Война Доминантов. Раунд 5 (ЛП)

— Как насчет такого? — Стив нежно положил мне на плечо руку, и я перевел взгляд с нее на него, почти уверенный, что не оценю то, что он собирался сказать. Он убрал руку изящным движением запястья. — Как насчет того, если этот… Проповедник Доминант окажется психом, мы просто… уйдем? Давайте договоримся, прямо здесь, прямо сейчас, что если он псих, то мы вылетаем. — Он потер свои руки с его странной усмешкой, демонстрируя жест «все кончено».
— Да! — Тара выразительно кивнула, будто это решило все наши проблемы. — Да, конечно, это идеальный план и именно то, о чем я думала.
— Ох, надеюсь. Я очень надеюсь, что ты прав. — Я посмотрел на Стива, борясь с внезапным желанием оттолкнуть его, когда он посмотрел мне через плечо. Я обернулся, когда массивный черный лимузин «Хаммер» тихо остановился позади нас. Ублюдок-блять-мать-твою.
Дверь открылась, и двое мужчин в черных костюмах вышли из задней части автомобиля. Я мельком увидел длинные женские ноги, прежде чем заметил двух мужчин, которые подошли и встали перед нами.
— Мистер Бэйн? Мисс Риз? Мистер Харрисон? Добро пожаловать в пятый раунд «Войны Доминантов». — Первый мужчина улыбнулся, или, может быть, это была ухмылка, рядом с ведущим, который пожал всем нам руки, прежде чем повернуться ко второму чуваку. — Это Бентон. Он будет вашим водителем на протяжении этого раунда. Мистер Харрисон будет вашим сопровождающим.
Мистер Харрисон? Это был Стив?
Ведущий вытащил конверт из нагрудного кармана и протянул его Стиву, бросив на меня снисходительный взгляд.
— И вы, и мисс Риз являетесь участниками.
Высокомерное отношение этого человека действовало мне на нервы.
— Я знаю об этом. Если только вы с Бентоном не позаботились о том, чтобы… — Я сделал грубый жест, указывая на них как на пару, и нацепил на лицо невинное выражение.
Мужчина уставился на меня так, словно хотел врезать, но, к его чести, он не ответил. Вместо этого он жестом указал позади себя на лимузин.
— Ваше назначение будет передано в руки нынешнего Главного Доминанта, мистера Х.Л. Лэнта, в соответствии с условиями вашего наказания. — Выражение его лица говорило, что он отомстит, наблюдая за тем, как неандерталец в лимузине подчиняет меня. С почти веселой усмешкой он вытащил еще один конверт и протянул его мне. Тара выхватила тонкий пакет из моей руки и открыла его.
— У вас есть пять минут до начала игры. — Безымянный ведущий кивнул. — Удачи. — Затем они направились к серому седану, на котором я приехал.
— О Боже мой. — Тара уставилась на бумаги в своих руках с открытым ртом, что могло свидетельствовать об ужасном, ее глаза метались из стороны в сторону, изучая содержимое.
Я потянулся за бумагами, но она повернулась, убирая их за пределы досягаемости.
— Что? Что там за задание?
— Никакого задания. Условия отбывания наказания. — Ее голос звучал тихо и подавленно, а руки дрожали, заставляя бумаги трястись.
Я выхватил бумаги и начал читать, желая увидеть все своими глазами.
— О, нет. — Я перечитал их еще раз, чтобы убедиться. — Подчиняться всем без исключения указаниям? Каждому из нас?
— Каждому из нас? — Стив попытался выхватить бумаги у меня из рук, но я отошел от него.
Я продолжил читать и накапливать свою ярость.
— Черт возьми, нет. — Я медленно дышал, когда буря внутри меня поднялась до безрассудных высот. — Блять, блять, блять, нет!
— Помни, — Тара нежно коснулась моего предплечья, — ты не знаешь, что он собирается заставить нас делать, и мы уходим, если это вопиющая тупость.
Голос Стива прозвучал так, словно он боролся с приступом паники и проигрывал, дыхание приближало его к гипервентиляции.
— Но, почему я должен участвовать? Я имею в виду, что мне придется делать? — В его голосе послышался надлом, когда он покачал головой, его щеки задрожали. — Я не могу делать никаких… сексуальных вещей, прости. — Он посмотрел на нас, как на фриков, подняв обе руки. — Я подвожу здесь черту. Я имею в виду, что мне очень нужны эти деньги, но у меня есть свои границы. Я женатый человек, — прошипел он, словно отгоняя бесов.
 
— Ох, Стив, — Тара быстро похлопала его по руке, — ты не обязан этого делать.
— Хм, да, ему придется, — я протянул бумагу и указал на последнюю заметку. — Говорится, что мы все играем, или мы все проиграем.
— Матерь Божья смилуйся. — Стив прикусил костяшку пальца, словно сдерживая другие слова.
— Хорошо. — Тара схватила Стива за плечи и легонько встряхнула. — То же самое правило для тебя. Если они попросят тебя сделать что-нибудь, что тебе не понравится, мы все уйдем, все закончится. Как тебе это?
Страдание и поражение подорвали уверенность Тары, несмотря на ее оптимистичный тон, заставив меня успокоить ее.
— Послушай, — попытался я рассуждать, ненавидя себя за то, что мне пришлось это сделать. — Может, мы все торопимся с выводами. Может, мы не будем… От Стива не потребуется ничего делать. Слишком безумного. И если это все-таки так, да, тогда мы уйдем. — Я неловко толкнул его в плечо. — Хорошо, друг?
Он прикусил нижнюю губу и в отчаянии нахмурил брови. Наконец он слегка кивнул.
— Хорошо. — Он вздохнул и закрыл глаза, качая головой. — Я знал, что так или иначе все это закончится этим. Мне не следовало отвечать на это дьявольское объявление. Я сын священника, и мне здесь нечего делать. Но…
Мы уставились на него, ожидая признания, которое повисло в воздухе.
— Честно говоря… — Прошло множество неловких секунд, пока он не показался измученным и практически прослезившимся, со словами, которые он явно никогда не хотел произносить вслух.
— Тише, тише, — прошептала Тара, — не торопись. Поговори с нами, мы твои друзья.
Он перевел взгляд с нее на меня и, наконец, выпалил эти слова.
— Я вот-вот потеряю свой дом, и жена бросит меня, если я не найду способ спасти его. — Уродливый секрет был произнесен в постыдном отчаянии, которое согнуло его гордую фигуру.
Я сражался с гневом. Блять. Просто мать его. Еще одна жалкая чертова причина сказать «да». Я уставился на Тару, которая одарила меня взглядом, который говорил: «О, теперь мы просто обязаны идти дальше. Ради Стива.»
Я сердито уставился на нее, тыча пальцем ей в лицо.
— Мы уйдем, если это чудовище в набедренной повязке хотя бы намекнет на то, чтобы прикоснуться к тебе. Ты поняла?
Она кивнула, но это явно была ложь.
— Я серьезно, Тара. И если и когда мы уйдем, ты пойдешь со мной. И мы просто придумаем другой способ помочь твоей бабушке.
Она обвила руками мою шею и поцеловала меня. Гребаное отвлечение внимания — вот что это было, я знал. И, конечно, мое тело склонилось перед ее потребностями, хитрыми или нет, мои жадные руки прижимали ее тело к моему.
— Иисусе, пора выдвигаться. — Стив посмотрел через мое левое плечо, на его лице был явный ужас.
Глава 3
Тара вырвалась и побежала к своей машине, крикнув через плечо:
— Нужно запереть двери.
— Для чего? — Неужели кто-нибудь подумает, что в этой ветхой груде болтов есть что-то стоящее?
— Мне нечего здесь запирать, — сказал Стив, пожимая плечами, будто это имело какое-то отношение к чему-либо.
Я наблюдал, как Тара в буквальном смысле боролась с окном, затем сломала замок и закрыла дверь своей задницей. Кусок металла заскрежетал, а после последовал напряженный грохот.
Она направилась ко мне, выглядя как дерзкий подросток, двигая бедрами с бунтарством, которое вызвало во мне острую потребность. Трахнуть ее и отшлепать. Боже, я скучал по ней. Это будет первое, что я сделаю, когда у меня появится такая возможность. Связать ее и трахать, смачно шлепая по сочной заднице. После того, как я бы вылизал ее киску и довел до грани оргазма, пока не оказался чертовски удовлетворенным ее мучениями. Потом я бы трахал ее до потери сознания, пока ее задница не покрылась волдырями. А после я отшлепал бы ее киску и довел до самого жесткого гребаного оргазма на свете. Что, я уверен, заставило бы меня невыносимо захотеть трахнуть ее снова, спереди, накрывая ее своим телом, грудью прижимаясь к ее груди, языком пробуя ее на вкус.