно дало-таки нужный мне результат.
— Я вот думаю на днях в столицу двинуть, — заговорщицким тоном сообщил я очередному бармену, прихлебывая только что полученный напиток. — Слышали оттуда какие-нибудь новости?
— Да какие там новости, — лениво ответил дородный усатый мужик, в лучших традициях голливудских фильмов протирая тряпочкой длинную стойку. — Деревенские бегают по округе, пришлых дурачков щиплют, да кукурузу выращивают. У них других занятий-то и нет, считай.
Пассаж про дурачков я уже неоднократно слышал — местные жители не стеснялись признаваться в том, что считают отправлявшихся на поиски небесного храма мечтателей очень недалекими людьми. А вот тот факт, что их кто-то «щиплет», всплыл только сегодня.
— Щиплют, значит? И как это делается?
— Так ценами жеж. Купил здесь овцу за сотню золотом, отвез туда, сбагрил этим убогим за три сотни — и все счастливы. Не обижайся, я не тебя имел в виду.
— А на кой черт им овца?
— Так дорога-то дальняя, жрать всем хочется.
— Ясно. А из столицы давно люди возвращались? Мне рассказывали, что оттуда вообще никто не приходит.
— Приходят, не приходят… был пару месяцев назад один мужик, три дня про свой храм трещал, а затем упился до смерти, как дворняга подзаборная. Еще пива будешь?
— Обязательно, — кивнул я, чувствуя, что в кои-то веки нащупал интересную ниточку. — И колбасы жареной, иначе тоже упьюсь к чертям.
— Да с этой водички никто не упивается, — добродушно хмыкнул собеседник, подбрасывая дрова в маленькую печь. — Вот с винами сладкими такое часто бывает.
— Что-то не видел я тут никаких вин.
— Спрашивать надо. Они не у всех попадаются.
— Ясно. А этот пьяница что-нибудь интересное говорил?
— Да как обычно. Дескать, прошел до самой Аншанассы, отбился от всех самых страшных демонов, а затем проводил друзей к небесному храму и вернулся. Этот бред уже никто слушать не хочет.
— У нас на севере об этом мало что знают. Байки все время гуляют, но я о таких вот рассказах первый раз слышу. Точнее, не совсем первый, но только здесь хоть что-то начал понимать.
 
Бармен еще раз хмыкнул, отправил на грубую сковородку несколько кусков аппетитно выглядевшей колбасы, после чего весело рассмеялся:
— Правду говорили, что ты рано или поздно до меня дойдешь. А я думал, терпения не хватит.
— Э… в смысле?
— Думаешь, тут никто не заметил, что какой-то седой мальчишка про небесный храм днями и ночами повсюду спрашивает? Ребята уже ставки принимают, доберешься ты до очередного кабака или бросишь наконец-то это дело.
— Я же вроде как ничего не нарушаю?
— Да боги с тобой, никто и не говорит, что нарушаешь. Просто забавно выглядит.
Признание собеседника заметно пошатнуло мою веру в собственную гениальность — я абсолютно упустил из виду тот факт, что в маленьком городке, жители которого месяцами не видят никаких новых лиц, затеряться в толпе и незаметно собрать нужную информацию будет весьма затруднительно. Сейчас это осознание пришло.
— Мне именно поэтому никто ничего внятного сказать не может?
— Так ты же ничего внятного и не спрашиваешь, — усмехнулся мужик. — Новости тебе из столичных деревень подавай, о пьяницах рассказывай… а кому это надо? Всем лень.
— Я же и заплатить могу.
— Так с этого и начинал бы. За тридцатку золотом я тебе сам все что хочешь объясню.
Мысленно проклиная свое неуместное желание поиграть в секретного агента, я полазил по карманам, добыл оттуда необходимую сумму и торжественно водрузил ее перед барменом. Тот без какого-либо стеснения смахнул золотые монеты в ящик стола, затем неторопливо нацедил две кружки пива и поставил передо мной тарелку с разогретой колбасой:
— Держи. И спрашивай, чего хочешь.
— Я хочу найти небесный храм. Он существует?
— Понятия не имею. И никто не имеет.
— Ладно. В столицу раньше действительно ходили собиратели?
— Ага. Думаешь, почему тут городок наш построили? Очень удобно было.
— А сейчас?
— А сейчас мы больше торгуем и овощи с пшеницей выращиваем. Тоже хорошее дело, я тебе скажу.
— Верю… из столицы на самом деле возвращаются люди?
— Редко, — пожал плечами собеседник. — А если приходят, то быстро дохнут. На них все так и смотрят — как на глупых смертников.
— И ваши видящие ничего не делают?
— Раньше делали, расспрашивали их, следили, но затем бросили. Смысла нет.
— Они всегда умирают? Как?
— Да по-разному. Кто-то вином траванется, кто-то замерзнет, кто-то в поля уйдет и сгинет. Один даже в озере нашем утонул, как остолоп безмозглый.
— И никто об этом не говорит?
— Они же пришлые. Свои в Аншанассу давно не ходят.
— То есть, рядом с вами творится какая-то хрень, а вам все равно?
— Так и есть, парень, так и есть. У нас тут мирно и спокойно, это главное.
Я немного помолчал, рассматривая колбасу и думая, о чем еще можно спросить. Трактирщик охотно подтвердил все рассказы моего случайного знакомого, картина творившихся здесь событий окончательно приобрела налет достоверности, однако более ясной все равно не стала. И сломать этот барьер непонимания у меня никак не получалось.
— Вот дерьмо. Вы сами-то что думаете?
— Да мне плевать, — безмятежно улыбнулся мужик. — Не мои проблемы.
— А остальным?
— И остальным тоже плевать.
— Но насчет столицы у вас личное мнение все же имеется? За тридцать-то золотых?
— В столице что-то возникло, — посерьезнел бармен. — Возникло и теперь занимается какими-то своими делами. Как по мне, соваться туда не нужно. Если хочешь жить, само собой.
— Небесный храм?
— Обычные люди ничего о нем не знают, поверь. Можешь болтаться здесь хоть целый год, но никто тебе ничего толкового не расскажет. Лучше сходи к видящим. Или в одну из деревушек, там народ гораздо больше этим дерьмом интересуется.
— Понял, спасибо…
Я по инерции заглянул еще в одну таверну, выпил там еще одну кружку пива, поговорил с очередным полностью индифферентным ко всему происходящему трактирщиком, а затем решил, что с меня хватит — кажется, тот максимум информации, который можно было получить от простых жителей города, я уже получил. Здравый смысл подсказывал, что следующим этапом должен был стать визит к здешним чародеям — несмотря на то, что общаться с магами я слегка побаивался, альтернативой этому являлся поход в столичные пустоши, которые по своей сути являлись заметно более опасными, нежели здешняя пастораль. Вдобавок, у меня имелась рекомендация мастера Ши. Пусть данная им только на словах, но все же.