Самый жаркий день лета

Ясмин дала себе обещание сохранять стойкость, пока паковала жизнь Макса в мешки и коробки. Она вспомнила, как делала это в прошлый раз, и страшные образы всплыли в ней липким ужасом: она сидит в остывшей ванне, с мокрыми волосами, разглядывая два идеально ровных купола коленей, выглядывающих из воды. Отчаяние того дня нахлынуло и будто бы смыло всю тяжесть дня нынешнего. Ясмин рухнула на колени, схватилась за телефон и быстро набрала сообщение сестре: «Я собираю вещи Макса. Можешь прийти и помочь?»
Пять минут спустя раздался стук в дверь. Ясмин открыла: на пороге стояла Лейла, дрожа от холода. Вокруг ее головы сияло гало от уличных фонарей. Секунду сестры смотрели друг другу в глаза. Потом Ясмин сделала шаг вперед, и они горячо обнялись. По судорожному дыханию сестры Ясмин понимала, что та сдерживает слезы. Он крепко сжала Лейлу в объятиях, будто пытаясь смять ее боль в маленький незаметный комок.
Лейла всхлипнула, увидев зеленые ботиночки в мешке, и замерла в молчании. А потом обе сестры, как по команде, уселись на пол и стали разбирать гору обуви. Они перебрали все вещи в доме, складывая в пакеты скудные остатки жизни Макса: раскраску, пластилиновую фигурку, потеряный кирпичик лего, колокольчик от шоколадного рождественского зайца. Они очищали жилище не только от вещей, но и от воспоминаний.
* * *
Лейла покинула дом сестры уже после полуночи. После ее ухода Ясмин, завернувшись в плед, устроилась на скамейке в саду с бокалом вина. Отпила глоток и поморщилась: немного выветрилось, но по-прежнему неплохо. На удивление, ночное небо очистилось, и звездная пелена над головой навевала ностальгию. В детстве Лейла рассказала: чем дольше глядишь на небо, тем больше звезд видишь, будто взглядом вызываешь их чудесное появление. Какая же это роскошь, думала Ясмин, когда у тебя есть старшая сестра или брат. Вот кто настоящие герои детства, о которых не складывают песен. О роли родителей, учителей или лучших друзей талдычат все, но больше всего получаешь от старших сестер и братьев.
Ясмин растянула губы в ленивой улыбке, чувствуя, как подступает опьянение. Эндрю тихо подошел и уселся рядом. Ясмин предложила ему край пледа, и он укрыл колени.
— Холодно сегодня, — задумчиво протянул он, подняв глаза ввысь.
— Отличная ночь для сигареты, — с усмешкой сказала Ясмин. Муж смиренно вздохнул. Она бросила курить, когда забеременела в первый раз, и лишь иногда делала пару затяжек.
Эндрю накрыл ладонью руку жены:
— Что ты чувствуешь?
Ясмин поставила бокал рядом с собой.
— Странное облегчение, — призналась она. — Я думала, что буду ненавидеть Лейлу, но теперь… мне кажется, я должна простить ее. — Ясмин махнула рукой, будто отгоняя назойливую мушку.
— А сможешь? — мягко спросил Эндрю.
— Смогу. В каком-то смысле уже простила.
Эндрю молча разглядывал звезды.
— Я не хочу еще одного ребенка, — тихо произнесла она. — Больше не хочу.
Он сжал ладонь жены.
— Мне кажется, это правильное решение.
Ясмин поправила плед на плечах.
— Эндрю, мне надо кое-что тебе рассказать. — Она почувствовала, как напряглись пальцы мужа. — Когда ты сказал, что не хочешь ребенка, я написала своему коллеге Джейсону. Ну ты его знаешь, парень с кудряшками. Мы даже вместе поужинали.
У Эндрю был растерянный вид.
— И?
— И ничего. Мы поужинали, он несколько раз мне писал, и я решила, что надо тебе об этом рассказать.
— Что он тебе писал?
— Что хочет снова увидеться.
Эндрю вздрогнул.
— Он звал тебя на свидание?
— Нет. Ну ладно, не знаю, — Ясмин погладила руку мужа. — Я ему отказала. Собиралась завтра сказать ему, чтобы больше не писал мне.
Эндрю отнял руку.
— Но почему ты вообще ему написала изначально? Ты хотела?.. — Эндрю не смог закончить фразу и так и остался сидеть раскрыв рот.
— Я ничего не хотела, — солгала Ясмин. — Просто разозлилась. Бесилась, что ты… — она подняла руку, будто пытаясь нащупать нужные слова, — что ты не поддержал меня, мне было очень плохо и хотелось тебе отомстить. Я правда ничего не планировала.
 
Эндрю выдохнул, выпустив облачко пара.
— Господи, Ясмин.
— Прости меня.
Он напряженно посмотрел на супругу.
— Мне этот парень никогда не нравился. Он считает, что можно флиртовать с чужими женами, потому что они уже заняты, а значит, это всего лишь невинная игра. О чем ты изначально думала, когда писала ему?
— Это был просто дурацкий порыв, но я тебе обещаю, что ничего не имела в виду.
— Тогда зачем ты мне вообще рассказала?
— Мне показалось, что лучше рассказать.
Эндрю набычился.
— Ладно, — наконец ответил он, но Ясмин видела, что он по-прежнему хмурится.
Она протянула ему бокал вина.
— Пообещай мне одну вещь.
Он принял бокал, но поставил на песочную дорожку перед скамейкой.
— Какую?
Ясмин подождала, пока Эндрю не обратит взгляд на нее.
— Пообещай, что мы что-нибудь сделаем со своими жизнями. Что не превратимся в одну из скучных бездетных пар, которые заполняют дни садоводством и сериалами на «Нетфликсе». Пообещай, что мы будем путешествовать по миру, узнавать новые места, жить на полную катушку.
Лицо мужа приобрело скорбный вид.
— Пообещай, — настаивала Ясмин.
— Обещаю, — Эндрю снова сжал ее ладонь. — Я обещаю тебе все на свете, Ясмин.
Она прижалась к его груди, ощутив, как он потеснее закутал их обоих пледом. Теперь остались только он и она — новая, усеченная версия их семьи.
  
Часть третья
   
Глава 16
 
Затея принадлежала Уиллу, но, сгоряча согласившись, Ясмин теперь нерешительно переминалась с ноги на ногу.
— Давай! — Зять подошел к ней, но не стал хватать за руку. Их обыкновение обниматься постоянно бесило и Лейлу, и Эндрю. Уилл показал рукой на бассейн: — Отличная погода для купания.
— Февраль на дворе! — воскликнула Ясмин.
— Но погода-то отличная, — улыбнулся Уилл.
А он ведь прав, отметила Лейла. Вечер прохладный, но не настолько, как раз можно нырнуть.
— У меня с собой и купальника нет, — отмахнулась Ясмин.
— Как будто раньше это кого-то останавливало, — парировал он. Уилл был подчеркнуто весел. В свое время Ясмин тоже обиделась на него за колонку о Максе, и теперь он каждый раз старался вновь завоевать ее благосклонность.
Лейла наблюдала за ними с другого конца лужайки. Она в каком-то смысле жалела мужа из-за его безграничной веры, что его старания могут отвлечь родных от смерти младшего члена семьи.
— Он так старается снова собрать нас вместе.
Эндрю задумчиво поглядел на бокал с пивом.
— Я могу его понять. Все теперь так сложно.
Лейла что-то пробормотала в знак согласия. Прошло шесть недель с момента оглашения приговора, и те несколько раз, что они встречались, были напряженными и неуютными, словно они разучились быть семьей. Уилл, стремясь искупить предыдущие ошибки, очень помогал Лейле: отпугивал журналистов, пока те не потеряли интерес к истории, занимался всеми покупками и делами по дому, позволив жене снова сфокусироваться на работе. Но Лейла не способна была искренне отблагодарить его за это. Уилл терпел и терпеливо вновь и вновь старался починить разрушенное семейство, собирал родных за пивом и, как в старые добрые времена, травил байки из своих журналистских приключений — о том, например, как он притворялся известным футболистом в блоге газеты.
— И вот полисмен обыскивает его и спрашивает, откуда у него пять штук в заднем кармане штанов. — Тут Уилл заговорщицки прищурил глаза. — А Марио смотрит ему прямо в глаза и отвечает: «Потому что я богатый!» Надо было видеть рожу этого копа! — В этом месте Уилл разражался смехом, приободряя остальных.
А вот теперь он крутился вокруг Ясмин на краю бассейна, угрожая столкнуть ее в воду.
Лейла, наблюдая за ними, почувствовала неожиданный прилив радости.