Дорога тьмы (СИ)
Постояв пару минут возле холмика, я встряхнулся, ушел обратно к воротам, после чего разыскал там мастера Ши.
— Здесь есть могила. Свежая.
— Где именно? — тут же встревожился маг. — Одна?
— Да, одна, вон там. Никаких душ рядом нет.
— Души иногда возвращаются, — пояснил старик, направляясь в указанную мной сторону. — А иногда прячутся. Сюда?
— Да, вот здесь.
Могила волшебнику совершенно точно не понравилась — осторожно потыкав сапогом слежавшуюся землю и дотронувшись до ожерелья, он болезненно скривился, прошептал себе под нос что-то раздраженное, а затем глубоко вздохнул:
— Терпеть не могу такие вот подарки. Вот что мешало им вытащить его в лес?
— Вы про жителей?
— Про них, — кивнул маг, продолжая смотреть на ожерелье. — Видишь эту штуку?
— Вижу.
— Внутри нее сидит чей-то отпечаток души. А это значит, что сама душа будет летать где-нибудь рядом, пока окончательно не сдохнет.
— Может быть, она уже того, все?
— Очень сомневаюсь, — буркнул собеседник. — Слишком уж могила свежая.
Найденное мною захоронение заметно испортило настроение готовившимся к отдыху людям — насколько я понял, одинокий фантом вполне мог забраться в голову к простому человеку, незаметно свести его с ума и внушить острое желание кого-нибудь убить. По идее, амулеты должны были защищать от этой угрозы, однако приближалась ночь, во время которой особо хитрые призраки получали достаточное количество времени для того чтобы спокойно выбрать себе жертву, аккуратно истощить ее обереги, а затем и взять под контроль. Был ли в деревне призрак и хватило бы у него смекалки на подобные действия, все еще оставалось загадкой, но игнорировать эту угрозу волшебники не имели права. В итоге желанная ночевка превратилась для караванщиков в сущее мучение — как только окончательно стемнело, по деревне начали бродить патрули, а оба видящих заняли место у центрального костра и приготовились к посменному дежурству. Я слегка поудивлялся тому обстоятельству, что все эти неудобства создал один-единственный гипотетический фантом, но затем выбросил проблемы соседей из головы, организовал вокруг себя охранную печать и уснул.
Следующее утро стало переломной точкой в нашем путешествии. Так как ночью ничего страшного не случилось, настроение торговцев быстро вернулось к прежним значениям, а в разговорах стали все чаще проскальзывать мечтательные нотки — брошенная деревушка располагалась в нескольких днях пути от финальной точки маршрута, других остановок запланировано не было и мысли уставших от бесконечной дороги людей сами собой перетекли в новое русло. Кто-то грезил о хорошей бане, кто-то беззастенчиво вспоминал знакомых девиц легкого поведения, кто-то считал вероятную прибыль и вовсю готовился тратить деньги, кто-то думал о семье и друзьях. Меня такие разговоры слегка нервировали, но абстрагироваться от них никак не получалось — складывалось впечатление, что у моих спутников разом сорвало некие внутренние шлюзы, в результате чего весь караван перешел в режим повышенной болтливости. Впрочем, ближе к полудню это массовое выражение чувств немного стихло.
Спустя два или три часа размеренного передвижения по ставшей чуть более утоптанной дороге нам попался встречный караван — точно такая же вереница допотопных телег, плотно набитых всяким хламом и сопровождаемых десятком суровых воинов. Охрана у конкурентов выглядела на порядок более профессиональной, наряды торговцев показались мне чуточку богаче, однако встреча прошла в очень теплой и дружеской обстановке. Две цепочки повозок замерли друг напротив друга, сразу после этого начался спонтанный обмен новостями, затем откуда-то появилась бочка с пивом, а в результате все мероприятие затянулось часа на два. Обычные сплетни были мне абсолютно без надобности, но я все равно болтался в толпе, пил вместе с остальными горьковатое пиво и старался проникнуться жизнью неотвратимо приближавшегося города. Надо сказать, что общие настроения только что покинувших его караванщиков казались немного рафинированными — никто из них не говорил о проблемах, никто не поливал помоями соседей, никто ни на что не жаловался, так что чаще всего беседы сводились к обсуждению забавных жизненных ситуаций или чьих-то местечковых достижений. Складывалось впечатление, что в этом мире абсолютно все люди испытывают друг другу если не откровенно дружеские, то вполне теплые чувства. Учитывая глобальную ситуацию, поверить в это было достаточно легко, но у меня все равно возникло легкое чувство недоумения — слишком уж сильно отличалось такое поведение от привычных мне по другим реальностям войн, интриг и прочих конфликтов.
Градус радостного ожидания после этой незапланированной встречи ощутимо поднялся и больше уже не опускался. До конца дня наш караван прошел мимо двух заброшенных поселков, пересек реку по удивительно хорошо сохранившемуся мосту, однако до конечной точки маршрута все же не добрался, остановившись на ночевку в маленькой рощице. А вот еще через сутки, преодолев самый последний отрезок пути, оказался-таки рядом с целью.
Городок с громким, но при этом весьма банальным названием «Свободный» располагался на берегах узенькой речки в непосредственной близости от достаточно крупного перекрестка. Думаю, именно этот перекресток стал определяющим фактором при выборе места для будущего поселения — благодаря его наличию здешние торговцы могли отправлять свои караваны в любую сторону света без особых логистических трудностей. Река обеспечивала людей питьевой водой, на ее берегах виднелись большие участки возделанной земли, чуть поодаль возвышалась новенькая мельница, так что отстроенная с нуля община казалась вполне самодостаточной и успешной. С безопасностью здесь также был полный порядок — мне сразу же бросилась в глаза длинная каменная стена, опоясывавшая город непрерывной защитной линией. Уберечь местных жителей от набегов каких-нибудь пришлых варваров эта преграда не могла, но бесплотных гостей должна была отпугивать с легкостью — слишком уж много энергии оказалось сконцентрировано в испещренных непонятными символами кирпичах. Настолько много, что их близость лично у меня вызывала хоть и легкую, но вполне отчетливую тревогу.
Стоявшие прямо за стеной домики не радовали каким-то особенным разнообразием — их строили из того же самого желтоватого известняка что и стену, дизайн также не блистал оригинальностью, а количество этажей обычно не превышало трех. Во всяком случае, более высотных построек я не заметил.
— Добрались наконец-то, — оборвал мои размышления поравнявшийся с телегой мастер Ши. — Сейчас до карьера доедем и можно будет расслабиться. Уже знаешь, куда идти?
— Нет. А что за карьер?
— Раньше там камень для постройки рубили, а сейчас на его месте озеро образовалось. Животных лучше всего там держать.
— Ясно.
— Ты все еще собираешься искать небесный храм? Или передумал?
— Будет видно по ходу дела.
— Если решишь забыть об этих глупостях, то я могу замолвить за тебя словечко, — неожиданно предложил волшебник. — В городе всегда есть место для видящих, которые умеют обращаться с энергией. Жилье тебе найдут, деньги, опять же, всегда будут. Ну и о благодарности от жителей не забывай. Здесь ценят тех, кто стоит на пути у призраков.
Я хотел было высокомерно отказаться, однако внезапно понял, что волшебник нарисовал очень даже реальный вариант моего дальнейшего будущего. Сделать портал на Землю у меня так и не вышло, нож все еще отказывался делиться силой, пресловутый небесный храм вполне мог оказаться бредом какого-то местного придурка, а в результате я рисковал остаться в этом чертовом мире навсегда. Верить в это не хотелось, но учитывать подобный расклад было необходимо.
— Спасибо. Если ничего не получится, воспользуюсь вашей рекомендацией.
— Как надумаешь, загляни в Синюю башню и скажи, что от меня.
— Хорошо. А куда идти, чтобы отыскать этот самый храм? В какую сторону?
— Говорят, он где-то на севере, — пожал плечами собеседник. — Возле столичных пустошей два наших поселка есть, там и надо спрашивать.