Тени Лавуара (СИ)

Впрочем, эта мысль мигом отошла на второй план, стоило ей выпрямиться и встретиться взглядом с горящим взором Эллеонор. О, эта женщина тоже была здесь, раздираемая противоречивыми желаниями: или сбросить бледную моль в яму или устроить скандал. Здесь же, сравнять ее с землей, заставить!..
Что она хотела сделать, женщина забыла, стоило поймать ее взгляд, вынудивший красавицу на миг даже вздрогнуть. Три месяца назад эта девчонка не смотрела так. Так прямо, не мигая, будто хищная птица, нацелившаяся просто и без слов вырвать сердце прямо из груди.
Поджав губы, Элеонор смешалась на мгновение и этого было достаточно. Потеряв к ней интерес, Инга отступила назад.
Что еще она могла сделать? Только не допустить, чтобы в этот день загадили память этого удивительного человека грязным скандалом. Именно поэтому девушка оглянулась, чтобы отыскать среди собравшихся капитана личной гвардии перфектума.
Летта была здесь. Как и все воины Аделара, женщина была облачена в черные доспехи и при оружии. Едва опустили гроб, женщина вскинула меч вверх и за ней, отдавая последнюю дань уважения великому человеку, этот жест подхватили все солдаты.
За первой горстью за полированную крышку гроба упала вторая, третья и дальше… Земля сыпалась снова и снова, пока на месте последнего упокоения перфектума не остался всего-навсего холмик, к которому начали подносить цветы. Медлила только Инга. Опустив взгляд, девушка закусила губу. Среди пышных роз, перевитых золотой нитью, ее цветы казались вовсе блеклыми, но девушке не было до этого дела. Здесь она хотела оставить не пышную картинку, а что-то значимое.
Лишь через время девушка все же двинулась с места, чтобы приблизиться к могиле, краем глаза она заметила, что наперерез ей идёт ещё кто-то. Подняв голову, она едва мазнула взглядом по нахалу, без труда признав Эллеонор.
Неугомонная женщина жаждала скандала, который давать ей Инга не собиралась. Даже слова ей давать не собиралась, чуть раздражённо сжав губы.
Впрочем, прежде, чем красавица успела приблизиться к Инге, дорогу ей преградила капитан.
— Не думаю, что сегодня лучший день для бесед с герцогиней, — очень вежливо, но настойчиво, произнесла Летта, положив руку на рукоять меча. Многозначительно изогнув бровь, военная вопросительно взглянула на Элеонору, мол, ну что, рискнешь со мной скандалить?
От неожиданности и досады, женщина мучительно покраснела, и бросила злобный взгляд на девушку. Та как раз склонилась к могиле, клала цветы, что-то говоря. И эта чинная, полная спокойного достоинства, картина взбесила женщину. От злости она побледнела, но все же неохотно отступила. Аделар всегда собирал при себе всякую дворняжью гниль, у них ничего святого. Поджав губы, пытаясь сохранить достоинство, женщина резко развернулась, чтобы удалиться.
Покачав головой, Летта, по-военному резко развернулась и подошла к Инге.
— Не знаю, что он в тебе нашел, — тихо произнесла женщина, став за спиной новоиспеченной герцогини. — Но, если Аделар тебе верил, то верю и я. Теперь и я, и гвардия — в твоем распоряжении.
Глубоко вздохнув, девушка выпрямилась, чуть нахмурившись. Времени не было. Инга прекрасно помнила, что в свите северного перфектума человек из ее мира. Тот, кто пришел не просто так. Скорее всего он пришел за тем же, за чем и Лара. За изобретением Аделара.
— Они продолжат копать под него… Теперь, когда его убрали, это будет просто. Как они думают, — прищурившись, Инга обернулась. — Им было выгодно все это, каждому второму из посольства. А значит есть все поводы организовать следствие против них. Как участники процесса, они не имеют вести какие-либо политические или юридические дела. Благо, особа королевской крови для этого здесь есть.
Закусив губу, Инга чуть нахмурилась. Закрывать замок не было вариантом, хотя усилить охрану стоило нужно было что-то делать и девушка отчаянно жалела, что знает так мало. Она только начала изучать местные законы, да и было это пять лет. Теперь нужно было наверстать это и наверстать как можно скорее.
 
— Если дать им повод смешать его имя с грязью — это загубит все начинания перфектума… К черту, нельзя этого допустить.
— Значит, делай, что считаешь нужным, — склонив голову, ответила Летта. — Если понадобится совет — я в твоем распоряжении.
— Понадобится, — кивнула Инга.
Отказываться от помощи человека, который знал этот мир лучше было бы глупостью, а Инга дурой не была.
— У нас могут быть гости. Не здешние, хорошо вооруженные, это тоже нужно учесть.
— Усилим охрану, поставим патрули в гражданском, — кивнула женщина, стараясь не смотреть на могильный холм.
А вот Инга оглянулась, все ещё не в силах свести эти две картины: живого перфектума, одного взгляда которого было достаточно, чтобы враги начинали хорониться сами и этого, заваленного мертвыми цветами, холмика.
— Не будем тянуть. С принцем нужно проговорить сегодня же. Мне нужно знать, в каких отношениях он был с перфектумом, на что я имею право в разговоре, а на что нет.
С трудом заставив себя отвернуться, девушка снова взглянула на собеседницу. Ей нужны были все детали, чтобы построить максимально эффективную линию обороны. Не для того перфектум столько создал, чтобы кто-то взял и разом разрушил и его достижения, и его славу. Именно поэтому Инга дотошно уточняла все мелочи, чтобы не попасть впростак, на коротких четких ответах капитана набрасывая разметку плана действий. Пусть пришедшая, пусть девушка, но у нее все ещё был очень хороший учитель и она не смела подвести его.
Но сегодня поговорить с принцем не удалось никому. Поминки по перфектуму справляли пышные и вся местная и приезжая аристократия собралась в замке Аделара. Вся, да не вся.
Наследного принца там не было, не появился он и в отведенных ему покоях ночью. Одному богу было известно, где пропадает наследник престола.
Одному? Нет, не одному. Удобно усевшись на каменных ступеньках чьего-то склепа, Мерседес в черном мужском костюме наслаждалась звездным небом под звук лопаты, вонзающейся в землю.
Ухмыльнувшись, женщина перевела взгляд туда, где в свете фонаря наследный принц в поте лица раскапывал могилу перфектума. Впрочем, говорить женщина ничего не стала. Она здраво оценивала свои возможности и понимала, с каким удовольствием ее сейчас придушат и прикопают тут же. Так что, наслаждаться сей великолепной картиной пришлось молча.
Что было воистину самым умным поступком в ее жизни. Копать-то Эдмон умел, но кто сказал, что это ему нравилось? Именно поэтому, закатав рукава рубашки, мужчина копал с максимально мрачным видом, который говорил сам за себя. Один комментарий со стороны вполне мог быть оборван летящей лопатой. Не сказать, чтобы Эдмон был мастером в метании лопат, но жизнь королевского дознавателя как-то способствовала быстрому обучению в обращении с разными видами оружия.
— Проклятье, мне начинает казаться, что могильщики что-то подозревали и закапывали, чтобы наверняка уже не вылез! — выпрямившись, Эдмон скривился, смахнув со лба длинную прядь темных волос, выбившуюся из низкого хвоста и вновь взялся за лопату.
— Не переживай, не вылезет, — раздался из-за склепа насмешливый голос и на свет вышел Аделар.
Живой и невредимый, в простом синем костюме. Даже в темноте было понятно, что мужчина издевательски ухмыляется.
Тихо прыснув в ладонь, Мерседес поспешила подняться на ноги, чтобы иметь возможность увернуться, если лопаты, все же, научатся летать.
Так и замерев, Эдмон прищурился и медленно развернулся, одним ловким движением выбравшись из могилы, не забыв захватить лопату. Задумчиво взглянул на нее и перехватил удобнее.
— Что б вы сдохли, — выдохнув, максимально нежно и душевно пожелал Эдмон, с размаху вонзив лопату в пригорок рыхлой земли. — Ладно эта гадюка, но ты, Эллиа. По-дружески, помри, сделай милость!
При этом взгляд Эдмона скользнул к женщине. Руки тотчас зачесались взять лопату и на минутку забыть, что он джентльмен. Или минут на десять. Этого как раз должно было хватить, чтобы скрыть следы убийства этой гадины.