Кодекс Инквизитора. Книга IV (СИ)
Заинтересовавшись содержимым мешка, поворошила обугленную дерюгу. И как она вообще в пепел не обратилась при такой-то температуре? Ага, вот теперь понятно как: без магии не обошлось. Причём очень сильной защитной способности биологического ареометизма. Откуда инфа? Так око Одина не дремлет — похоже, вошло в силу и теперь при каждом удобном случае показывает или рассказывает полезные штуки. Единственный минус — не до конца разобралась в процессе передачи знаний непосредственно в анналы памяти. Да и нужно ли мне это? Важен результат, а не принципы. Я же не задаюсь вопросом об устройстве коммуникатора, так и с подарком Мораны.
Как только узрела мерзопакостную тварь, так и осознала, какой магией она владела при жизни, а до кучи получила представление о нюансах и особенностях применения заклинаний.
Ощущение такое, будто несколько лет прилежно корпела на парах в академии магии, тщательно конспектируя каждое слово преподов.
Багаж полученных знаний дозволит в будущем освоить аутогенизм, аберрацию и ареометизм. Весьма полезные навыки, как по мне, — в особенности вероятность создавать вокруг себя и прочих объектов сверхмощное биополе.
Лучшей защиты не придумать. Естественная физиомагическая особенность организма на порядки превосходит артефакторику. Дело за малым: выбраться живой и закрепить освоенный материал на практике, а там и до имбы рукой подать.
Суждение спорное, конечно, — в этом мире на каждую хитрую жопу найдётся член с винтом, на член с винтом — жопа с лабиринтом, а на жопу с лабиринтом — член с эхолокатором. Так что не стоит слишком уповать на ультимативную магию, она же и подведёт под монастырь в самый неподходящий момент.
Не сказать, что убиенное существо было из ряда вон гадостным, — видала и гаже, но никакого удовольствия от осмотра трупа не испытала. Было ли оно при жизни человеком? Судя по рунным татуировкам на пергаментной коричневой коже, скорее всего — да. Дальше, несмотря на привычную анатомию, сходства заканчивались.
Ростом около метра, тельце тщедушное, угловатое, словно коряга, непропорционально большая голова грушевидной формы. Глазки-пуговки под тяжёлыми надбровными дугами, вместо носа — двойная щель. Либо сифилис сожрал, либо оторвал кто. Сморщенный рот вызывал особую гадливость: какое-то бесформенное месиво плоти, жёлтых разномастных зубов и непонятных бородавчатых наростов. Пакость, да и только. Мясистые дряблые уши дополняли образ. Ничего, кроме омерзения, карлик не вызывал. А вот обруч на голове, напротив, приковал взгляд.
Хоть и грубая поделка, но было в ней нечто царственное, древнее и, судя по всему, славянское. Один из отчеканенных на червонном золоте образов я узнала сразу же: по центру красовался символ головы Макоши, которую изображали в виде четырёх маленьких ромбов. Каждая из фигур имела своё значение: совесть, дух, душа и тело. Ох и непростая вещица в руки попалась. Задом чую, не к добру это…
Вытряхнув туловище головастика из хламиды увидела, что мужские половые признаки отсутствуют, зато женские, наряду с обвисшей до пупа грудью, на месте. Вот же ж! Никакой это не колдун, а ведьма неопределённого возраста, мутировавшая до безобразия. Неужто я такой стану после тысячи лет заточения? Да ну на хер! Не хочу, не буду!
Прикрыв срам, зацепила пальцами обруч и попыталась стащить, но не тут-то было. Он будто в череп врос. Поразмыслив немного, раздавила башку магички. Отряхнув реликвию от мозгов, прибрала в хранилище. Ну а чего, не бросать же в самом деле. Вещь сама в себе. Божественной силой фонит так, что астрал рябью пошёл. Вполне может быть, что Мара именно за этой штукой экспедицию отрядила. Цацка самой Макоши дорогого стоит. Примерить бы на себя, да жаль, замарала вонючей жижей, а отмывать охоты нет. Впереди четыре уровня, надо бы поторапливаться: кто знает, что меня ждёт впереди.
Глава 12
Стрелка хронометра замерла три часа назад, или того больше. Царство мёртвых не дружило с незыблемыми законами макрокосма. В этом странном месте всё не так. Механика сбоит, электроника сходит с ума, показывая неверные значения, даже внутреннее ощущение времени как в воду кануло. Я брела по нескончаемому лабиринту тоннелей, не останавливаясь и не оборачиваясь. Чутьё подсказывало, что этого делать решительно нельзя, иначе меня ждёт кое-что похуже смерти.
Пространство угнетало разум, подхлёстывая клаустрофобию: казалось, отполированные каменные стены вот-вот сомкнутся и расплющат, словно таракана. Через пару сотен шагов осознала, что недалека от истины. И без того узкий проход сужался миллиметр за миллиметром, грозя вторженцу в моём лице незавидной участью.
Нервно сглотнув, выудила артефактное зеркало и бросила взгляд за спину. Несмотря на отменный теплообмен брони, кожа покрылось холодным липким потом.
— Замуровали, демоны! — взбешенно зашипела я, опрометью рванувшись вперёд.
Каменная плита за спиной гигантским поршнем поползла следом. Стены без шума и пыли сдвинулись ещё на несколько сантиметров. По хребту пробежал холодок. Я не испытывала страха, но пропадать ни за грош в планы не входило.
Всё было бы гораздо проще, поведай Морана об особенностях подземного мира, но, судя по всему, богиня решила сжить меня со свету таким нехитрым способом. Ежели выкарабкаюсь из каменной кишки, во что бы то ни стало выскажу ледащей стерве всё, что о ней думаю.
Не останавливаясь, деактивировала маску «Железной Девы» и всадила в шею лошадиную дозу стимулятора. Искин тут же проявил себя, любезно напомнив, что в деактивации защиты не было нужды: жизненно важные препараты, включая эликсиры здоровья, подавались из хранилища по подпространственным каналам в интегрированный инъектор. По рекомендации Вертера открыла в интерфейсе настройки жизнеобеспечения и подключила функционал автоматического впрыска при снижении показателей здоровья до пятидесяти процентов.
Рефлексы рефлексами, но в моём случае рациональнее положиться на автономность брони. В неконтролируемой форме берсерка инстинкт самосохранения не работал. Чем выше опасность, тем больше я теряла контроль над разумом, что могло сыграть злую шутку, сбив с толку сложную машинерию «Девы».
Растворенный в крови стимулятор, добравшись до нейронов мозга, морозным касанием прочистил сознание. По телу пронеслась приятная волна бодрости. Бегло глянув на шкалу, невольно хмыкнула. Я только что взяла рекорд скорости на длинной дистанции среди млекопитающих, оставив далеко позади гепарда.
Шутка ли, сто пятнадцать километров в час, учитывая, что человечий предел — всего лишь пятьдесят. Вряд ли бы я достигла таких немыслимых результатов без использования мускульных усилителей псевдомышечного каркаса, но факт оставался фактом: я буквально летела по сужающемуся на глазах пространству тоннеля, едва касаясь стопами каменных плит пола. Ощущение эйфории толкало вперёд, принуждая тело работать на пределе физических возможностей. Не прошло и пяти минут, как бедренные, ягодичные, а также икроножные мышцы загорелись огнём. Лютая боль, распространившись по позвоночному столбу, сбила концентрацию. Меня лихо повело в сторону. Зацепив плечом стену, запнулась и кубарем покатилась по каменному полу. Будто из машины выскочила на полном ходу.
На четвёртом кувырке удалось сгруппироваться, минимизировав урон. Шкала жизни ушла в оранжевую зону, оказавшись на отметке в сорок девять единиц. Не успела естественная регенерация выправить ситуацию, как сработал инъектор. Тысячи тончайших игл, единовременно пронзив кожу, впрыснули в вены крохотные дозы безумно дорогого магического зелья. Бар здоровья расцвёл ярко-зелёной неоновой подсветкой, возвестив, что я всё ещё на коне.
Болевые ощущения как рукой сняло, порванные связки, измочаленные мышцы и микротрещины костной ткани стремительно отрегенерировали. Процесс вывода лактата из мускулатуры занял пару секунд, окончательно приводя в должную кондицию все группы мышц. Открылось второе дыхание. Не мешкая, рванула с низкого старта, споро набирая обороты. Если не доберусь до выхода из тоннеля в течение пяти минут, мне однозначно конец! Искин немедля подтвердил опасения, рассчитав по формуле скорость смыкания стен. Не сговариваясь с Василисой, активировала слияние сознаний. Иного выхода нет: стоит потерять концентрацию внимания, всё, пиши пропало.