Звездная Кровь. Прайд (СИ)

— Со мной всё хорошо, — отстраненно-ровно ответил я. Но мой внутренний голос подсказывал, что не стоит рассказывать о странном нечто, произошедшем со мной. И я решил утаить от всех увиденное, пока не получу Стигмат.
Иккар оглядел притихших остальных членов группы, досадливо сплюнул, как бы решаясь забить на инцидент, чтоб самому не пришлось оправдываться перед Кензо, и озвучил:
— Ладно, нам пора возвращаться, мы зафиксировали артефакт, пускай дальше транспортировкой во фригольд занимается Кензо.
— Да, — согласно кивнул.
Поднимались мы также с помощью устройства, одним нажатием на кнопку. Выбравшись, я увидел Такаши, который эмоционально общался с Иккаром, часто оглядываясь на меня. Остальные стояли, перешептываясь между с собой. По лицам ребят было видно, что они взволнованы. В этот момент я ощущал, как будто впервые увидел свет после долгого нахождения во мраке. Неужели эта истина, которая открылась мне, когда прикоснулся к сфере? Если это так, то теперь я знаю многое о сотворении Единства. И уже прежним никогда не буду. Ведь мне раскрылось, что случилось в далёком прошлом. В данный момент я чувствовал жжение в руках, сердце так сильно колотилось, что вот-вот выскочит из груди. Наверное, артефакт каким-то способом воздействовал на мой организм.
Закончив разговор, Кензо подошёл ко мне и прямо задал вопрос:
— Что ты почувствовал, когда прикоснулся к Инфизиуму?
— Ничего особенного. Тепло.
Да, я намеренно скрыл свои видения. Такаши, недоверчиво поджав губы и разочарованно мазнув по мне взглядом, больше не стал меня расспрашивать, а отдал команду своему помощнику приступать к извлечению сферы из подземелья, а тот незамедлительно поспешил за остальными сотрудниками. Спустя час прибыла дюжина рабочих, которые, используя подготовленное снаряжение, спустились в подземелье. Не прошло и минуты, как снизу раздались душераздирающие крики и мрак озарился красным светом. Мы стояли, как вкопанные, и не понимали, что происходит, а голоса всё не стихали. Тогда Кензо отправил в подземелье ещё людей. Я бросил взгляд на Иккара, который стоял с мрачным видом, наверное, понимая, что Кел намеренно скрыли Инфизиум от лишних глаз. Видимо, я зря умолчал, что видел — это, скорее всего, было предостережение для всех, нужно немедленно действовать.
— Их нужно срочно спасать, — произнеся мысли вслух, я выхватил из рук ошарашенного Кензо снаряжение, привязав свободный конец верёвки к крюку, скрылся во мраке.
Никто не посмел меня остановить, так как все были растеряны и скованы страхом перед непонятным и необъяснимым. Приземлившись, я увидел лежащих и корчащихся людей, а сфера теперь светилась ещё ярче, раскрыв полностью пространство вокруг. А перед моими глазами возвышалась невероятная статуя из золотистого лиора — я узнал её облик, это та самая, из видения. Могу заявить с уверенностью: подземелье было святым местом для Кел. Но странно, безумство не овладевало мной, нежели как другими! Хотя сейчас, без фонарика, в темноте, я отчётливо осознал, что кое-что и во мне изменилось: зрение стало острее, я без напряга видел то, что прежде пряталось в тени. Но глядя, как люди мучаются, отвесил себе мысленный подзатыльник и принялся вытаскивать рабочих на поверхность. Надевая на них пояса, следом подавал сигнал, дёргая за верёвку, чтобы бедолаг скорее вытягивали. Примерно час мне понадобился, чтобы вытащить всех. Оставшись один, уже разумно не стал испытывать судьбу, ещё раз приближаясь к опасному объекту. Выбравшись, сходу предупредил, что нужно завалить этот провал и забыть навсегда про Инфизиум.
Кензо, ничего не ответив, но с явным упрёком во взгляде, молча пошагал прочь. Видно, что мои слова негативно отозвались на его ожиданиях. Это и понятно, внизу лежал мощный артефакт, но забрать его просто так нельзя. Иккар, подойдя ко мне, на ухо проговорил и пытливо уставился, ожидая ответа:
— Ты в порядке? Почему с тобой ничего не случилось, как с остальными, как сам думаешь?
— Честно, не знаю. Но чувство подсказывает, что не стоит трогать эту сферу. Сила, заточённая в ней, непредсказуема и чревата неясными последствиями.
 
Не сказать, чтоб я сильно прояснил непонятную ситуацию, но Иккар, задумчиво пожевав нижнюю губу, утешающе приложил меня ладонью по плечу и изрёк:
— Ладно… Нам пора возвращаться обратно. Пускай Каин будет решать, он как-никак Рикс, — после чего махнул остальным следовать за ним.
Мы все шестеро спустились к «Каракурту», погрузившись в него, поехали обратно в Прайд. В этот раз никто не был разговорчивым, как утром, все сидели молча. А перед моими глазами по-прежнему стоял образ сражающейся с огромной тварью прекрасной девушки, которая сотворила всё живое в Единстве. Но кто она? Мне было неизвестно. Неожиданно меня стало мутить, внутри словно обжигало огнём. Я терпел изо всех сил, чтобы не привлекать к себе внимание, но всему есть предел — от пронзившей мою голову боли я отключился, прислонившись в угол аккурат между бортом и дверью, для всех будто уснул.
Неизвестно, сколько прошло времени, может час, может больше. Очнулся я, когда мы уже въехали во фригольд. Тяжело дыша, пытался успокоить внутри себя пробудившуюся неизвестную силу, растекающуюся по всему моему телу. Когда «Каракурт» остановился, я глубоко вздохнул, аж защемило в груди. Никто не обращал на меня внимание, все были заняты своими мыслями.
Покинув вездеход, мы все направились в научный корпус. Теперь я смотрел на этот мир уже другими глазами, многое мне стало известно о сотворении Единства, войне и для чего нужно само Возвышение. Твари Извне не дремлют, они постоянно хотят уничтожить свет Игг-древ. А главная задача Народов — защищать Круги жизни.
Нас уже ждал Каин, он в одиночестве сидел в абсолютно пустой аудитории в самом центре, на верхнем ряду. Иккар или же Кензо предупредили его о том, что в развалинах нашли артефакт. Встретив нас пронзительным взглядом, Рикс привстал. Меня немного потрясывало, бросало то в жар, то в холод.
— Иккар и Василий, останьтесь, остальные могут быть свободны.
Ребята молча покинули нас.
— Василий, я вот не пойму, где ты — там всегда проблемы. Почему ты решил, что найденный артефакт опасен?
— А разве нет? Пытавшиеся достать его чуть не сошли с ума. Если бы я их не вытащил, то они, скорее всего, погибли там. Заточённая сила в Инфизиуме неподвластна нам. Только народ Кел имеет право пользоваться им.
— Тогда почему ты не сошёл с ума, не хочешь ли сказать, что ты из народа Кел? — с усмешкой произнеся, Каин вопросительно кивнул мне в ожидании ответа.
— Может, мне просто позволили, чтобы я предостерёг остальных. Такой вариант не исключён. Вы так не считаете?
— Василий прикасался к артефакту, — вдруг засвидетельствовал Иккар.
— Даже так? Свободны, оставьте меня одного, мне нужно уединение, чтобы принять решение, — принял задумчивый вид.
Я всё ещё чувствовал недомогание, поэтому решил поскорее вернуться к себе, чтобы немного отдохнуть. С Иккаром мы в этот раз попрощались тихо, без лишних слов, просто кивнули друг другу и разошлись. В голове мысли кружились калейдоскопом, я был уверен: эта сфера что-то сотворила со мной. Словно в бреду, я плёлся на автомате, было ощущение, что к моим ногам прицепили тяжеленые грузы. К тому же, ещё волнами стремительно накатывала боль в голову, отзываясь в висках. Не знаю как, но я, все-таки, смог добраться до своей кровати. Не раздеваясь, прямо в обуви плюхнулся на неё спиной. Боль не проходила, а только усиливалась, хорошо, что у меня в крипторе было обезболивающие. Но после укола ничего не поменялось, мне по-прежнему было плохо. Повезло, что в это время в спальне, кроме меня, никого не было, поэтому никто не увидит мои мучения. А мне это ни к чему, сразу возникнут ко мне множество вопросов. Слухи во фригольде распространяются быстро. В какой-то момент в ушах послышался звон, который нарастал. Потекли слёзы, я открыл рот в беззвучном крике и сжал руками виски, чтобы облегчить боль, но всё без толку. Неожиданно меня накрыла темнота, хотя в этот раз моё сознание было при мне. Потом яркая вспышка и прозрение. Боль стихла, но я весь взмок от пота. Приятное расслабление растекалось с головы до пят. Затем словно выключили свет.