Девять жизней (СИ)

— Александр, будьте добры заткнитесь, пожалуйста, — почти вежливо попросила я, когда он очередной раз начал было декламировать, на этот раз с применением русского и могучего. Одновременно понимая, что все мои просьбы бесполезны.
— Ну, что Вы, звезда моя! — бац, об столик, — Вы же знаете, как я вас люблю, зачем же Вы так не приветливы? — было мне ответом.
А потом послышался звон упавшей бутылки. Как обычно, он опять пришел с шампанским, которое испивал прямо из горла. Послышалось бульканье вытекающей на пол жидкости. Следом, упал сам благоверный и захрапел.
Все, теперь будет спать до вечера, потом опять встанет, наестся какой-то гадости, привезенной его другом Вилькой, как он любит его называть и опять отправится по салонам. Так происходит практически каждый день все шесть лет нашей совместной жизни.
Нет, определено, мне все это порядком надоело. Жить с ним просто невыносимо, да еще в таких условиях! Сегодня же отпишусь деду, пусть забирает….
Но, уже через пару часов явились его друзья и, несмотря на все протесты с моей стороны разбудили Александра, растерли его снегом и куда-то отправились, так толком и не объяснив причин столь странного поведения.
А спустя еще полчаса его привезли всего в крови.
За его жизнь боролись самые лучшие врачи столицы целых два дня, но когда шансов уже не осталось, он потребовал меня к себе.
Ну, вот и пришел мой час. Но контракт есть контракт….
  
Глава 8
 
— Хозяюшка! Просыпайся! Быстрее вставай! — взволновано кричал домовой.
— Что случилось? — с трудом соображая, спросила я, — Где я и что нужно делать?
Я села на кровати и через силу раскрыла глаза. Передо мной мельтешил встревоженный Нафаня.
— Пошли быстрее! Там… там…, ну, что ты сидишь? Быстрее! — он выбежал из комнаты, я медленно поплелась следом.
Он привел меня в баню. Там, прямо на полу лежало тело… домового? Или скорее домовой, потому, что у существа были длинные волосы и одежда напоминающая платье, только из какой-то мешковины. Откуда она здесь? Что-то никаких воспоминаний связанных с подобным у меня не было.
— Что с ней? — спросила я, присаживаясь рядом.
— Помирает, — чуть не плача и не отрывая от нее жалостливого взгляда, ответил мой подопечный.
— Как это помирает? Вы же бессмертны! — удивилась я.
— Бессмертны, — согласился он, — Пока другой бессмертный не пожелает смерти, — домовенок немного помолчал и добавил, — Особенно если этот бессмертный Хозяин….
Что?! И что он этим хочет сказать? Марк убил своего домового? Но почему?
Нет, определенно я ничего не понимаю. Что же делать? Как можно помочь бедняжке? Последний вопрос я задала вслух.
— Никак, — тихо ответил Нафаня, — Рано или поздно она все равно умрет.
— И совсем ничего нельзя сделать?
— Ну почему, можем быть с ней, пока силы окончательно ее не покинут, — произнес домовенок.
— Ну, тогда неси ее в дом, — предложила я, — Нечего ей тут лежать!
Нафаня подскочил, подхватил домовую на руки и испарился.
Мой подопечный очень ответственно отнесся к своей новой должности сиделки, и с того момента я его практически перестала видеть.
Но в принципе, скучать мне было некогда. Решила взяться за место своего жительства основательно.
Собрала все белье в доме и перестирала его, по очереди сделала генеральную уборку в каждой комнате, выбила ковры, почистила шторы.
Когда все в доме засверкало, занялась внутренним двором и цветниками. Видно, что здесь ничего не делалось довольно длительное время.
Я выполола все сорняки, а где не смогла работать тяпкой, продергивала вручную. Хорошо, что догадалась закупить в местном магазине рабочие перчатки, а то бы с такой работай, стерла все руки в кровь.
На заднем дворе нашла свободный участок земли, около сотки. Вскопала его, он оказался вполне пригодным, для выращивания овощей. Правда, мне пришлось повторно отправляться в магазин. Но с этим справилась быстро — болтать с продавщицей уже не хотелось.
Спрашивала себя несколько раз, а зачем мне это собственно нужно? Наводить порядок в доме, откуда, может быть, совсем скоро меня погонят, сажать овощи, полоть цветники. Честно, ответить на эти вопросы я не могла, может мне просто требовалось занять себя какой-нибудь работой, чтобы окончательно не сойти с ума? Не знаю, мне просто хотелось это делать и все.
 
Через неделю домовой стало немного лучше, и она смогла назвать свое имя. Звали ее Матрена, она жила в старом доме, стоящем на этом самом месте. Когда приехал новый Хозяин, он снес прежнее место обитания, а ей предложил хозяйничать в новом большом и красивом доме. И все было хорошо, но однажды Хозяин напился и начал крушить все вокруг. Домовиха попыталась остановить порчу добра, а он отшвырнул ее и приказал: «Сгинь!».
Негативных эмоций оказалось слишком много и злое слово, брошенное в запале, превратилось в проклятие. С тех пор она стала угасать. Когда Нафаня все мне рассказал, я не выдержала и заплакала. Просто поняла, из-за чего именно хозяин напился и буянил, точнее из-за кого….
Домовой, испугавшись, что так сильно расстроил меня, начал уверять, что Матрена хоть и слаба, но не умирает. Ну, хоть это радует, пришлось взять себя в руки, вытереть слезы и похвалить домовенка за заботу о соплеменнице.
Занимаясь домашней работой, я много размышляла. Собирала по крупицам то, что знала и то, что видела в своих спонтанных воспоминаниях. Но пока картинка не складывалась — слишком много белых пятен на ней.
Вот и сейчас, обрезая розы, я вспоминала свой последний сон. В нем я знала, что есть контракт, по которому обязана отдать жизнь за Александра. Значит, дед не всегда использовал меня втемную. Хотя, возможно, только в тот раз мне и рассказали правду. Вся загвоздка в том, что женщины-фрайи могут отдать ее только тому, кому искренне захотят помочь. Но чем дольше я жила с Александром, те меньше теплых чувств к нему оставалось….
Мои размышления прервал громкий стук в калитку.
Кого это нечистый принес? Я испуганно замерла. Гостей я не ждала, я их, прямо скажу, боялась! Так, хозяин не стал бы стучаться. Дед? Этот, скорее, установит слежку и поймает, когда выйду, допустим, в магазин. Может кто из местных?
Рассуждая подобным образом, я не спеша подходила к калитке, по ней ударили еще несколько раз. Это кто ж такой настойчивый?
Наконец подобравшись к забору, я аккуратно выглянула сквозь небольшую щель. Никого, а кто ж тогда продолжает барабанить, уже абсолютно не стесняясь.
Наконец мне удалось взглянуть под другим углом, чтобы рассмотреть настырного гостя. Ребенок?
Я аккуратно приоткрыла калитку, не переступая, при этом границу безопасной территории двора.
— Ой! — испугано крикнув, малец и отскочил назад.
— Ты чего тарабанишь? — строго спросила я, быстро оглядывая улицу, вдруг, ребенка подослали, что бы выманить меня.
Но все было спокойно, дорога как обычно, пустынна. Немного успокоившись, перевела взгляд на гостя и стала его рассматривать.
Мальчишка был очень мелким, от силы лет пять — шесть, одет в какие-то старые штанишки, серого цвета, скорее всего, просто очень грязные. Коротко стриженые волосенки торчали в разные стороны, чумазая мордашка с испуганными зелеными глазищами на пол лица.
— Что случилось? — уже более дружелюбно начала я, — Ты что-то хотел?
— З-здрасти! — немного заикаясь, поздоровался ребенок, — Я-я заблудилась и пить хочу…, и кушать…, — на последнем слове из глаз потекли слезы, оставляя грязные разводы на щеках.
Ну вот, а я даже девочку от мальчика отличить не могу! Бедный ребенок, как можно заблудиться в деревне из пары улиц?
— Тогда, конечно, заходи, — открыла калитку по шире и сделала приглашающий жест рукой, наверное, дома совсем кушать нечего.
Девочка, нерешительно сделала пару шагов ко мне. А совсем недавно была не в пример смела, колотила ногами по чужой калитке и ничего не боялась.