Расул (СИ)

— Верно. Адреса брони отелей?
— Все записано, лежит в сумке.
— Хорошо.
— А как же карта? По ней ведь можно будет отследить расходы.
— Она зарегистрирована на дальнего родственника. Не волнуйся об этом, — отмахнулась Фатима.
— Ясно…
Мы присели в одно из кафешек и заказали по чашке кофе. Фатима выглядела напряженной, уставшей, глубокие тени залегли у нее под глазами, визуально добавляя ей несколько лет. Девушка была одета уже не так строго, как я привыкла, на ней были обычные серые джинсы и непримечательная куртка черного цвета, волосы распущены.
— Когда Расул хватится тебя, за тобой будет объявлена охота. У тебя на хвосте то и дело будут появляться его люди. Так и знай, что это может быть кто угодно. У Хасаева много связей в силу его профессии и его люди могут спокойно перемещаться по всему миру. Остерегайся не только мужчин, но и женщин. Старайся чаще менять внешность, купи несколько париков, делай макияж.
— Неужели ты думаешь, что мне правда это все пригодится? То есть… ну не будет же он гоняться за мной по всему миру?
— Ты уверена?
— Ну…
— Погоди-ка. Мой муженек, помешенный на контроле и подчинении, влюблен в девушку, то есть в тебя, со школьной скамьи. Ты ему отказала, кинула, выскочила за другого. Спустя пятнадцать лет он нашел тебя и не почурался помочь. Дал работу, деньги, квартиру. Затем стал домогаться. Затем и вовсе похитил тебя, когда ты узнала, что он женат. И продолжил домогаться. Ну, что я могу сказать, — Фатима саркастично усмехнулась. — Вероятность того, что я ошибаюсь, очень мала. Расул привык побеждать, ты в его сердце много лет и раз за разом отвергаешь его. Но на этот раз все зашло намного дальше. Вы стали жить вместе. У вас наверняка был интим. Если он почувствовал вкус своей добычи, а я уверенна, что он почувствовал, то больше не отпустит ее.
Я покраснела и опустила взгляд. Это было неправильно. Сидеть перед женой Расула и слушать о том, как мы вступали в интимную близость. Пусть и не совсем полноценную, но все же.
Фатима заметила мое смущение, но лишь горько улыбнулась, мол, все знаю, понимаю, не парься.
— Ты должна строго следовать моему плану. Больше созваниваться у нас не получиться. После того, как он начнет на тебя охоту, я должна буду отойти в сторону. Нас с тобой ничего не должно будет связать, иначе для меня это плохо закончиться.
— Да-да, конечно.
— Родне тоже старайся не звонить.
— А когда я все же смогу вернуться домой?
— Документы позволяют тебе путешествовать целый год.
— Но это так долго… — я сглотнула, стараясь согреть отчего-то замерзшие пальцы рук о бумажный стаканчик с кофе.
— Я дам тебе знать, когда ты сможешь вернуться. А пока… наслаждайся жизнью и узнавай мир. Не каждому выпадает такая возможность.
  
Глава 10
 
Побег удался. В смысле, он свершился, и я уже третий день находилась в Бразилии. Сказать, что я была поражена, значит, ничего не сказать. Я никогда не выезжала за пределы родной страны и для меня все это было в диковинку, все было новым, необычным. Другие люди, другая еда, другой климат, другой язык. Я попала будто бы на другую планету. Но эта планета мне очень понравилась. Можно сказать, я влюбилась в нее с первого взгляда.
Жаль только, что задерживаться было нельзя. Фатима дала четкие указания. Велела не задерживаться тут больше трех дней.
Вчера в полночь она прислала мне короткий имейл о том, что Расул в бешенстве и спустил всех псов на мои поиски. Я поинтересовалась, заподозрил ли он ее, но она заверила, что все под контролем и она выдержала его допрос, отведя от себя все подозрения.
Фатима посоветовала мне сменить имидж в последнюю нашу встречу и я поступила именно так, как она говорила. Было жаль, несомненно, очень жаль расставаться со своими белокурыми локонами, но так было необходимо. Для успешного дела, которое больше походило на безумство, честно говоря.
Я подстриглась и покрасилась в жгучую брюнетку сегодня утром. Долго бродила среди однотипных салонов, выискивая кого-нибудь русскоговорящего, но так и не добившись результата, плюнула и зашла в первую попавшуюся парикмахерскую. Ткнула мастеру в загугленную картину и на ломанном английском попросила подстричь именно так. Парень долго качал головой, отговаривал на испанском, но под конец сдался и принялся за дело с хмурым видом, то и дело пригаваривая что-то возмущенное.
 
Ну да, мне и самой было жаль. Я не стригла волосы много лет, они были моей драгоценностью. Густые, красивого кремового оттенка от природы, волнистые. Мечта любой девушки. Однако же я больше помнила о том, как за них меня любил таскать бывший муж, и чтобы не допустить повторения этой истории, я без сожаления готова была избавиться от них.
Думала ли я на самом деле, что Расул будет поднимать на меня руку, как и Соколов? Да. Для этого потребовалось бы время, но, да, я была уверена, что темперамент, взрывной характер, желание доминировать и контролировать все на свете рано или поздно возьмут верх над моим бывшим одноклассником. Он был привлекательным, не спорю, но опасным мужчиной. А я устала от опасных мужчин. Я хотела спокойствия, стабильности и мира. Нежности и ласки. Любви. Как бы банально это не звучало. Расул же не способен был дать мне этого. Он мог быть страстным, дерзким, интересным, но не стабильным, уж точно.
К полудню я вышла из парикмахерской совсем другим человеком. После стрижки с плеч упала какая-то необъяснимая тяжесть, я вздохнула с облегчением.
Следующим шагом стала покупка очков и шляпы, потому что в Буэнос-Айресе было жарко. Это вам была не Москва с ее вечно хмурым небом и постоянным холодом.
Я угостила себя мороженым, прохладным молочным коктейлем, а затем решила отправиться в какой-нибудь ресторан неподалеку от городской площади Пласа-де-Майо, где прогуливалась уже часа два.
Я зашла в первый попавшийся ресторан, чья вывеска мне пришлась по душе. К слову, цены здесь были демократичными, народ очень приветлив, плюс потрясающее тепло и солнце, по которым я изголодалась в Москве, но наказ Фатимы не стоило нарушать.
Мой выбор пал на классический стейк по-аргентински под названием «Bife de Costilla» и обычный салат из овощей. А на десерт мне принесли потрясающие вкусные эмпанадас и альфахорес, потому что я так и не смогла определиться, что же хочу попробовать больше. Кухня Аргентины мне понравилось. Понравилось и то, что все кафешки и рестораны были забиты, по всей видимости, народ практически не готовил дома.
К вечеру я решила отправиться в парк Роз. Делать все равно было нечего, созваниваться ни с кем нельзя, думать о прошлом — тоска и уныние, думать о будущем — страх и неизвестность, поэтому я решила наслаждаться тем немногим, что у меня было. А парк Роз был одним из излюбленных мест туристов. По крайней мере, Гугл сообщил мне именно об этом. И не обманул.
Я доехала туда довольно быстро и почти застыла в изумлении от красоты этого парка. Мне повезло и я попала на цветение Джакаранды, как выяснилось позже, местного вида акации. Все вокруг было укрыто сиреневым ковром, этот прекрасный цветок буйствовал в своем цветении и завораживал, приковывая к себе взгляд.
Роз в парке Роз тоже, к слову, нашлось много, причем самых разных сортов, но больше всего мне запомнился греческий мост восхитительно тонкой работы с безупречными ажурными мотивами. Я не выдержала и поднялась на него, сделала несколько фото окружающего мира, даже селфи побаловалась и лишь потом случайно услышала обрывок речи русскоговорящей пары. Из нее я поняла, что, оказывается, если хочешь выйти замуж и поскорее связать себя узами брака, то обязательно нужно сфотографироваться на этом мосте. Плюнув на все от досады, я спустилась и поплелась дальше с подпорченным настроением. И дело было даже не в словах девушки, а в том, что на какое-то мгновенье после ее незамысловатой фразы я представила себя здесь, в Буэнос-Айресе не одинокой. Я увидела стоящими на том мосту нас с Расулом, целующихся, улыбающихся, нежащихся в объятиях друг друга…