Айна из замка (СИ)

«Ну ладно, – подумала Айна про служанку, – не такая уж она и дурная. С ней Лиан хотя бы голодным никогда не останется. А это уже немало...»
Но, поднявшись на второй этаж, она поняла, что поспешила с добрыми мыслями. Из комнаты Лиана доносилась тихая, но вполне крепкая ругань.
– Ларин! – крикнул он сердито и немного отчаянно. По этому окрику Айна поняла, что служанку он зовет не в первый раз за последние несколько минут. – Где мыло, демоны тебя раздери?!
Она осторожно заглянула в комнату и тут же смущенно отпрянула.
Ларин не забыла нагреть кипятка и притащить хозяину большую деревянную кадушку, которая здесь явно заменяла нормальную ванну. Но вот вручить ему принадлежности для мытья она забыла совершенно точно. Лиан сидел по пояс в исходящей паром горячей воде и безнадежно ждал, когда же дура-служанка соизволит принести ему все, что нужно.
При виде его тощей белой спины Айне стало смешно и грустно одновременно. Ужасно все-таки быть слепым и не видеть, что поднос с мылом и щеткой стоит в двух шагах от тебя на лавке... Но каким же самому надо быть дураком, чтобы держать в доме такую прислугу!
Айна вздохнула и решительно вошла в комнату, взяла поднос и нарочно громко поставила его рядом с кадушкой.
– Ларин ушла, Ли. А мыло – вот. Отмывайся. Я на тебя не смотрю. И вообще пойду проверю, что она там на ужин приготовила. Пахнет просто безумно.
Но прежде, чем она успела отойти, Лиан неуловимо ловким движением поймал ее за руку и крепко сжал ладонь.
– Айна... Спасибо! – его пальцы были горячими и сильными, от их прикосновения Айна разом забыла, что еще хотела сделать и сказать. Она зажмурилась и подумала, что надо по-быстрому уходить из этой комнаты. Но почему-то не ушла.
– Давай я тебя расчешу? – спросила вместо этого. – У тебя тут такие колтуны в волосах... Ты что, вообще гребень потерял, Лиан?
– Потерял... Давно уже, – он молчал, все еще не отпуская ее ладонь. Но потом все же разжал пальцы и обхватил себя руками за колени. – Расчеши... если не трудно.
Маленький гребень всегда был у Айны при себе, лежал в подвесном кармане на поясе рядом с огнивом и упрятанной в плотный чехол верительной грамотой. Но пачкать его об эти лохмы она не собиралась.
– Не раньше, чем ты соскребешь с себя всех блох и переоденешься в чистое.
Лиан рассмеялся.
– Как скажете, госпожа!
«А он ведь и не знает, что я теперь, вроде как, и правда отношусь к господскому роду... Сколько же еще нам всего нужно рассказать друг другу...»
Айна улыбнулась и сказала:
– Ковш там справа от тебя стоит, а полотенце – на лавке.
Отскребался Лиан долго и, очевидно, с наслаждением, потому что на кухню спустился спустя почти час, когда Айна уже успела поужинать и исписать пару страниц, прихваченных из фургона вместе с чернильницей.
Она отложила перо в сторону, когда Лиан возник на пороге – с торчащими во все стороны влажными волосами и едва заметной улыбкой на лице, которое уже не казалось мертвенно бледным. Руки его больше не дрожали, глаза сверкали ярко, и вообще в чистой светлой рубахе Лиан больше не выглядел пленником этого мрачного дома.
«Увезу его отсюда, – подумала Айна. – Непременно. Нечего ему здесь делать, что бы он там ни болтал...»
– Айна – ты золото, – сказал Лиан, опускаясь на лавку. – Ванна – это лучшее, что только можно было придумать. Как ты догадалась?
Она пожала плечами, забыв опять, что он этого не видит.
– Ну, может это не я. Может, это твоя служанка.
– Ага, конечно... Ларин бы никогда до такого не додумалась.
Айна улыбнулась.
– Не знаю, Ли... Просто почувствовала, что так надо. Я рада, что тебе лучше. Выглядел ты так, будто сам вот-вот помрешь.
– Да... Так всегда бывает, если человек стоит слишком близко к краю... Надо много сил, чтобы его вытащить. Но я теперь быстро в себя прихожу. Особенно, если поспать, а потом залезть в горячую воду. Спасибо тебе... Такая забота лучше всяких чудес.
– Да на здоровье... И часто тебе приходится вот так выворачиваться наизнанку?
 
– Нет, не часто, – Лиан провел пальцем по столу. – Очень нечасто. Здесь еще ни разу. Обычно люди приходят с простыми болезнями, просят разные снадобья да руками их поправить. Но местные быстро поняли, что я могу больше.
– Почему?
– Да есть тут одна... Старая карга в соседней деревушке. Слишком глазастая. Она тоже наделена даром, сходу рассмотрела. Но я сразу сказал – если кто-то брякнет о моей силе дальше своего хутора, никому больше двери не открою... Молчат пока. Я тут почти год уже.
– Ясно... – Айна замялась, а потом все же спросила о том, что ее действительно волновало:
– Ли... Скажи, а у тебя теперь бывают такие видения, как тогда... в детстве? Когда ты говоришь пророчества?
– Ну... Похоже, что нет. Давно уже не было, – немного удивленно ответил Лиан. – А что?
– Да так... Просто спросила – для себя Айна решила думать, что ей все показалось. И быстро сменила тему: – А про какую цену ты говорил? Этим людям?
– Да вот про эту как раз. Чтобы не трепались нигде. Денег их мне не надо... За золото я уже наработался... На всю жизнь вперед. Еду, вон, приносят мешками, и спасибо. Дура эта, Ларин, опять же... Я ведь ей ничего не плачу. Ее сюда местные прислали.
– Ох, Лиан... Ну так-то зачем?
Теперь он сам пожал плечами.
– Ну а на что мне деньги, Айна? Я даже в город не выбираюсь. Мне и тут всего хватает. В конце концов... я делаю то, что должен. Это самое главное.
«Боги, какой дурень! Увезти. Увезти отсюда побыстрей. Я не справлюсь, но Патрик-то точно ему мозги вставит на место»
Айна вздохнула, взяла его ладонь в свои руки и тихо сказала:
– Ты достоин лучшего, Лиан Даэл. Поверь мне.
Он молча опустил ресницы, улыбнулся краешком рта, стиснул ее пальцы.
– Ты, кажется, хотела вычесать мои колтуны? Не передумала?
Вместо ответа Айна поднялась с лавки, отыскала в кармане гребень и встала за спиной у Лиана, положив руки ему на голову. Ощущая внутри непонятную дрожь, она проводила гребнем по влажным волосам, которые, высыхая, начинали едва заметно завиваться и словно бы излучали неуловимый свет. И очень старалась не думать о том, почему ее сердце вдруг стало биться так часто.
  
Источник. Глава четвертая
 
1
Комната, которую привели в порядок Ларин с подругами, оказалась совсем небольшой. Скромная деревенская кровать-коробка с соломенным тюфяком, сундук и умывальник в углу – вот и все, что здесь было. Но девушки, надо отдать им должное, отнеслись к делу по совести: они не только отмыли ее от пыли, но также догадались добавить комнате уюта, бросив у кровати домотканый половик и разложив повсюду веточки лаванды. На сундуке лежало то самое прекрасное покрывало, которое достал для Айны Лиан. Окно было оттерто почти дочиста и приоткрыто. Осмотревшись в комнате, Айна так и оставила его – она любила, когда ночью комнату наполнял свежий воздух.
А вот дверь она плотно закрыла, надеясь, что Лиану хватит ума и такта не пытаться искать ее общества в этот вечер.
К тому моменту, когда его лохматая голова приобрела достойный вид, Айна уже утратила всякое понимание реальности и себя. Спрятав гребень обратно в свой поясной карман, она ровным голосом пожелала Лиану доброй ночи и поспешила покинуть кухню. Тот пробормотал в ответ что-то удивленное, да только Айна уже не слышала, что именно. Она быстро поднималась по лестнице, молясь, чтобы ее комната была совершенно готова для сна, и не пришлось бы снова спускаться вниз за чем-то важным.
 
Единственное, о чем Айна пожалела, так это о забытых на столе бумажных страницах. Ей бы не помешало отвлечь себя чем-то, что никак не касается учащенно стучащего сердца. Но, увы, забыла так забыла.
Спать ей не хотелось совершенно, но Айна упала на кровать ничком и зажмурилась так крепко, что глазам стало больно.
«Проклятье! – билось у нее в голове. – Я ничего не понимаю! Ничего!»