Падение в пропасть (СИ)
— И ей этого не хочется? — скорее ради проформы, чем действительно интересуясь, уточнил я. Понятно ведь, что не хочется. И ладно ещё мужчинам — они к женитьбе относятся более просто. А вот девушке…
— Конечно, — хмыкнул он, подтверждая мои мысли. — Но и выбора нет.
Перемолвившись ещё парой фраз, я узнал по поводу завтрака, а потом приступил к долгожданной работе. В первую очередь уточнил объёмы задачи: имущество своей новой заказчицы. Слуги показали набор одежды, из которого я выбрал защитное снаряжение, представленное одной-единственной облегчённой кирасой и стёганым гамбезоном, который надевался под неё. По хорошему, тут нужно вырезать руны на обратной стороне, но если я возьмусь за дело тщательно, то и трёх дней на одну только кирасу не хватит. Нет уж, пока я буду возиться, мы успеем добраться до Мобаса и в бой вступить, а у меня правительница города «голой» бегать будет! Пусть даже «бег» будет заключаться в отсиживании в лагере.
Пришлось брать краску, которой я и намалевал рунную цепочку. Для начала — стандартную, на укрепление. Опять же, захотелось попробовать силы на двойной, но вот так сходу, без проверок, решил не рисковать. Лучше поэкспериментирую отдельно, в свободное время.
— Если оно будет, это свободное время, — пробурчал себе под нос.
С огорчением осмотрев запасы материалов, понял, что через день-два придётся идти и снова трясти интенданта. В этот раз бесплатно, потому что не для себя, а сугубо для дела. Вроде и отказать в таком случае не должен, но почему-то в подобное не особо верилось.
Ладно, сейчас нет смысла об этом думать.
Увлёкшись, я пропустил завтрак, зато краской нанёс простые руны на доспехи, шатёр и часть повседневной одежды, стараясь действовать изнутри.
Вскоре рядом уселась Силана, начав с любопытством на меня смотреть.
— Тщары… — произнесла она и остановилась. — Чары, — поправилась, вспомнив, как я говорил. Одного этого хватило, чтобы я взглянул на неё с долей уважения. Уж я-то знаю, как сложно бывает с чужим языком!
— Чары, — кивнул ей. — Руны, — ткнул пальцем в символ, а потом почесал висок, пытаясь вспомнить куски слов чужого языка. — Лептурсо, — сказал я, что вроде как означало краску, — нипра, — а это — «временно».
После этого я изобразил, как вырезаю те же руны уже с помощью скарпеля, а на одежде — нитью и иглой.
— Пеарего кревго! — воскликнула она и улыбнулась. Через минуту уже притащила мне свой шейный набор. — Уенто алфо исс ста’афьо злеко. Нипра илмис!
Из всего сказанного понял лишь слово «временно», которое говорил и я. Возможно, она имела в виду, что одолжит мне набор, пока я буду заниматься вышивкой?
— Ни хрена не понял, — вздохнул я. — Но спасибо.
Кажется, последнее слово она поняла, отчего снова улыбнулась.
Возился я до самого вечера, а когда живот всё-таки напомнил о себе, начав беспрерывно бурлить, вызвал Фёртаса и пояснил, чтобы не трогали мои инструменты и незаконченные вещи.
— Скажи, что если их потревожить, то могут сработать чары, тогда всё взорвётся, — хмыкнул я.
— Это ведь неправда, верно? — аж побледнел он.
— Конечно, — добавив в голос максимум неуверенности, ответил ему. — Конечно… ничего страшного.
После такого можно было не сомневаться, что ни один смертник не подойдёт к недоделанным рунам. Хотя на всякий случай нужно будет перепроверить их завтра с утра.
Эх… как вспомню, сколько же потом придётся вырезать и шить, так аж руки опускаются. У кое-кого слишком много вещей! Тут бригада волшебников нужна!
Выбравшись из шатра, я планировал перекусить, а потом поставить свою палатку, где заняться уже личными делами: благо, артефакт-светильник у меня имелся, так что темнота не станет помехой. Планы были весьма серьёзны: хотелось подготовить ещё парочку артефактов, включая отпугивающие насекомых, которые разместить уже в палатке и карете Силаны — временная, но нужная мера.
Однако, все мысли мгновенно улетели от того, что чуть ли не нос к носу столкнулся с молодой женщиной-сионом, которая в последний миг успела увернуться. Не зря всё-таки сион! Реакция заметна!
— Мальчишка, — фыркнула она, пройдя мимо, но потом остановилась и обернулась. Я тоже остановился, вглядываясь в знакомые черты лица.
— Анселма, — прозвучало больше как вопрос, но отчего-то меня разбила странная робость.
Я знал и помнил, что где-то в огромном лагере — размером с небольшой город, ведь тут проживало более трёхсот тысяч человек! — находятся мои родичи, но встретить вот так?..
— Кирин! — взвизгнула она, тут же крепко меня обняв. Ноздри затрепетали от казалось бы давно забытого аромата её духов. — Наконец-то я нашла тебя в этом клоповнике! — обвела она рукой вокруг, явно намекая на часть лагеря, отведённого Силане.
— Но-но, я скоро на каждую палатку вокруг руны изгнания насекомых нарисую, никаких клопов не останется, — хмыкнул я, искренне обрадовавшись такому проявлению чувств. Даже собственные рёбра, которые едва не треснули, отложил на второй план.
Анселма — моя сестра и близняшка Кастиса. Та, которая уехала на войну вместе с отцом и Лиамом, моим старшим братом.
— Собирайся, поедем к нам, — постановила она это с уверенностью человека, который знает, что мир ему что-то должен. Я был таким же, когда-то давно. Целую жизнь назад.
— А ничего, что меня сюда приказом назначили? — ехидно выгнул я бровь.
— Ох, мой маленький братик совсем поглупел, — просюсюкала она, наклонившись сверху вниз и дав мне снова ощутить свой яркий запах. Такой… родной…
В голову сами собой стали лезть мысли о нашем совместном времяпровождении. О её постоянных, не обидных насмешках. О том, как она катала меня на коленях… Чёрт, я не плачу!
— Кто, думаешь, поспособствовал, чтобы тебя поставили на хорошее и безопасное место? — продолжила девушка. — Ты в курсе, что мы тебя ждали ещё три месяца назад?
— Немного задержался, — улыбнулся я.
Вот оно чего… а я-то считал, что меня, как артефактора, направили подальше от передовой, потому что полезнее в тылу, а не на поле боя. Всё оказалось куда как проще и, одновременно, банальнее. Что, Кирин, почувствовал себя избранным⁈ Падай, сука, на землю!
На мгновение стало мерзко. Отчего-то иллюзии о том, что императорская армия — это чуть ли не самое величественное место в мире, которое не может ошибаться, благодаря Дэсарандесу, были во мне особо сильны. Прививались с детства, как и патриотизм к своей стране. И в каком-то смысле так оно и есть — Империя самая сильная страна в мире! Но… внутри неё, как и в любом другом месте, чувствовалась гниль.
Впрочем… какая разница? Я не могу этого изменить. А раз так, то нет смысла об этом думать.
— Эй, ты чего? — Анселма, как высший сион, читала моё лицо, словно книгу. — Выше нос! Семья на то и семья, что своих не бросаем.
— Я верс, дура, — не с целью оскорбить, а припомнив наши старые перепалки, ответил я.
— Хоть что-то из тебя ещё не выбили, — взлохматила девушка мне волосы. — Да, ты верс, — едва заметно скривилось её лицо. — Но ты всё ещё Моргрим, путь и с приставкой «Анс».
— Значит, всё это было игрой? — кивнул я в сторону Силаны, которая уже выскочила наружу, заслышав чужие голоса. Вместе с ней стоял и Фёртас, который что-то быстро рассказывал ей на ухо. И судя по тому, что сестра ещё не пристукнула переводчика, то это не пересказ нашего разговора. Видимо, мужчина объясняет, кто она такая.
— Нет, магов-бездельников в армии не терпят, — негромко рассмеялась Анселма, упирая руки в бока. — Но именно здесь безопасно. Эта курица, — коротким и не слишком притязательным взглядом посмотрела она на Силану, — под защитой императора. А потому её не отправят ни в бой, ни даже в патруль. Быть привязанным к ней, всё равно что служить в охране генерала Иставальта: почти полная безопасность.
Как я, собственно, и предполагал.
— Если не произойдёт какая случайность, — пожал я плечами.
— На всё воля Хореса, — хмыкнула она. — Но давай всё же поболтаем у нас. Тут воняет, — сестра махнула рукой и один из двух её слуг (я их даже не заметил!) бодро подбежал к Баеру, коротко что-то ему сказав, на что переводчик быстро закивал.