Попаданка. Иллюзия красоты (СИ)
Я понимающе кивнула, взяла листок и даже перестала испытывать неприязнь к больной старой женщине, которая умудряется в такие года ещё и работать. За спиной послышался звон колокольчика — очевидно, что лавку посетил ещё кто-то, но никто не обратил на него внимания.
— Значит, так, — я медленно зачитывала список, а бабка ловко выискивала нужное, и когда все необходимое оказалось перед носом, стала в уме подсчитывать получившуюся сумму.
— Итого… двадцать три золотых, — бабка подняла взгляд на меня и только теперь я увидела, насколько ее глаза были прозрачными, будто стеклянные. Но даже они не испугали меня так, как озвученная сумма. Двадцать, мать его, три золотых, когда Лекси говорила о том, что получает жалование в десять золотых. Просто еба… обалдеть, хотя хочется применить другое слово, более подходящее в данной ситуации. И это я еще понятия не имею, насколько мне их хватит.
Ладно, к чертям расстройство, все равно другого выхода я пока не вижу.
— Могу я расплатиться по-другому? — неловко спросила я. На лице бабки тут же промелькнул гнев, одной рукой она сгребла ингредиенты подальше от меня, словно боялась, что я могу их украсть и убежать.
— Здесь тебе не бордель, чтоб по-другому расплачиваться, — выплюнула старуха.
— Я могу… выписать долговое обязательство… или, к примеру, оставить… — пыталась я уговорить ее, проигнорировав колкость.
— Нет! Если нет золотых, то проваливай! — рявкнула лавочница.
Я нахмурилась, понимая, что уговорить бабку почти невозможно, и план быстренько открыть свое дело пошел по одному очень ценному женскому органу. Теперь необходимо срочно найти чуть больше двадцати золотых… но где? Как? За что могут заплатить молодой девушке?.. В мою голову пришло разве что попросить Ксандра, но идея показалась настолько неприятной, что даже вызвала тошноту. Может, идти в банк? Брать кредит? Наверняка же в этом мире есть подобные заведения…
Видя мое замешательство, бабка набрала воздуха в грудь и выплюнула вместе со слюнями:
— А ну выметайся!
— Погодите, — вмешался некто сзади. Незнакомый голос заставил обернуться, и я увидела, что за спиной, вместо ожидаемой Лекси, которая была чуть поодаль, стоял темноволосый мужчина. Серо-зелёные глаза блестели лукавством, и как хорошо, что сейчас он смотрел на лавочницу, потому что неожиданно для себя я густо покраснела, осознав, что таких красивых глаз еще никогда в жизни не видела. — Я могу заплатить за эту леди?
Я на мгновение отвернулась, закусила щеку изнутри, чтобы прогнать смущение, и тогда смогла вернуться в реальность.
— Что вы… я… — растерянно бормотала я, а когда мой взгляд вновь упал на глаза, я застыла, как завороженная. Никогда в жизни не столбенела от чьих-то глаз, но сейчас чувствую себя жертвой Медузы Горгоны — превращаюсь в камень, хотя и очень хочется растечься лужицей. А лукавая ухмылка пробуждала во мне знакомое желание.
— Мне плевать, кто платит! — разрушила старушка идиллию. — Если будете брать, то двадцать четыре золотых на стол!
— Было же двадцать три, — прищурился мужчина.
— До того, как она не начала торговаться, — злобно скривилась бабка.
— Двадцать три, — отсчитал мужчина и положил на стойку. — Ровно столько и ни монетой больше. А теперь отдайте леди купленное, будьте добры.
— Но я… погодите… — пыталась возмутиться я, но меня вообще никто не слушал.
Бабка захапала деньги и брезгливо подтолкнула ингредиенты к покупателям.
— Тьфу! Хапуги! — выплюнула она и развернулась, пошла к дверному проему и вскоре исчезла за разноцветными занавесками.
— Видимо, меня обслужить она не намерена, — иронично улыбнулся мужчина, провожая старушку взглядом. Как только он вновь посмотрел на меня, снова будто бы током шибануло, попутно частично отбив мозги и возможность рационально мыслить. А еще дышать. — Что же, придется зайти в другую лавку.
Я бы так и стояла, пялясь на мужчину, если бы Лекси не подошла к нам и не стала бы как ни в чем не бывало складывать купленное в большую сумку, которую мы перед прогулкой нашли в шкафу.
— Погоди, — остановила ее я. — Я же не просила вас… и не смогу отдать деньги в ближайшее время.
— Ничего не нужно, — вскинул голову мужчина, из-за чего мне казалось, что он смотрит на меня сверху-вниз, но совсем беззлобно и без капли высокомерия. — Разве что вы можете оказать мне одну маленькую услугу.
На смену остолбенения пришла тревога, учитывая, что я — не девочка, и понимаю, какого рода «услуги» обычно требуют мужчины за их так называемую «щедрость». И все же не стала рубить с плеча.
— Какую?
Хмурое выражение лица отчего-то насмешило незнакомца.
— Сказать, как ваше имя, — пояснил он. У меня на душе отлегло, но настороженность никуда не делась.
— Ве… Вайлет, — от смущения запнулась я. Ничего с собой не могла поделать, вела себя, как дура, когда смотрела на него, будто меня к нему тянуло неведомой силой.
— Очень приятно, — мужчина протянул руку, и я с десяток секунд хлопала глазами, после чего подала ладошку, которую он тут же отточенным движением пригубил, задержавшись над кожей, словно пробовал дорогое вино на вкус.
— А вас?.. — растерянно ответила я, потому как он не представился.
— А мое имя вы узнаете, если согласитесь прогуляться со мной этим чудным вечером, — продолжал мужчина. Его слова — что нож по маслу, резали меня на кусочки, а служанка отчего-то не была впечатлена. Таращилась на меня удивленным взором, а я ничего не могла с собой поделать. Вот как девочка, впервые увидевшая принца из сказки. Только передо мной стоял не рыцарь. Хоть мужчина и выглядел, как благородный господин, но его истинное разбойничье нутро будто бы рвалось наружу. Ехидный взгляд с ноткой грусти, лукавая полуулыбка… он свел меня с ума с первого взгляда.
— Негоже госпоже гулять с незнакомцами одной, — встряла служанка не только потому, что вспомнила — я абсолютно беззащитна перед социумом и меня нужно направлять, чтобы не оказалась в ужасном положении. Кажется, все эмоции были написаны на моем лице.
— Позволь мне решать самой, — учтиво ответила я. И, тем не менее, не смогла ему ничего ответить. Очень хотела согласиться, но… как же безрассудно. И отказать не могла, вот хоть убей. По ощущения это было бы как выстрелить себе в ногу. А потому, вопреки всему я позволила себе промолчать вместо вразумительного ответа, не боясь, что мужчина посчитает меня хамкой, и больше я его не увижу. Возможно, так даже лучше будет. Только сердечных терзаний мне еще не хватало.
Задерживаться в лавке больше не хотелось. Дышать было нечем, и теперь не только из-за трав. Сильные чувства душили изнутри, хотя подобное, казалось бы, невозможно испытывать к незнакомому мужчине.
Отвернувшись, я посмотрела на Лекси — она держала в руках покупки — и потому мы обе вышли, но я остановилась около входа, понимая, что мужчина следует за нами, и вообще нужно как-то объясниться… сделать так, что он не проводил нас до дома. Ни к чему это.
— Слушайте, большое вам спасибо за это, — я покосилась на сумку служанки. Казалось бы, улица, свежий ветер, а прохладнее не становится, и противный румянец со щек не слетает. — Я рассчитаюсь с вами, как только смогу. Оставьте мне… что-нибудь, чтобы я могла вас найти, когда будут деньги.
— Боюсь, что теперь меня вообще не интересуют деньги, — ехидно сказал мужчина. — Не сочтите за грубость, но я никогда в жизни не видел такой красоты, которой вы обладаете, а потому не могу упустить возможность полюбоваться ею ещё раз хотя бы недолго.
Я совсем потерялась, потому как мне в жизни не говорили комплименты, а уж тем более мужчины, которые мне нравились. Только «носатая» и «селедка». Жалко только, что и эта красивая внешность у меня не настоящая…
— У меня есть жених, — из страха, вызванного мужским напором, сказала я и тут же пожалела.
— Я бы мог стать вам добрым другом, на более рассчитывать было бы кощунственно, — ответил мужчина и сразу же добавил: — Такая, как вы, достойна быть музой для именитых художников и жить при дворце, украшая собой королевский сад как самый прекрасный цветок на всем белом свете.