Маркграф из Преисподней (СИ)
— Да? — я сделал большой холодный глоток. — Ну, давай. Выкладывай. Я весь внимание.
— Не здесь. Кто-нибудь может услышать.
— Никого нет. Говори потише, и тогда парни на том конце коридора даже не поймут, что мы беседуем.
Девушка нервно передёрнула плечиками и снова поправила очки. Если её послали Шуйские, чтобы заманить меня в какую-нибудь подсобку и там избить, то это сейчас выяснится: она просто откажется сообщать важную информацию здесь, несмотря на то, что ничто этому не мешает.
Однако девушка не стала упираться.
— Хорошо, — кивнула она, тряхнув кудряшками. — Я слышала, как Анатолий Шуйский обсуждал с сестрой, что тебя нужно хорошенько проучить.
— Ну, это не новость. Было бы странно, если б они этого не хотели, — я залпом допил воду, скомкал стаканчик и выбросил его в мусорку. — От кого исходила инициатива?
— В каком смысле? — нахмурилась девушка.
— Ну, кто из них показался тебе более кровожадным? Кто предлагал меня отметелить, а второй лишь соглашался?
Девушка ненадолго задумалась. Чтобы скоротать ожидание, я наполнил стакан и протянул ей.
— Спасибо, — кивнула она, машинально беря его. — По-моему, Надя злилась сильнее. Да, я уверена!
Кто бы сомневался! Анатолий-то понимает, что сейчас незачем нарываться, но вынужден поддакивать брату с сестрой, так как знает, что они всё равно не успокоятся, а без него напортачат ещё больше.
— Это важно? — спросила моя собеседница, чьего имени я до сих пор не знал.
— Да. Ты с ней учишься?
Девушка кивнула.
— Поэтому случайно и услышала, как они разговаривали.
— А они случайно не обсуждали, как именно намерены меня проучить?
— Да. Говорили. Но нам лучше куда-нибудь отойти. Я не хочу, чтобы…
— Нас увидели вместе? — догадался я. — Вернее, тебя со мной.
— Нет… То есть, не совсем. Хотя, если честно, да. Но это не потому что ты мне не нравишься. Я не имею ничего против… тебя.
— Спасибо. Ладно, не будем подвергать тебя риску. Идём!
Я направился в сторону рекреации. Занятия закончились, и большинство учащихся ушли из академии. Остались только те, кто посещал внеурочку и кружки, но они уже распределились по кабинетам. В рекреации стояли стенды, которые собрали с четвёртого этажа, где шёл небольшой ремонт. За ними нас было почти не заметно, даже если б кто-нибудь и прошёл мимо. Зато мне было отлично видно, не подслушивает ли кто.
— Как тебя зовут? — спросил я, когда мы остановились там.
— Ой! Какая я дура! Даже не представилась! Налетела на тебя сходу… Василина Бурнашева.
— Спасибо, что подошла и рассказала о кознях Шуйских. Могла промолчать. Это было проще всего.
Девушка покраснела.
— Ну, я подумала… лучше тебе про это знать.
— Безусловно. Вы с Надеждой в контрах? Не поделили что-то?
— Нет, почему? — удивилась девушка. — А, потому что я тебе рассказала… Нет, дело не в этом. Просто… В общем, сама не знаю, почему я решила… Наверное, просто не хотела, чтобы тебе что-то сделали. Плохое.
Глядя на неё и слушая, я вдруг ясно осознал, что девчонка в меня влюблена. Вернее, конечно, не в меня, а в настоящего Максимилиана Пожарского, причём давно и безнадёжно. Так-так…
— Что именно они придумали? — задал я главный вопрос. — Будет здорово, если ты припомнишь то, что слышала, во всех подробностях.
Бурнашева забавно нахмурилась. Поправила в очередной раз очки. И что она нашла в Пожарском? Вроде, умная девочка. Глазки вон испортила, книжки читая. Ещё несколько лет, и придётся делать операцию. Может, даже вживлять импланты. Да, это крест местной аристократии — никаких генетических улучшений, иначе прощай голубая кровь, а вместе с ней — магические Дары! Вот и приходится мучиться. На их счастье, технологии в этом мире достаточно развиты, чтобы компенсировать физические изъяны иными способами.
— Кажется, они придумали что-то, связанное с Надей, — наконец, сказала девушка. — Речь шла о том, что она сделает вид, будто у неё к тебе интерес. Ну, как к парню… А потом они тебя опозорят. Не знаю, как именно. Может, она собирается потребовать, чтобы ты подготовил какое-нибудь грандиозное предложение руки и сердца, а сама откажет тебе. При всех.
Да, это очень в духе Анатолия. Никакой крови и придраться не к чему, а брат с сестрой должны быть удовлетворены местью. И главное — мне даже ответить будет нельзя. Не стану же я вызывать девушку на поединок. Молодец, Анатолий! Браво! Не зря ты первый в моём расстрельном списке. Дядю я не считаю: его убийство — требование долга, не более того.
Пожалуй, информация Бурнашевой стоила поощрения. Нельзя же просто сказать «спасибо» и пойти по своим делам. Девушка может обидеться и в другой раз ничего не сказать.
— Не хочешь где-нибудь пообедать? — спросил я, взглянув на часы. — Как раз самое время перекусить.
От неожиданности девушка растерялась.
— Нет… Извини. Мне бы хотелось, но я должна идти на кружок по биомоделированию. Я и так опоздала.
Было видно, как ей самой жаль, что она отказывается. Но ответственность у ботаников — вечная проблема. Сколько возможностей они упускают из-за превратного представления о том, что д о лжно делать!
Я не стал говорить, что мы можем сходить перекусить в другой раз. Шансы выпадают редко, и надо учиться их ценить. Пусть живёт с сознанием того, что сама упустила возможность. Лучше будет стараться получить ещё одно приглашение. Главное — не сглупить снова. А то вдруг опять придётся бежать куда-нибудь проводить время в отвязном угаре с другими ботаниками. Макраме там, или чем ещё одинокие задроты балуются на досуге.
— В таком случае не смею задерживать, я отвесил лёгкий, но вежливый поклон. — Ещё раз спасибо, что не осталась в стороне. Нечасто в наше время встретишь девушку с такими благородными качествами души. Даже в среде аристократии.
Залившись пунцовой краской, Бурнашева смущённо кивнула, поправила очки, едва не сбросив их при этом на пол, и поспешила прочь.
— Пока! — крикнула она, обернувшись.
Я помахал ей рукой.
Значит, Шуйская думает выставить меня идиотом… Ладненько. Посмотрим, кто кого. Сила в знании, и сейчас она на моей стороне. Спасибо всем, кто не трахает любительниц сверхурочных заданий и внеплановых контрольных. Что бы мы делали, будь они сексуально удовлетворены?
Глава 48
В середине дня я велел подготовить транспорт для полёта в офис «Биотех. корп.» Оказалось, что располагается он на территории завода. Я видел из иллюминатора длинные цехи, рабочие бараки и огромные, похожие на газгольдеры корпуса, где располагались чаны с биомассой, из которой создавали существ с нуля. Корпуса, в которых вносили изменения в эмбрионы, находились ближе к центру, окружая центральное здание. Оно было построено в виде квадратной башни. Посадочная площадка располагалась наверху. Туда мы и приземлились. Нас встретил служащий, предупреждённый о моём прибытии. Поскольку я выразил желание встретиться с главным инженером, он сразу повёл меня в его кабинет. Пришлось пересечь огромную, богато оборудованную лабораторию, прежде чем попасть в комнату, где стояли стол, высокий шкаф со стеклянными дверцами и массивные, встроенный в стену сейф.
Я ожидал увидеть лысеющего мужика в очках, сутулого и с запахом изо рта, в белом мятом халате, но главный инженер оказался крепким человеком с бионическими глазными имплантами, гладко выбритым черепом, на котором поблёскивали крошечные металлические детали, похожие на головки булавок, в оранжевой свободной одежде. В целом, он напоминал тибетского монаха. Только носил штаны и ботинки.
— Ваше Сиятельство, счастлив вас видеть! — проговорил он, когда я вошёл в кабинет. — Чем могу служить?
Окинув склонившегося в поклоне инженера, я сел в кресло для посетителей. Мягко и пружинисто. И наклон можно регулировать.
— Присядьте, — велел я инженеру и, когда он занял место за столом, продолжил: — Елисей Геннадьевич, у меня появилось несколько идей. Хотел бы представить их на ваш суд.