Бунтарка для Альфы (СИ)

Но сейчас притворяюсь паинькой чтобы усыпить бдительность учителей и руководства. С Кейсером стараюсь не сталкиваться. Его не обмануть.
Стучу в дверь, она отъезжает в сторону. Антония стоит у своего стола, собирая бумаги. Она выглядит усталой и измученной.
- Что такое, Алекс? Меня ждут на совещании через пять минут.
Вхожу в комнату и сажусь, упершись сердитым взглядом.
- У меня появились новые вопросы.
- Вы завтра вылетаете в столицу, затем на остров. Не находишь что поздновато? У тебя появились сомнения?
– А что если я захочу уйти?
Антония выглядит удивленной.
– О чем ты?
- У меня и правда есть сомнения. Я не подумала… О том, кого мне предстоит играть. Невесту… то есть… Кейсер будет касаться меня?
- Да. Обнимать и целовать, но не более. Не бойся, он никогда не позволит себе большего.
Большего? Да мне и это перебор!
– Я хочу сказать, что если я откажусь? Если поняла что не по мне все это, провалю… ведь еще не поздно?
Антония садится рядом.
– Милая, что с тобой? Откуда эта паника? Неужели тебя так пугают поцелуи?
– Я не знаю, я просто… Ты не ответила на мой вопрос. Так что если я уйду?
– Но ты не хочешь уходить. – Антония смотрит на меня понимающе, с материнской улыбкой.
Это приводит меня в ярость! Она мне не мать.
– А может, хочу! Что вы тогда сделаете? Снова в карцер как преступницу бросите? Или казните?
Антония не отвечает, но выглядит по-настоящему обеспокоенной.
Наконец она качает головой:
- Если тебе нужно мое мнение – ты должна собраться. Тебе пойдет на пользу эта миссия. Надо справиться со своими эмоциями. Это все ерунда. Подумай о том, скольких убил тот, за кем вы охотитесь. И скольких убьет если не остановите его. Это самое важное. Остальное – ерунда. Ты и Кейсер… когда-нибудь будете вспоминать все это со смехом.
- Это точно вряд ли.
– Не злись, – улыбается Антония. – Но это так мило, что ты боишься поцелуев. Может до них и не дойдет. Может он сам не захочет тебя целовать.
Это было уже слишком. Ко всему прочему, она еще и насмехается надо мной!
Поневоле перед глазами картина нашего поцелуя. Как вживую, даже в горле пересыхает. Никогда не чувствовала ничего подобного, я словно окутана теплом, пробирающимся под кожу, к самому сердцу.
Кожа к коже. Мне неведомо что это такое. И меня достало, что Антония смотрит на мои страхи как на бредни маленькой глупой девочки, которая сохнет по мальчику.
- Ладно, проехали. Не хочу больше это обсуждать. Я иду спать.
- Вот и умница. Узнаю свою смелую девочку.
Разворачиваюсь, устремляясь прочь из комнаты, даже не попрощавшись с Антонией.
Ее сочувствие впервые не помогает, а наоборот, ранит.
Залетаю к себе, переполненная волнением вперемешку с яростью, хотя непонятно на кого злюсь. Том лежит на кровати Блисс, повернувшись лицом к стене.
– Тебе не скучно все время торчать тут? – спрашиваю раздраженно.
Том вздрагивает и подскакивает на кровати, а потом снова садится на край. Я пристраиваюсь рядом. Он берет меня за руку, видимо желая поддержать.
- Привет, ты чего такая взвинченная. Проблемы?
- Вылет уже завтра.
- Да ты что? Бросаешь, значит, школу.
Вздыхаю, изображая безразличие.
- Ты так говоришь, будто у меня есть выбор. Это приказ, между прочим.
- Да ладно, тебе самой хочется вырваться отсюда.
- А тебе разве нет?
Он удивленно смотрит на меня.
- Ты не должен хоронить себя! – вырывается внезапно.
Том отбрасывает одеяло и встает.
- Пожалуй, ты права. Пошли на тренировку?
Сажусь на его кровать.
- Мне правда жаль, что не могу взять тебя. Я спрашивала у Антонии…
- Спроси у главного.
- Мы с ним не лучшие друзья…
- Но будете изображать пару.
- Да, но у меня пока не очень получается.
- Что именно не получается? Может я смогу помочь?
Поворачиваю лицо к Тому, чтобы спросить, что он имеет в виду, и тут внезапно его холодные губы касаются моих. Я отшатываюсь.
- Что ты делаешь? С ума сошел?
Странные ощущения. Отвращения вроде бы нет, но в то же время ужасно неприятно его прикосновение.
 
- Больше никогда так не делай! Я не предам подругу даже после ее смерти!
- Это всего лишь громкие слова, Алекс. На деле мы два одиночки. И я бы хотел, чтобы ты стала моей парой. Ты всегда говорила, что выберешь сама. Что у тебя нет истинного, ты в этом уверена.
- Я просто не верю в истинных. Вы с Блисс очень любили друг друга, но истинными не были. Не предавай память моей любимой подруги, Том! То что ты сделал… очень некрасиво.
Подхожу к умывальнику и подставляю неприятно покалывающее лицо под холодную воду. Вытираю лицо. Том снова рядом, накрывает мою ладонь своей.
- У тебя ледяные руки…
- Это от воды. Хватит. Иди на тренировку! Я скоро приду…
Мне необходимо побыть одной. Вдруг вспоминаются времена, когда мы везде ходили втроем, беззаботные и счастливые. Плечи поникли под тяжестью щемящих воспоминаний.
Как бы хотелось вернуть то время, когда моя жизнь была гораздо проще.
Залезаю под кровать, достаю две гантели, которые когда-то стащила с тренировки. Мне необходимо сейчас сбросить напряжение, и физическая нагрузка поможет. Занимаюсь около часа, потом сбавляю темп. Но все равно продолжаю, пока, спустя пару часов, не падаю обессиленная на свою кровать. Засыпаю почти мгновенно, а на следующее утро в памяти проносятся обрывки глубокого сна, в котором меня зовёт знакомый женский голос.
Это Блисс.
Понимаю, что больше не выдержу. Я должна выбраться из этих стен во что бы то ни стало.
Во время завтрака то и делаю возвращаюсь к этому сну. Никак не получается вырвать из головы. И в то же время вспомнить точно – не выходит. Это бесит сильнее всего. Вдруг подруга хотела мне что-то сказать важное? Я почти уверена в этом.
После завтрака направляюсь в кабинет Антонии. Мне неловко перед ней за вчерашний разговор. Смущен топчусь на её пороге, но когда вхожу, замечаю глаза Антонии вспыхивают от удовольствия. Словно она очень рада меня видеть.
- Ты готова, Алекс? Я так рада, что ты пришла сама, что с тобой всё хорошо. Я очень переживала после вчерашнего разговора.
Дарю в ответ свою лучшую улыбку которую только могу изобразить.
– Вчера был неважный день. Я хандрила. Сегодня все гораздо лучше.
– Да, понимаю. День на день не приходится. Закрытые стены давят.
Я не знаю, что еще сказать.
- Иди сюда, посмотри дорогая. что хочу тебе показать.
Антония поводит меня к длинной вешалке с одеждой.
- Красиво. Эти вещи привезли недавно?
Одежды много, она яркая, много розового и желтого, пушистого, шелкового. Короче, коллекция для гламурной дамочки. И тут меня огорошивают:
- Это твой гардероб.
- В смысле? Что это?
- То, что носит Александра Морио, невеста Кейсера Неверуса. Ваши имена немного изменили. Ты теперь Александра, представляешься так, но звать тебя могут и Алекс. Думаю, нормально если твой жених Кейсер будет звать тебя так. Ну а это - твоя одежда. У тебя будут более светлые волосы, сейчас ими займется парикмахер. У нас есть пара часов до вашего вылета…
- И более милый характер, - раздается низкий голос. Обе поворачивает головы. На пороге стоит Кейсер.
- Для того чтобы миссия была успешно выполнена, ты должна сыграть роль совсем другой девушки, Алекс. Не похожей на себя, - продолжает ехидничать Кейсер. – Ты уверена, что справишься?
- Не волнуйся, я поняла. Влюбленной в тебя по уши блондинкой, с интеллектом устрицы. Это легко.
- Никакой язвительности, Алекс, - поправляет меня Кейсер. - Одно сплошное восхищение, запомни. Ты поняла? Именно это самое главное, а я, черт побери, не уверен, что тебе удастся. Также, ты должна безоговорочно слушаться меня. Ты это понимаешь?
- Хорошо, я буду послушной, - цежу сквозь зубы.
- Я бы хотел это проверить.
- В смысле?
- Маленькая репетиция. Подойди и коснись меня. Моей руки. Потом губами моих губ. А потом посмотри так, словно у тебя сердце заходится и трепещет от любви.