Один (ЛП)

"Вы убили их".
"Нет." Он покачал головой. Его тон изменился: "Вы не думаете, доктор Маркос. Как я могу убить вашу жену и ваших детей? Если я потеряю этот козырь, я потеряю вас. Я не злой, доктор Маркус. Мне не нравится причинять боль. Скорее, у меня душа рептилии. У меня холодная кровь. Я ничего не чувствую. Мне все равно, если вы и ваша семья будете страдать от боли. Все, что мне нужно от вас - это информация".
В его животе мелькнула маленькая искорка, умирающий уголек темной надежды. Он сел: "Гарантируйте их безопасный проезд в американское посольство, и я клянусь, что расскажу вам все, что вы хотите знать".
Человек в синем костюме улыбнулся: "А как я могу быть уверен, что, когда они окажутся в посольстве, вы выполните свое обещание?"
Доктор Маркос поднял два пальца, словно в знак мира: "Во-первых, я знаю, что если я предам вас, вы не успокоитесь, пока не найдете и не убьете их". Мужчина тихо хмыкнул, и доктор Маркус продолжил: "Мне нужна не только их безопасность, мне нужен их мир и благополучие. Во-вторых, эта сделка состоит из двух частей. Вы обеспечиваете им безопасный проход в американское посольство, я рассказываю вам все, что вы хотите знать, а затем вы отпускаете меня, чтобы я присоединился к ним. Я знаю, что есть риск. Я знаю, что вы все равно можете убить меня, но я готов пойти на этот риск, чтобы гарантировать безопасность моей семьи".
Улыбка мужчины померкла, а его рот почти исчез: "Значит, вы признаете, что передали информацию американцам".
Доктор Маркус покачал головой: "Я ничего не признаю. Я сказал вам, что расскажу все, что вы хотите знать".
"Тогда вы отрицаете, что передавали информацию американцам. Это не может быть и тем, и другим".
Доктор Маркос вымученно улыбнулся: "Говоря вашими же словами, сэр, это как кошка Шредингера, и единственный способ заглянуть в ящик - это когда моя семья находится в американском посольстве".
Мужчина встал и пошел к двери. Там он остановился и посмотрел на доктора Маркуса глазами, которые привыкли смотреть на ужас, агонию и горе с холодной невозмутимостью: "Мудрость - это хорошо, доктор Маркус. Я рекомендую мудрость. Если вы будете умны, у вас будут проблемы, я гарантирую это".
Доктор Маркус покачал головой: "Пожалуйста, не интерпретируйте мои действия как умные. Все, чего я хочу, это безопасность моей семьи".
Высокий мужчина ушел.
Через пять минут свет потускнел. Он не погас полностью, а просто потускнел. Сначала изменение условий вызвало у доктора Маркуса крайний страх. Его желудок горел, а сердце сильно билось в груди. Но шли минуты, а ничего не происходило, и он начал думать, что, возможно, это награда за сотрудничество. Возможно, они дают ему возможность поспать.
Он переполз на кровать и закрыл глаза. Сон не приходил. Его мысли - навязчивые мысли о дочерях и о жене - переходили в иррациональные последовательности и короткие сны, которые заканчивались только тогда, когда он просыпался от спазмов ужаса. Тем не менее, то и дело ему удавалось задремать, возможно, на пару часов или больше.
В конце концов свет снова зажегся, ключ снова повернулся в замке, и вошел высокий китаец с двумя охранниками, толкавшими телевизор на тележке. Они ушли и закрыли дверь, а человек в небесно-голубом костюме протянул руку и дал доктору Маркусу мобильный телефон. После секундного разглядывания он понял, что это его собственный телефон. Он нахмурился и посмотрел на китайца.
"Что это?"
Китаец посмотрел на часы, через мгновение кивнул, и телефон доктора Маркуса зазвонил.
"Ответьте".
Доктор Маркус на мгновение уставился на экран, затем сдвинул панель и сказал: "Алло? Говорит доктор Маркус".
"Доктор Маркус, это Пол Хоффманн из американского посольства. У нас было довольно необычное общение с китайским посольством, вы что-нибудь знаете об этом?"
Он пристально посмотрел на китайца. Его сердце бешено колотилось, и он боролся за контроль над своим голосом.
 
"Да, да, я думаю, что да, возможно".
"Вы женаты, доктор?"
"Да, я женат, и у меня двое детей, две дочери".
"Не могли бы вы назвать мне их имена и возраст?"
"Конечно. Сара - моя старшая, ей восемь лет, Белла - младшая, ей всего пять, вы же видите, мы дали им американские имена!". Он засмеялся и с тревогой посмотрел на китайца, который оставался бесстрастным. Доктор Маркос продолжил: "Мою жену зовут Мауи, ей тридцать два года".
"У вас есть фотографии вашей жены и дочерей, доктор Маркос?"
Он бросил вопросительный взгляд на китайца, который кивнул один раз.
"Да, есть".
"Я собираюсь отправить вам WhatsApp, доктор, не могли бы вы ответить фотографиями вашей жены и детей?".
"Что это значит?"
"Когда вы пришлете мне фотографии, и мы сможем подтвердить, что говорим об одних и тех же людях, тогда я объясню, что происходит, доктор Маркус".
"Да, хорошо".
Его телефон пикнул, и он увидел, что сообщение было от Пола Хоффмана. Он нашел три недавние фотографии своей жены и дочерей и отправил их Хоффману. Через минуту голос Хоффмана снова зазвучал на линии.
"Прекрасно, доктор Маркус. Я могу подтвердить, что это действительно те люди, по поводу которых ко мне обращалось китайское посольство. Могу ли я спросить вас, считаете ли вы, что ваша жена и дети в настоящее время находятся в смертельной опасности со стороны филиппинского правительства?"
"Да", - он не смог избежать перехвата горла, - "они определенно находятся".
"Я спрашиваю потому, что китайское посольство предприняло очень необычный шаг - обратилось от вашего имени и от имени вашей жены с просьбой предоставить вашей жене и дочерям статус беженцев в посольстве. Они утверждают, что в настоящее время вы являетесь объектом преследования из-за научных знаний, которыми вы обладаете, и что правительство Филиппин намерено казнить вас без суда и следствия. Вы готовы это подтвердить?"
"Да, все верно. Пожалуйста, прошу вас, окажите помощь моей жене и детям. Иначе они убьют их".
Он заметил, что слеза сбежала по его лицу к носу, и вытер ее. Хоффманн сказал:
"А вы, доктор? Каково ваше положение?"
Он посмотрел на китайца, который пожал плечами. Доктор Маркус тяжело сглотнул и с бледным ужасом внутри себя сказал: "Сейчас я ничего не могу сделать, жена и дети для меня важнее всего. Возможно, позже, через несколько дней, я позвоню вам".
"Хорошо, у вас есть мой номер. Я полагаю, что ваша семья у ворот. Оставайтесь на линии, пожалуйста".
Высокий китаец в бледно-голубом костюме достал из кармана пульт дистанционного управления и включил телевизор. Съемки фильма велись с другой стороны Роксас-авеню. Там стоял черный лимузин с китайским флагом на переднем крыле. Через мгновение элегантная, хорошо одетая женщина с двумя симпатично одетыми маленькими девочками подошла и встала у передней части лимузина. С ними был седовласый китаец в темном костюме, который наклонился и заговорил с детьми, смеясь, и показал на камеру, снимавшую их. Все четверо помахали рукой, затем повернулись и пошли к воротам посольства.
Мужчина в синем костюме сказал: "Сейчас в машине находится человек, который целится в них из ружья. Если я нажму цифру один на своем телефоне, он выстрелит в них. Что мне делать?"
"Пожалуйста, оставьте их в живых. Я расскажу вам все, что вы хотите знать. Клянусь".
Человек в костюме сказал: "Нет разницы, в Маниле, Нью-Йорке, Лос-Анджелесе или Плезантвиле, Вайоминг, если вы меня подведете, они умрут".
"Я знаю это."
"Хорошо."
Морпехи открыли ворота и ввели семью внутрь. Китаец протянул руку, взял телефон из рук доктора Маркоса и повесил трубку. Слезы навернулись на глаза доктора Маркоса.