Кофе с молоком

— Почему ты ничего не ешь? — голос моей сестры вырывает меня из мыслей.
— Что? — переспрашиваю я, потому что правда не слышала вопроса.
— Сестренка, ты меня пугаешь — Стелла кривит губы — Дилан конечно рассказывал мне о твоей депрессии, но я не думала, что всё так плохо. Почему ты не посещаешь специалиста?
— В этом нет смысла — убито говорю я — Со мной всё нормально.
— Правда? — не верит она — Ты очень сильно изменилась. Не знаю, что у вас там с Диланом случилось…
— Пожалуйста, давай спокойно поедим. Я прилетела сюда не для того, чтобы слушать твои нотации — говорю я и пытаюсь заставить себя съесть хоть кусочек карбонары. Пахнет она обалденно, но у меня как обычно нет аппетита.
— Посмотри на себя! — не унимается сестра — Ты же ходячий скелет! Может хватит мучить себя диетами?
— Я не сижу на диетах — отвечаю так же спокойно как и раньше — Я просто мало ем.
— Гениально! Просто браво! — аплодирует мне Стелла — Ты решила загнать себя в могилу?
Я шумно выдыхаю.
— Так, давай сначала. Зачем ты уехала в Англию? Что произошло? Ты ненавидишь эту страну и вдруг переезжаешь туда жить. Разве это не странно? — она подозрительно прищуривается.
— Так захотел муж. Он давно меня уговаривал. Я согласилась — смотрю на Стеллу, зная, что её не так просто провести.
— Дурацкая отмазка. Что случилось? — продолжает докапываться она — Тесса, я же вижу, ты гаснешь. Как звезда, которая упала с неба.
— Поэтично. Не замечала за тобой такого раньше — грустно улыбаюсь.
— Не ты одна изменилась.
— Тогда встречный вопрос: что с тобой? — интересуюсь сразу.
— Узнала кое-что, что меня расстроило — уклончиво отвечает сестра.
— Расскажешь?
— Нет.
— А хочешь откровенности от меня…
— Ладно. Помнишь, к нам приезжал сын моего давнего знакомого?
Когда слышу это, меня моментально бросает сначала в холод, а потом в жар.
— Я недавно узнала, что он погиб — продолжает сестра — Такой симпатичный молодой человек и такая ранняя смерть… Очень жаль.
— Отчего он умер? — заставляю себя произнести этот вопрос, хотя итак прекрасно знаю на него ответ.
— Авария. Разбился на машине.
Замираю с открытым ртом. Я прекрасно помню, как погиб Олег. Эта ужасная картина всегда будет стоять у меня перед глазами. И ничего общего с аварией она не имеет.
— Что с тобой? — замечает мой ступор Стелла — Ты вся красная, тебе душно?
— Да, что-то резко в жар бросило. Извини, спасибо за ужин — как в тумане встаю из-за стола и иду в свою комнату.
Впереди ночь, но теперь я вряд ли усну. Призрак Олега будет мучить меня всю ночь. Моя совесть принимает его образ и является мне в страшных кошмарах.
Я вырываюсь, кричу, что есть силы, но меня крепко держат охранники Дилана.
— Я предупреждал тебя, родная — улыбается муж и стреляет.
Меня сразу же отпускают, и я подбегаю, падая на колени перед Олегом. Утыкаюсь носом в его простреленную грудь. Запах крови вызывает острый приступ тошноты и я еле сдерживаюсь, чтобы не сдаться ему.
— Олег… — шепчу непослушными губами — Олежек…нет…
Просыпаюсь в холодном поту. Почти каждую ночь он умирает в моем сне… А я ничего не могу сделать. Я вижу, как Дилан убивает его, как он истекает кровью, и умираю рядом с ним. Иногда этот сон снится мне несколько раз за ночь.
Я пробовала не спать, но тогда становилось ещё хуже. Мой измученный мозг наяву транслировал все мои самые жуткие страхи: беременность от Дилана, смерть Олега, и мое собственное самоубийство. Один мой кошмар уже воплотился в жизнь. Над другим пытался работать муж. Его идея завести ребёнка стала навязчивой. Но я каждый день пила чёртовы таблетки, чтобы этого не случилось. Он вынуждал меня спать с ним. Первое время не трогал, но потом таким образом мстил за измену. Упивался своей властью надо мной. А мне было плевать. После смерти Олега ничего уже не имело значения. Поэтому мой третий страх самоубийство неотрывно шёл за мной, предлагая лёгкий способ уйти от боли навсегда. Но я не имела права им воспользоваться. Не сейчас. Не сегодня.
Я включила свой старый телефон с итальянской симкой. После смерти Олега я не трогала его. Не могла. Привычным движением зашла в контакты. Олег был подписан у меня лаконичной буквой "О". Я не решилась записать его под полным именем. Смотрела на его контакт и плакала, понимая, что больше никогда не смогу услышать его голос. Положила телефон на полку возле кровати. Как же больно. Станет ли мне легче? И когда?
 
Под утро телефон коротко завибрировал, оповещая о сообщении.
Я не поверила своим глазам, когда прочитала его. Скрытый номер. Два слова и мое сердце вдребезги.
"Я жив".
"Кто это?" — набиваю дрожащими пальцами.
"Это Олег. Я жив."
Перечитываю сто раз, не понимая смысл таких простых слов. Что значит жив? Как? Кто может так жестоко разыгрывать меня?
"Не смешно. Что вам нужно?" — пишу гневно.
"Не плачь больше. Не говори никому, что я писал тебе".
"Олег мертв. А вы самозванец." — все ещё злюсь.
"Я жив. И я люблю тебя."
Телефон замолкает. Набиваю ещё несколько гневных сообщений, но они не доходят до адресата. Раздражённо выключаю телефон, жалея что вообще взяла его в руки.
Ну что за глупые шутки! Может это Дилан издевается? Решил меня доконать. Ублюдок.
Утром еду к отцу. Он живёт за городом. Шумный Милан не для него. Мы не виделись несколько лет. Предпоследний раз на свадьбе, когда он торжественно признал меня своей дочерью. Последний на дне рождении Стеллы. Я смотрела на этого стареющего мужчину, что не вызывал у меня тёплых чувств, и не могла не думать о том, что ему ничего не стоило просто так, без свадьбы, решить все мои финансовые проблемы. Но нет, меня обязательно нужно было выдать замуж за старика, чтобы я принесла пользу семье. Подложить под него в благодарность за деньги. Как же мерзко. И это сделал мой отец. Человек, встречи с которым я ждала с самого детства. Мама познакомила меня с ним перед смертью, надеялась, что он поможет мне деньгами. Отец не знал о моем существовании, но был рад моему появлению. Позже, я поняла почему.
Я никогда его за это не прощу. Он лишил меня возможности выйти замуж по любви. Если бы не Дилан, Олег был бы жив. Кто знает, возможно мы бы поженились и были счастливы. А вместо этого я угасаю рядом с подонком убившем моего любимого. Я бы никому не пожелала такой жестокой судьбы.
Отец встречает меня на крыльце. Он как всегда одет с иголочки, строгий костюм, начищенные до блеска туфли. Чёрные волосы уже тронула седина, а в глубине голубых глаз залегли морщинки. Спускается со ступенек, и его строгое лицо озаряет улыбка. Неужели, так рад меня видеть?
— Дочка! — пытается меня обнять, но я отстраняюсь, не позволяя ему сделать это.
— Здравствуй, отец — приветствую его сухо — Зачем ты хотел меня видеть?
Радость в его глазах сменяется на печаль.
— Зачем ты так? Мы так давно не виделись… — обиженно бормочет он, словно бы его задела моя холодность. Лицемер.
Я усмехаюсь.
— А ты не изменился, всё так же любишь давить на жалость — едко замечаю я, а про себя добавляю — Я больше на это не куплюсь.
Отец вздыхает и приглашает меня в дом. На террасе уже накрыт стол. Нам приносят по чашке чая.
— Тесса, я очень виноват перед тобой — начинает он тихо — Прошли годы прежде чем я понял, что натворил…
— Надо же… — наигранно удивляюсь я.
— Пойми дочка, мне очень нужны были его деньги. Я не мог поставить под удар корпорацию, чтобы решить твои финансовые сложности. Это было бы слишком рискованно. А я не люблю рисковать, если не знаю наверняка, что риск оправдан.
— Конечно, между деньгами и мной ты всегда выберешь деньги — делаю вывод я, слишком громко опуская чашечку на блюдце — Чего ты хочешь отец? Узнать, как я живу с этим мужчиной, зная, что ты мог помочь мне и не помог? Прекрасно. У нас всё замечательно. Я ненавижу его и мечтаю развестись. Но Дилан хочет детей. А я скорее покончу с собой, чем рожу ему ребёнка.