Дорога тьмы (СИ)
— Это я. Я кормил тебя душами врагов, помнишь? Дай мне капельку силы, тогда в будущем я смогу кормить тебя еще чаще. Осознаешь?
Разговор с валявшейся на камне железкой выглядел достаточно абсурдным делом, но результат оказался поистине впечатляющим — недовольство тут же исчезло, а вместо него меня коснулась чужая радость. Простая, искренняя и какая-то щенячья. Клинок явно вспомнил историю наших взаимоотношений и теперь демонстрировал это всеми возможными способами.
— Мне совсем чуть-чуть, — сообщил я, безуспешно пытаясь отогнать от себя мысль о том, что некоторые щенки со временем превращаются в кровожадных ротвейлеров и бультерьеров. — Поделишься?
Новая попытка завладеть чужой силой оказалась даже слишком успешной — как только я вторично потянулся к ножу, мне навстречу устремился плотный и мощный поток обжигающей энергии. Внутренний резерв переполнился в мгновение ока, меня захлестнуло странным ощущением отстраненной рафинированной злости, а еще через секунду я ощутил, что начинаю задыхаться. Лихорадочная попытка отстраниться от артефакта ни к чему не привела, мне пришлось вызвать молнию, внутренности храма озарились ярчайшей вспышкой, по ушам ударил тяжкий грохот…
Одна из внутренних перегородок здания сложилась, как будто сделанная из картона, пол под моими ногами вздрогнул, а затем сверху начали валиться камни. Осознав, что могу прямо сейчас бесславно сдохнуть, я цапнул нож, метнулся к ближайшему окну и выпрыгнул наружу прямо сквозь чудом уцелевший витраж. Полет со второго этажа не доставил мне ни малейшего удовольствия, мостовая ощутимо ударила по пяткам, но тут совсем рядом упала массивная статуя какой-то горгульи, все вокруг засыпало обломками известняка и я шустрым зайцем бросился на противоположную сторону улицы.
— Твою мать…
К счастью, вызванный моим необдуманными действиями катаклизм оказался локальным — в храме что-то с шумом обрушилось, потом раздался многообещающий треск, до меня донесся мелодичный звон бьющегося стекла и все закончилось. Здание осталось на месте.
— Твою мать, — повторил я, внимательно прислушиваясь к собственным ощущениям. — Блин.
Оценить реальную силу созданной благодаря поддержке артефакта молнии было чертовски трудно, но при обычных обстоятельствах ни одно из доступных мне заклинаний не могло нанести таких повреждений — даже отлично справлявшийся с запертыми дверями телекинез. То есть, я блестяще решил самую базовую из поставленных перед собою задач, успешно использовав силу принадлежавшего мне артефакта, преобразовав ее в боевое заклинание и вовремя отключившись от источника энергии. Оставалось лишь закрепить полученный опыт, а потом в качестве компенсации накормить клинок парочкой фантомов.
Благо, что бесхозных душ в городе было еще много.
Глава 8
Для того чтобы поймать двух зазевавшихся призраков, мне пришлось убить три или четыре часа времени. Я долго бродил по мертвым улицам, пытался ощутить отголоски чужих эмоций, следил за собственным чувством тревоги, иногда резко сворачивал или же возвращался назад, старался незаметно подкрасться к появлявшимся вдалеке силуэтам, однако мои бесплотные соседи вели себя с максимальной осторожностью и не позволяли сократить дистанцию. То ли у них существовала какая-то внутренняя система оповещения, то ли я сам неплохо так светился в магическом диапазоне, но духи с легкостью избегали встреч, демонстративно игнорируя мое появление и отказываясь вступать в конфронтацию. Мне пришлось уйти в южную часть города и резко взвинтить скорость, рискуя угодить в объятия спрятавшейся на пути медузы, но этот подход очень быстро дал свои плоды — передо мной буквально сразу же оказался зазевавшийся фантом и черный клинок в мгновение ока оборвал его существование. Спустя четверть часа похожая судьба настигла другого бедолагу, а я с чувством выполненного долга направился в обратный путь.
Город уже давно не ассоциировался в моем сознании с чем-то действительно страшным, так что я позволил себе небольшую прогулку по незнакомому маршруту, пересек ремесленные кварталы и даже заглянул в расположенную на берегу еще одного пересохшего канала кузницу. Впрочем, побитые жизнью инструменты не представляли для меня никакой ценности и в конце концов я двинулся туда, где находился храм Лакарсис.
Судьба богини успела отойти в моем сознании на второй план, однако возня с ножом неожиданно вернула эту тему в разряд актуальных. Все было чертовски просто — если уж погибший в мире Шазирро бог мог обрести некое подобие второй жизни за счет связанного с ним артефакта, то что мешало мне воскресить таким образом Лакарсис? Да, у меня не осталось ни одной подходящей реликвии с отпечатком ее души, но я прямо сейчас находился там, где она начинала свой путь к величию. Значит, такая реликвия могла валяться в соседнем городе. Или же в сокровищнице одного из местных волшебников.
Думая о том, что спустя несколько лет я вполне могу взрастить более лояльную и более управляемую копию своей покровительницы, я вернулся в храм, еще раз тщательно проверил все его закоулки на предмет спрятанных артефактов, а затем остановился посреди главного зала, изучая частично разрушенное изваяние.
Идея возрождения богини была очень привлекательной и воодушевляющей, однако ей противостояла гораздо более трезвая мысль. Весь вопрос заключался в том, ради чего конкретно мне начинать этот путь с нуля, если под рукой уже имеется готовый полуфабрикат — способный приносить реальную пользу и вполне лояльный? Да, личность Лакарсис вызывала в моей душе теплые чувства, но это являлось только субъективной оценкой, мало соотносившейся с действительностью — не зря же здешние аборигены считали ее отвратительным демоном. То есть, с объективной точки зрения застрявшая в ноже сущность была ничем не хуже, а то и лучше.
— Хрен его знает…
Проведя еще какое-то время в тяжких раздумьях, я решил отложить проблему выбора на будущее, забрался на второй этаж, установил там охранную печать, после чего лег спать.
Следующий день начался с возвращения в деревню — мне очень хотелось выяснить у Сайхала, ради чего ему потребовалось отправлять ко мне какую-то девку, после чего оценить перспективы дальнейшего сотрудничества. С одной стороны, ничего действительно шокирующего мои соседи не сделали, а враждебности в эмоциях гостьи не наблюдалось, но вот сам факт настолько грубой и топорной манипуляции вызывал определенный негатив. Из-за этого я всю дорогу готовился к тяжелому разговору на повышенных тонах и даже просчитывал вероятные повороты беседы, но реальность на этот раз оказалась гораздо проще моих фантазий — встретившийся мне сразу за воротами маг не стал юлить и сам перевел разговор в интересовавшую меня плоскость.
— Хорошего дня, Макс. Говорят, у вас с Элиш ничего не получилось?
— Хорошего дня, — автоматически кивнул я. — Именно об этом мне и нужно с вами поговорить.
— Да не о чем там разговаривать. — Сайхал отстраненно махнул рукой, а затем жестом пригласил меня под навес. — Я сразу сказал, что из этого ничего толкового не получится, но ее ведь не убедишь.
— Элиш?
— Да при чем тут Элиш. Девочка просто сделала то, что ей велела мать.
— А…
— Джа решила дочку пристроить, — сообщил волшебник, вытаскивая из кармана трубку. — Втемяшилось ей в голову, что так для всех лучше будет. И ты захочешь здесь остаться, и у дочки мужик толковый появится. Дело-то хорошее, но я сразу сказал, что ты ее мысли почувствуешь. Мы, видящие, такое сразу ловим.
Чистосердечное и довольно-таки простодушное объяснение мага слегка выбило меня из колеи — получалось так, что раздутая моим воображением проблема действительно не стоила выеденного яйца. Тем более, что в эмоциях волшебника не ощущалось никакого напряжения или растерянности — он просто озвучил то, что считал абсолютно несущественной и ни на что не влияющей правдой. Практичная и хваткая женщина решила воспользоваться ситуацией, ее дочка не стала возражать против запланированного мамашей брака по расчету… а что в этом такого, если уж на то пошло?