Будь моим тираном (СИ)

Алеся меня поддержала:
– Конечно, имеешь! Все имеют!
Почему-то это показалось нам настолько забавным, что мы расхохотались. Танцевать мы уже устали. Да и жарко в клубе в офисном-то камуфляже. Мы вывалились в фойе и с удовольствием плюхнулись на прохладный диван, продолжая болтать и хихикать. Выговаривать даже самые простые слова было трудно, но мы старались.
– Хотела бы я посмотреть на его лицо, когда его вытащили из этого багажника! – мечтательно говорила Алеся. – Вот это зрелище было, наверное!
– Меня там тоже не было, – соглашалась я с нею, – но я бы тоже посмотрела…
Я обернулась чтобы снова рассмеяться вместе с новой подругой – и смех застрял где-то в горле. Мой взгляд наткнулся на знакомый силуэт. Где-то я уже видела эти плечи. И что-то мне кажется, то, что я увижу сейчас, мне вряд ли понравится.
Плечи медленно разворачивались в нашу с Алесей сторону. Лицо моей подруги вытянулось, а взгляд мигом стал трезвым и осмысленным. И тут я поняла, что моя ужасная догадка верна. Хоть бы нет! Хоть бы это был кто-нибудь другой!
Когда движение корпуса завершилось, чуда не произошло.
Это был он – Алексей Александрович. И только что он слышал все то, после чего будет бесполезно убеждать его, будто я раскаиваюсь и сожалею о содеянном.
– Здравствуйте… – пролепетала моя спутница.
– Здравствуйте… – эхом повторила за нею я.
– Здоровались уже! – хмуро бросил Алексей Александрович и скрылся за дверями танцзала.
Что-то есть у меня подозрение, что даже если я приду завтра вооружённая зубной щеткой и лучшим средством для стирки носков, меня всё равно уволят.
А раз так… Зачем пропадать хорошему вечеру?
Я развернулась к Алесе:
– Ну что, по коктейлю?
Та нервно сглотнула и ответила:
– Пожалуй, да.
  
Глава 6
 
– Вставай, просыпайся!
Жизнерадостный голос ввинтился в ухо, каждый его звук со звоном лопался в больной голове. Я зарылась поглубже в подушку, мечтая о полной тишине. Абсолютной! И еще о воде… Язык был сухой и шершавый. Ужасно хотелось пить и умереть…
– Подъем, подъем! Скоро на работу! Уже практически сейчас.
Голос был незнакомый, вернее, знакомый, но как-то смутно. А еще – неприятный. Ну не может быть приятным голос, который сообщает несчастному больному человеку, что нужно куда-то еще и идти!
Я не без труда разлепила глаза и осмотрелась по сторонам. Квартира вроде бы моя. Но что тут делает эта девушка, как ее… кажется, Алеся? И почему мне так плохо?!
О-о-ох…
Воспоминания накатили бурной волной: кафе, плотный ужин с вином, ночной клуб, наше выступление и его благодарный зритель, ну ладно, не очень благодарный и, конечно же, финальное: «Ну что, по коктейлю?».
Дальше вместо воспоминаний были только яркие пятна, вспышки огней, и почему-то во всей этой картине назойливо мелькало лицо моего нового шефа. И что-то мне подсказывало, что вспоминать подробности не стоит: вряд ли они мне понравятся…
– Что вчера было? – хмуро спросила я у Алеси. – Говори правду.
Девушка протянула мне таблетку аспирина и стакан воды.
– Ты уверена, что нужно? – с сомнением спросила она.
– Говори уже, – буркнула я, запивая таблетку водой.
В общем, список моих подвигов выглядел очень внушительно. Если честно, я всегда относилась к алкоголю с настороженностью и, как выяснилось, правильно делала. Это самое «по коктейлю» сыграло со мною злую шутку. От стадии «Ну и черт с ним, пусть все горит синим пламенем!» я быстро перешла к стадии «Бедненький Алексей Александрович, ни за что же человек страдает! Сначала в багажник засунули, потом гадостей наговорили. И кто, сотрудники! Собственные личные сотрудники, за которых он и в огонь, и в воду, и еще зарплату им платит!».
Все это я выговаривала Алесе, благо та оказалась отличным слушателем. Но после очередного коктейля этого показалось мне мало, и я решила принести извинения лично. Алеся меня отговаривала, но остановить раскаявшуюся грешницу было невозможно. Ей оставалось только надеяться, что в толчее огромного клуба я просто не сумею найти шефа. Или по дороге забуду, зачем шла.
 
Если бы так случилось, я могла бы считать себя самым счастливым человеком на свете. Но увы. На столик шефа я наткнулась сразу же, как только отошла от барной стойки. Всплеснула руками так, словно неожиданно встретила старого друга, которого безуспешно разыскивала много лет. И стала объясняться. К сожалению, дикция моя к тому времени оставляла желать лучшего. Поэтому растолковать шефу, что же я все-таки от него хочу, получилось не сразу. Но в результате я ему сообщила, что, какой бы сволочью ни был человек, запихивать его в багажник все-таки не стоит. Даже если он сволочь. А это еще не доказано. Возможно, он, Алексей Александрович, не такая уж и сволочь, как о нем все говорят. И вообще, может, у него там жизнь была тяжелая, или его девушки бросают. Хотя, конечно, понять их можно…
М-да, извинения как-то не задались, но даже это было полбеды.
Алексей Александрович прервал поток моего красноречия, сказал, что он все понял и готов принять извинения, лишь бы я сейчас оказалась подальше от этого столика. А вот это было обидно. Тут вот со всей душой, от всего сердца, А он!.. Я резко развернулась, чтобы красиво уйти, но алкоголь – штука опасная, он влияет не только на дикцию, но и на координацию движений.
Разворачиваясь, я каким-то образом зацепила стул, он зацепил еще что-то, это что-то зацепило меня – и в результате все мы с грохотом упали на столик. Напитки, которые на этом столике стояли, равномерно распределились – часть по моему костюму, часть по костюму Алексея Александровича.
Я попыталась подняться, но наша крепкая связь со стулом не позволила этого сделать. Мне лишь удалось переместиться совсем немного – и упасть на диванчик, на котором уже сидел Алексей Александрович.
И ровненько в тот момент, когда я, продолжая попытки подняться, копошилась где-то в районе края скатерти, к столику подошла блистательная брюнетка с короткой стрижкой и пухлыми губами и капризно воскликнула:
– Алеша, что здесь происходит? Кто эта профурсетка? И что она делает с твоими брюками?
То есть я ошибалась. Моего шефа бросили не все девушки. Ну, по крайней мере, вчера вечером это было так. Алексей Александрович со вздохом ответил:
– А это, Катенька, мой новый секретарь.
– И что потом? – обреченно спросила я у Алеси, допивая вторую чашку кофе.
– Алексей Александрович оплатил наш счет, вызвал такси и велел мне проследить, чтобы завтра ты появилась на работе живая и вовремя. Потому что убивать тебя он предпочитает собственными руками.
  
Глава 7
 
Я остановилась перед дверью приемной так, будто это была лестница на эшафот, собралась с силами и сделала шаг в пугающую неизвестность.
Шеф был уже на месте. Он стоял в дверях кабинета – где-то на границе между приемной и своим логовом, словно бы поджидал меня, и смотрел тяжелым взглядом. Таким тяжелым, что я сразу почувствовала его многотонность. Перед глазами сразу возникла картина – вот он хватает меня, перебрасывает через плечо, уносит в кабинет… А назавтра приходит новый секретарь и невозмутимо заметает мои косточки под коврик у камина. Откуда в кабинете Алексея Александровича взялся камин с ковриком, я не знаю, но именно так мне представилось.
Я даже тряхнула головой, чтобы отогнать эти бредовые мысли.
– Алексей Александрович, – пробормотала я, – насчет вчерашнего… Извините…
– О нет, только не извиняйтесь! Извиняться – это не ваше. Вот совсем! – из каждого слова сочился яд.
Я вспомнила всё, что наговорила вчера в порядке извинений, и вынуждена была согласиться. Не моё.
– Но я не хотела…
– И чего конкретно вы не хотели? – Алексей Александрович недобро сузил глаза. – Видеть мое лицо, когда меня извлекли из багажника? Или развивать бурную деятельность в районе моей ширинки на глазах у невесты?