Черная невеста (СИ)

Поворчав и собрав на завтра записи и книги, я направилась на тёмный факультет к Дэри. Феникс уже спал, но при моём появлении моментально проснулся.
— Я у тебя переночую, — буркнула я, без лишних разговоров заваливаясь на свободную кровать, и отключилась.
На утро моя комната была опять в диком беспорядке. Если они полагают, что так заставят меня отступиться, то придётся всеми средствами доказывать обратное. И я это сделаю, причём таким образом, чтобы раз и навсегда отбить желание заявляться ко мне в комнату без моего разрешения.
С каждым днём становилось всё хуже: старшие начали настоящую травлю, не собираясь давать мне покоя ни днём, ни ночью. Приходилось становиться материальной только на время занятий, всё остальное время пребывая в виде призрака. Кроме тренировок и сна, конечно, когда я находилась на тёмном факультете. Порядок в своей комнате я уже не наводила. К чему? Всё равно через час опять будет бардак. У меня пропали обе мази из тумбочки, что расстроило сильнее всего, а потом начали исчезать учебники.
Одногруппникам я не рассказывала о своих проблемах, с Даром мы вообще делали вид, что не знакомы. Не знаю, как его, а меня такая ситуация сейчас вполне устраивала, ведь вовлекать посторонних в сложившееся противостояние я не намеревалась.
— Наложить бы на комнату охранку поубойнее, — в сердцах высказалась я Божественной, в очередной раз вернувшись к себе и изучив бардак на полу. — Пару раз нарвутся — больше не полезут.
Мрачный портрет не отозвался, но, видимо, его тоже достали до самых печёнок, так как к моему следующему визиту на тумбочке лежала потрёпанная, древняя, вся в кровоподтеках книга.
— Что это? — брезгливо ткнула я её пальцем.
— Охранные заклинания поубойнее, как и заказывала, — огрызнулась Божественная. В последнее время она стала на редкость раздражительной и не слишком приятной собеседницей. Виделись сейчас мы не часто, так что я терпела её вспышки, понимая, что и ей приходится нелегко.
Не решаясь пока притрагиваться к подозрительному талмуду, я присела на корточки и прочла: «Триста запрещённых в Ориоле заклинаний на крови». Что-то не внушает она мне доверия, эта книга. Подковырнув обложку ногтём, я осторожно, двумя пальцами, открыла талмуд. Потом брезгливо пролистала пару страниц, выделанных из тонкой кожи, и захлопнула. Я подобной гадостью в жизни не воспользуюсь! Ничуть не сомневаюсь, что данные заклинания относятся к разряду убойных… с таким-то количеством жертв на построение кругов силы.
— Убери это туда, откуда взяла, — оттолкнула я книгу. — Подобная мерзость мне ни к чему. Уж лучше в библиотеке что-нибудь подыщу.
— Как ты себе это представляешь? — огрызнулась Божественная.
— Как взяла, так и отправь обратно, — отозвалась я и, не слушая больше выражений недовольства, ушла. Сегодня придётся пожертвовать тренировкой в пользу сидения в книгохранилище. Даже голос был согласен, что безнаказанными выходки старших оставлять нельзя: слишком надолго это затянулось, и мирным путём уже не кончится.
Я так и заснула щекой на очередном фолианте, зато утром была полна сил и решимости наложить на свою комнату всё то, что полезного вычитала сегодня ночью и урывками до этого. Однако моему намерению было не суждено сбыться.
Войдя в комнату, я замерла, потрясённая. Помимо пяти старших там были Барион, Арион и Варан. Страж тёмного факультета обнаружил меня моментально.
— Явился. Иди сюда, Дарк.
Я послушно перешла на материальный уровень. В меня тут же впились взгляды присутствующих. Наставники были донельзя мрачными, а старшие явно растерянными.
— Может, объяснишься? — мягко спросил Варан.
«Драпать надо! — заявил голос. — Не знаю, что произошло, но это сулит крупные неприятности. Ноги в руки и дуй отсюда».
Куда? Устроить забег по Академии, чтобы поразвлечь учеников? Не лучшая идея, — отозвалась я, наблюдая за приближающимся стражем тёмного факультета. Арион, не говоря ни слова, стал у меня за спиной. Я с удивлением глянула на его застывшее лицо, не понимая, что происходит.
 
— Что объяснять? — повернулась я, наконец, к Варану. Он впился в мои глаза своими и начал давить голосом:
— Что ты сделал с Бриланом?
До тренировок с Риокой я бы не смогла ему противостоять, сейчас же выставила мощнейшие из доступных мне пока блоков, выдерживающих от силы четверть стигны, и неприязненно ответила:
— Не имею понятия, о ком вы говорите.
— О моём одногруппнике! — выкрикнул Канор. Я его сразу и не признала: настолько парень осунулся с прошлой нашей встречи, растерял задор и самоуверенность.
— Ничего я с ним не делал, — пожала я плечами.
— Тогда почему мы нашли его сегодня почти полностью выпитого? — грозно вопросил Варан. Я вновь перевела взгляд на стража Академии и непонимающе хлопнула глазами.
— Без понятия, что вы имеете в виду, — но тут же не сдержалась и добавила: — Но так или иначе, он получил по заслугам. Нечего мне было жизнь портить.
«Ой, зря ты это сказала!» — предрекла моя шиза и повторно предложила сбежать, на этот раз не просто из комнаты, но и из Академии.
— Для чего тебе понадобилась его сила? Ты хотел использовать что-нибудь из этого? — на пол к моим ногам полетела знакомая книга. Я брезгливо скривилась, опознав запачканную обложку.
— А эта гадость что здесь делает?
— Это мы хотели узнать у тебя. Мы нашли её под твоей кроватью.
Несмотря на всю серьёзность ситуации, я улыбнулась, представив, как страж Академии лично лезет ко мне под кровать. Моя улыбка, похоже, окончательно добила Варана, так как он очень тихо спросил:
— Ты считаешь, мы здесь шутки шутим?
— Нет, я просто не понимаю, в чём виноват. Я его не трогал.
— Ты обвиняешься в покушении на жизнь одного из учеников Академии, а также хранении запрещённой литературы.
— Да не трогал я вашего ученика, будь он трижды неладен! И чхать хотел на всех остальных. Я эту ночь в книгохранилище провёл, и прошлой ночью меня здесь не было, и позапрошлой. Я вот уже пол-луны не ночую в своей комнате, потому что меня постоянно третируют старшие! Богатенькие сыночки, родители которых в своё время не удовлетворили все их прихоти!! — я буквально шипела от бешенства, прожигая гневным взглядом отшатнувшихся светлых учеников.
— Тогда как у тебя оказалась эта книга? — обратился ко мне Варан, враз успокоившись. Проигнорировав вспышку и, не оборачиваясь к ученикам, он приказал: — Ребята, выйдите. Мы с вами потом поговорим по поводу сложившегося конфликта.
— Этой пакости здесь вообще быть не должно, — отозвалась я. — Хотелось бы посмотреть на того психопата, который это написал!
— Ты её читал, — ещё тише произнёс Варан.
«Не отве…» — попытался перебить меня голос, но я уже говорила:
— Пролистал пару заклинаний вначале.
— Так тебе известен этот язык?
«Молчи!» — завопил голос, но я отмахнулась:
— Хеттский.
— Тот самый, за который ты принял хакадский в начале прошлого сиана? Откуда ты его знаешь?
— Без понятия. Просто знаю.
— Ученик Дарк, до выяснения всех обстоятельств ты будешь сидеть в карцере.
— Какой карцер?! Я же ничего не делал! И к книге не имею никакого отношения!
— Вот это мы и выясним, — сухо пообещал Варан. На запястьях рядом с моими щёлкнули странные тёмные браслеты. Я с удивлением потрясла рукой.
— А это ещё зачем?
— Чтоб ты не сбежал.
Я ошалело смотрела на застывшего Варана, и до меня начала доходить серьёзность ситуации. Арион подтолкнул меня к выходу.
— Но я же ни в чём не виноват! — воскликнула я. На глаза навернулись злые слёзы. Повернулась к стене (видимо, от обиды мозги окончательно мне отказали, что как мне показалось, будто поддержка Божественной может мне помочь) и попросила: — Подтверди хоть ты!
На пустой стене под моим взглядом начал проступать портрет.
«Не-е, похоже, критинизм — это неизлечимо», — убито констатировал голос.
Божественная села, подтянув колени к подбородку и подтвердила: