Сиэль. Следы на снегу (СИ)

Откинув крышку, я с изумлением уставилась на благородный блеск металла и искры, пробегающие по вделанным в украшение камням. Колье?
— Нравится? — вкрадчиво шепнули мне на ухо, и я шарахнулась, выронив шкатулку. Император еле успел подхватить ее. И как это он смог подкрасться так незаметно? — Голубые бриллианты. Я выбирал в цвет твоих глаз.
— Что? — от внезапной близости императорской персоны на меня вдруг нахлынула нервозность. В голову полезли обрывки ненужных воспоминаний. Притягивающие меня к себе руки. Губы, покрывающие поцелуями шею. Стоп, эти мысли мне не нужны! Постаравшись как можно незаметнее переместиться подальше от правителя, я кашлянула и вернула на лицо деловой вид. Так, что там он говорил про эти камни? — Что это?
— Подарок. Благодарность за приятно проведенный вечер, — пояснил правитель. Вытащив колье из шкатулки, он скомандовал: — Подойди, помогу застегнуть!
Солнце невыносимо ярко блеснуло на гранях бесценного украшения. Даже за один голубой бриллиант можно купить целое поместье, а тут их несколько! Правитель выжидающе смотрел на меня, совершенно уверенный, что сейчас я запрыгаю до потолка от радости. А я…
Я почувствовала себя так, словно правитель толкнул меня в лужу грязи, и теперь ждет, что я буду резвиться в ней с радостной улыбкой на лице. Благодарность за приятный вечер? За кого он меня принимает?
— Это что… — проговорила я срывающимся голосом, вцепившись в край столешницы так, что побелели пальцы, — это… плата? Вы… вы считаете, что я… что я женщина, которой можно воспользоваться, а потом заплатить?
Улыбка пропала с лица мужчины, и он убрал украшение обратно в коробку. Я же стояла напротив, стараясь дышать медленнее и не поддаться подступающей истерике. Неужели он узнал, от какой участи спас меня лорд Каэл, и теперь считает, что я не достойна большего?
— Нет, я хочу, чтобы у тебя были красивые вещи, — холодно отозвался император Арнел. — К колье есть еще серьги, браслет и кольца. Соберешь комплект, будешь носить, и мне будет приятно, что у тебя есть мои подарки.
Соберу… комплект? Я вскинула на правителя взгляд, бледнея, и невольно покачнулась. В глазах потемнело. Он хочет… он собирается приглашать меня к себе в комнату еще? Вчерашняя ночь была не единственной?
— Сиэль! — озабоченный голос дракона пробился сквозь забившую уши вату, и я осознала, что он успел усадить меня на стул. — Ты что, плохо себя чувствуешь? Наверное, не выспалась, переживала за своего родственника? — в его голосе послышались ревнивые нотки, от которых мне стало страшно.
Переживала за родственника. Которого он сам поместил в темницу, чтобы шантажировать меня. И если я останусь тут, то у императора будет удобный рычаг давления на меня. Он может, угрожая безопасностью лорда Каэла, вызывать меня к себе хоть каждую ночь, пока не надоем.
Интересно, решился бы император поступить так же с другой девушкой? С настоящей благородной аристократкой из уважаемого рода? А не с приёмышем опозоренной семьи предателей, от которой осталось всего два человека…
Перед глазами постепенно прояснилось, и я села прямее. И тут же взгляд упал на злополучное колье передо мной. И на императора, который стоял перед моим столом с озабоченным выражением на лице.
А я-то думала, что пока я работала рядом с ним в качестве парня-секретаря, император успел проникнуться ко мне долей дружеской симпатии. Что он не смотрит на то, что я попала к лорду Каэлу от работорговцев. Я думала, что, хоть император и вспыльчив сверх меры, от него можно не ждать подлости.
Хотя разве его предложение можно назвать подлостью? Уверена, он считает, что осчастливил меня. От смешанного с обидой разочарования на глаза навернулись слезы. Странно, вчера мне не было так больно от шантажа императора. А сегодня, когда он ясно дал понять, кем меня считает — да.
Он считает меня женщиной, которую можно купить. И он будет заставлять меня делать то, что ему захочется, и отдариваться побрякушками, чтобы усыпить свою совесть.
Убедившись, что я не собираюсь падать со стула, правитель отошел к столу у окна — налить воды. А я же спешно выдернула чистый лист и застрочила. К тому времени, как он вернулся обратно со стаканом, я как раз дописала и, поднявшись, рухнула на колени, протягивая ему лист.
 
— Ваше величество, прошу принять мое прошение об отставке, — произнесла я срывающимся голосом.
52
На кабинет упало тягостное молчание. Я упрямо смотрела в пол, прошение в моих руках дрожало, и я едва сдерживала слезы.
Это единственный выход. Мне придется уехать, чтобы сохранить хотя бы остатки достоинства. Лорд Каэл, конечно же, останется тут — ему нужно заниматься делами министерства. А я вернусь в поместье Эттрейо.
— Нет, — вдруг жестко отозвался император и выдернул лист из моих пальцев. Смяв его, он отшвырнул бумажный ком, и я с изумлением проследила за тем, как тот катится по полу. Что значит «нет»?
— Почему? — с отчаянием выдохнула я.
— Лучше ты скажи мне, почему, — нагнувшись, император Арнел вдруг вздернул меня на ноги и, схватив за плечи, сжал так, что я едва не зашипела. — Почему ты хочешь уехать?
В его глазах горело раздражение — то, которое всегда появлялось на его лице, стоило чему-то пойти не так, как он хочет. Раньше, завидев этот темный огонь, я всегда пугалась и отступала. Но теперь…
— А разве вы не знаете, почему? — отозвалась я и попыталась вырваться. Бесполезно, правитель сжал мои предплечья так, что я не могла даже отшатнуться. — Что вы предлагаете мне? Положение любовницы? Разве вы предложили бы подобное любой драконьей аристократке? Нет! А от меня требовать такое можете? Это потому что я феникс? Потому что меня некому защитить? Потому что Эттрейо предатели?
— Это потому, что другие знатные семьи не мечтают о мести, — ядовито отозвался правитель. Его лицо было совсем рядом, и глаза метали молнии. — Потому что они не подсовывают мне своих дочерей под видом сыновей с непонятной целью. Вы что, думаете, меня так легко провести?
Что? Он подозревает лорда Эттрейо?
— Вы же допрашивали нас! — отчаявшись объяснить ему что-то, выкрикнула я. — Обоих! Допросите еще раз! И если мы действительно задумали что-то недоброе, то казните нас!
На слове «казнить» дракон внезапно отпустил меня, и я пошатнулась, восстанавливая равновесие. На его лице что-то мелькнуло… горечь? Вина? Однако тут он снова обратил взгляд на меня.
— Я приказываю тебе остаться, — глухо произнес он. — Ты должна подчиняться приказам правителя, Сиэль.
С этими словами он протянул руку, и валяющийся на полу бумажный ком — мое прошение об отставке — подпрыгнул и ткнулся ему в ладонь. Ухватив мою руку, он вдавил в нее смятое прошение.
— Сожги, — бесстрастным голосом скомандовал мужчина.
Я перевела на него взгляд. Его лицо выглядело странно размытым. На нем было упрямое, ужасно упрямое выражение. Да, теперь я понимаю, как он стал императором, обойдя всех братьев. Если ему что-то нужно, он будет настаивать, пока не получит желаемое.
Бумага в моей ладони вспыхнула, отбросив в темные глаза мужчины зловещие красные блики.
— Почему? — слабо спросила я. — Почему вы не можете просто отпустить меня? У вас целый дворец жен!
На его лице не дрогнул ни один мускул, и я уже было подумала, что он не собирается отвечать мне. Однако, когда прошение уже прогорело, и на моей руке осталась лишь горка пепла, он вдруг отозвался. Так же тихо, как я до этого спросила.
— Потому что ты нужна мне, Сиэль.
Нужна? Я сморгнула слезинку и безжизненно произнесла:
— Вы же даже не понимаете, что сделали с моей судьбой, так ведь, ваше величество? Для вас вчерашний вечер был просто развлечением. А моя судьба полностью разрушилась. Теперь я никогда не смогу выйти замуж! — тут я перевела взгляд на мужчину. Он смотрел не на меня, а куда-то в сторону, и я продолжила: — По имперским законам, если девушка не сохраняет невинность до свадьбы, муж возвращает ее родителям. Я не могу навлечь такой позор на лорда Эттрейо. Наш род и так уже… обесчещен и опозорен.