Бунтарка для Альфы (СИ)

В лазарете меня осмотрели, обработали раны и ссадины, поставили капельницу с витаминами. И я, наконец, отоспалась. Дрыхла более суток, так сладко, наверное, только в детстве спала. Наверняка подмешали снотворное, или в капельницу, или в пищу. Гады. Голова после сна была тяжелой, аппетит – зверским. В еде меня не ограничивали, и я в первый прием пищи так наелась, что блевала. В следующие дни была осторожнее, с едой не увлекалась. Желудок пришел в норму. Медсестра, что за мной ухаживала, была нелюбезной и неразговорчивой. Что-то мне подсказывало, что здесь все такие.
Через несколько дней Далла снова появилась и приказала следовать за ней.
- В комнатах живут по двое. Вот твоя.
Распахивается дверь. Две кровати, на одной нет белья, и даже матраса. На второй сидит хрупкая белокурая девушка. Меня точно током бьет – на секунду безумная мысль посещает – Белоснежка!
Но, разумеется, это не она. Далла представляет нас друг дружке. Я не особенно настроена на дружелюбие и разговоры, упала на кровать, как только мне принесли матрас белье – шустрая девушка, помощница Даллы.
Она же принесла и гору учебников.
- Занятия начинаются в восемь. Не проспи. Блисс, проконтролируй.
Блондинка кивает.
Когда Далла уходит, застилаю постель, ложусь на свежие простыни и довольно потягиваюсь.
- На твоих запястьях следы… словно тебя связывали, - смущенно говорит моя соседка.
- Они почти прошли… Слушай, ты не возражаешь, если я посплю. Не очень хорошо себя чувствую.
- Да, конечно, - еще сильнее смущается девушка. – Прости, что лезу… Просто нам жить вместе.
- Ага, я это поняла.
Отворачиваюсь к стенке. Да уж, я мастер по заведению друзей. Ночной кошмар пульсирует внутри, сознание заполонили образы: крики и кровь, страшные картинки обволакивают меня, душат. Снова и снова кричу, бегу куда-то.
- Проснись, Алекс! – раздается снова и снова умоляющий крик, которому не могу противостоять. – Проснись! Очнись, немедленно!
Резко сажусь на постели и открываю глаза, в первую минуту не в силах понять где нахожусь. Влажные пряди волос прилипли ко лбу.
- Уфф, наконец то! Очнулась!
С трудом выпрямляюсь на постели, пытаясь успокоить дыхание.
Моя соседка сидит рядом. Протягивает руку и проводит по моим волосам. Пытаюсь вспомнить имя девушки с которой поселили меня. Кажется, ее имя Блисс. Она обнимает меня и снова ласково гладит по голове. Я отшатываюсь.
- Не трогай меня! Что ты себе позволяешь?!
- Прости! Я так испугалась за тебя… Все в порядке? Пришла в себя?
- Да… Извини. Я разбудила тебя? Мне часто снится этот сон.
- Да. Понимаю.
Она смотрит так, словно знает о том, что произошло со мной. Что вся моя семья погибла. И хотя, я не присутствовала при этом, во сне снова и снова слышу их крики.
Так, в полном молчании, мы сидим несколько минут. Почувствовав, что я успокоилась, Блисс тянется к ночному столику и включает поярче лампу. До этого света почти не было, сейчас вся комната освещается. Становится уютнее.
- Когда ты ела в последний раз? – спрашивает вдруг Блисс.
- Намекаешь, что кошмары у меня от голода?
- Возможно.
- Я голодна, да. Но потерплю до завтрака.
- Можно пробраться на кухню.
- Не думаю, что стоит начинать мою учебу здесь с проступка.
- Тебя держали связанной и не кормили? Твой опекун просто зверь!
- Так и есть, - улыбаюсь. – Как и все мы.
- Ты понимаешь, о чем я.
Подхожу к стене и разглядываю себя в висящем на ней зеркале. Кожа бледнее обычного, темные круги под глазами и общее впечатление слабости.
Пожимаю плечами.
- Красотка хоть куда.
- На самом деле ты очень даже красивая, – подходит ко мне сзади Блисс.
- Спасибо за неожиданный комплимент, - отвечаю с усмешкой.
- На самом деле! Я говорю совершенно серьезно… А теперь иди за мной.
- Наверное не лучшая идея в первый же день нарушать правила…
- Не будь трусихой, Алекс!
Пробираемся на кухню, Блисс открывает большой холодильник стального цвета, достает хлеб и колбасу, делает нам бутерброды.
– Слушай так можно? Нас не будут ругать?
 
– Конечно будут, если поймают, то нам конец. Директриса накажет сурово, она настоящая сука… скоро в этом убедишься, - Блисс хихикает. – И этот твой опекун тоже довольно строгий, суровый... Если честно я его боюсь. Но я без этих вылазок здесь, наверное, не выжила… Особенно поначалу.
- Не называй его моим опекуном! Я ненавижу этого человека. Он силой заставил меня учиться здесь…
- Хорошо, извини. Бежим обратно, я умираю с голоду!
Окидывая взглядом хрупкую фигуру девушки, удивляюсь. Блисс совсем не похожа на любительницу поесть ночью.
- Соберись, бежим обратно, Алекс, - торопит подруга, прижимая к груди бутерброды, и мы на цыпочках возвращаемся по лабиринту коридоров и этажей к себе. Разумеется, одной мне в жизни не найти дорогу…
Вбегаем в свою комнату и падаем на постели, довольные что все прошло успешно.
- И каким же могло быть наказание, если бы нас поймали? – спрашиваю, жуя с аппетитом бутерброд.
- Я не попадалась. Но, думаю, могут посадить в одиночку… Может быть даже на несколько дней. Не самая приятная перспектива…
- Вот гады.
- Ага. Дисциплина для Кейсера превыше всего. Строгий очень… В обычной жизни он такой же? – вдруг с любопытством спрашивает Блисс.
- Ммм… да откуда мне знать? Кем он там мне приходится? Дядькой, наверное. Троюродным. Я его и видела-то пару раз всего. Никак он себя не вел… Смотрел равнодушно.
Я лукавлю конечно. Но не могу рассказать Блисс правду. Что была одержима Кейсером в детстве. Моя самая темная тайна…
- Расскажи лучше, что ждёт меня завтра? Приведут в класс, где все сидят над учебниками, и представят: знакомьтесь новенькая? - ухмыляюсь. - Так это здесь происходит?
– Знаешь, новенькие посреди учебного года… такого на моей памяти ещё не было, - говорит Блисс.
- А сколько ты здесь уже?
– Второй год. Знаешь какой я сюда приехала? В два раза больше весила, - вздыхает Блисс. – Я всегда любила поесть. Но здешнее место из любой толстухи воблу сделает.
- Ого. Ничего себе. Тут так сурово?
- Много физической нагрузки… Скорее всего, наверное, так и будет, как ты нарисовала. Тебя приведут в класс, представят. Не слишком приятное событие, но ничего.
– Как ты думаешь мы попадём в один класс?
– Не знаю, но надеюсь на это. Ты мне нравишься, - улыбается Блисс. – А тут редко возникает дружба. Нам все время внушают, что мы соперники. Конкуренты во всем. Здесь в основном не слишком приятные типы учатся. Преступники.
Глава 3 
Мы проболтали с Блисс до поздней ночи, поэтому подъем в шесть утра дался мне нелегко. Вместо класса и представлений как мы предполагали ночью, нас вытащили на улицу. Огромную толпу учеников, видимо вся школа собралась. Нас повели на стадион довольно таки больших размеров и гоняли под моросящим утренним дождём целый час. Я потеряла из виду Блисс, она очень быстро отстала и плелась где-то позади еле живая. Уже ближе к финалу я притормозила, дождалась подругу.
– Совсем тяжко тебе? - спрашиваю сочувственно.
– Зато ты, в прекрасной форме. Здорово, - говорит Блисс. – А меня из-за этих нагрузок все время грозятся отчислить. Вот с точными науками все прекрасно, программирование особенно. Наверное, только за счет этого держусь, а физически я слабенькая.
– Ясно, но здесь же, наверное, готовят разноплановых специалистов.
– Это точно, этим и спасаюсь. Эта школа важна для меня. Если вернусь домой, мне конец. Мачеха со свету сживёт.
К нам подходит высокая темноволосая девушка очень красивая, но на её лице написано презрение.
– Ну что, Блисс, снова бьешь рекорды по косолапости? – ее голос полон ехидства и насмешки.
Моя подруга краснеет от этого вопроса.
Какая тебе разница Дина, я не даю тебе покоя? – видно, что этот ответ дается Блисс нелегко.