Хозяйка драконьей таверны. Возвращение

Молниеносно оказался рядом и швырнул его мне.
Я, все еще улыбаясь, взяла лист и… прочитала:
«Отработка на месяц, студентка Фелинария!»
– Что?
Я вскочила.
Декан Айтеш спокойно прошел к своему столу и сел в кресло.
– Вы правда думали, что меня так просто соблазнить? Вот уж не ожидал… Хотя ваш отец меня и предупреждал. Но понадеялся на вашу разумность.
Я покраснела до корней волос.
– Декан Айтеш… – Начала торопливо застегивать пуговицы рубашки.
– Мне ничего не говорите. Лучше объяснитесь перед отцом.
– Не надо, декан Айтеш… – начала я, но дверь в кабинет уже открылась. И мне не нужно было поворачиваться, чтобы знать, кто вошел.
Тяжелое молчание за спиной давило посильнее любого груза.
– Декан Айтеш, – голосом палача произнес ректор, – выстройте нам портал в комнату леди Фелинарии.
Передо мной возникла туманная дымка. Я, как истинно осужденная, заложила руки за спину, опустила голову и шагнула в нее.
Элька сидела в привычной позе лотоса и шептала мантру. Едва я вынырнула из портала, ойкнула, следом охнула, увидев выходящего за мной ректора. Он ничего не сказал, но подруга вскочила и поспешила покинуть комнату.
Я, не смотря на папу, прошла к своей кровати, села на краешек и начала рассматривать сложенные на коленях ладони.
Отец навис надо мной.
– Что ты творишь, Фелинария?! Позоришь меня! Позоришь свой род! Ты считаешь, я настолько глуп, что не просчитаю твои шаги? Да декан Айтеш должен был быть первым, к кому ты побежишь узнавать о порталах. Вот только я не ожидал от тебя столь низкого поведения. Что дальше?
Я еще ниже опустила голову. Большего стыда нельзя было придумать. И отвечать было нечего.
Отец развернулся на каблуках и несколько раз прошел по комнате.
– Значит, все же я прав и ты не собираешься оставлять свою затею с возращением в мир Вастедана. Что ж, тем хуже для тебя.
Он остановился. Взмахнул полами плаща. Из-под черни вылетели две большие летучие мыши. Встали рядом с отцом.
Груары! Стражи вампирского совета.
Зашипели.
– Отец… – Вскинула на него взгляд. – Что это значит?
– Они будут следовать за тобой везде, пока я решаю твой вопрос.
– Мой вопрос? – голос ректора ознобом прошел по моей коже. – Папа, что ты имеешь в виду?
– Узнаешь, – жестко проговорил он. – И только посмей еще что-то вытворить. Пожалеешь.
Он больше ничего не сказал. Покинул комнату. А груары встали у двери, застыв каменными изваяниями.
 
Глава 4
 
Ночь – лучшее время для вампира. Но не для меня. Все, что я запланировала, вышло не так.
Элька с опаской посматривала на груаров.
– Фейка, – протянула тихо, – ты чего натворила? За что отец так с тобой?
Я вздохнула. Что тут сказать?
– Не сошлись во мнениях.
Встала, прошла к окну и распахнула его. В комнату ворвался теплый ночной ветер.
Груары не шелохнулись. Они так и будут сидеть и смотреть на меня.
Лучших надсмотрщиков не найти.
– Элька, ты с Миро разговаривала?
Она подошла и встала рядом.
– Он сказал, зайдет после полуночи.
Я покосилась на груаров. Те казались неживыми. Но это ровно до того момента, пока я не решу хоть что-то предпринять.
– Они теперь везде с тобой будут?
– Везде, – мрачно ответила я.
Повернулась и направилась к столу. Достала книги и начала делать домашнее здание. Вернее, попыталась. В голову ничего не шло. Я пыталась читать и запоминать… Но то и дело возвращала взгляд к стражам и думала лишь об одном: как мне от них избавиться.
В дверь тихо постучали. Элька вскочила и бросилась открывать. Замерла, смотря на преградивших ей дорогу груаров.
– Это свои, – строго произнесла я. – Своим-то можно войти?
Груары вернулись на прежние места.
Элька, боязливо косясь на тварей, открыла дверь.
В комнату вошел Миро.
– Благо приносящей ночи.
– И тебе ночь во благо. – Я улыбнулась парню, нежно обнявшему подругу.
Они были красивой парой. Элька, с пшенично-светлыми волосами и глазами глубокой синей ночи, которые становились алыми, едва она начинала сердиться. И Миро, с необычной для вампиров чуть смугловатой кожей. Помнится, он говорил, что в его роду были цыгане. Они-то и наградили паренька курчавым темным волосом. Элька была на полголовы ниже своего избранника. Веселая и искристая, как шампанское, с неунывающим задорным нравом. Миро же строгий, серьезный и волевой. С уверенным взглядом черных глаз. Истинный боевик.
 
Он лишь вскользь глянул на груаров, мягко коснулся губами щеки Эльки и направился ко мне. Подставил стул поближе и сел.
– Рассказывай.
Я отодвинула тетради и покосилась на подругу.
– На нее смотреть не надо. – Сощурился Миро. – Это твои дела, и, насколько понимаю, Эля не сможет меня просветить в них. Ты просила рассказать о методах воздействия на чернокнижников. В институте был переполох из-за тебя. Сейчас я вижу груаров в вашей комнате. Так вот, я не стану помогать и хоть что-то рассказывать, пока не узнаю, для чего это тебе. Меньше всего я бы хотел подставить Элю. Ты понимаешь?
Я кивнула. Я понимала.
– Я была в другом мире… – начала тихо.
– Чего?
У Миро глаза расширились от удивления. Эля, наоборот, нахмурилась.
– Сама не знаю, как я туда попала, – попыталась объяснить я.
– Темное воздействие. Оно еще сутки стояло в помещении столовой. – Миро точно и сразу поверил в то, что я говорю.
Тут уже я нахмурилась.
«Темное воздействие? Отец ничего мне не рассказал. А ведь знал».
– Ты продолжай, – приказал Миро строго. – А я потом буду думать.
И я продолжила:
– В том мире, где я была, нечисть и нежить не жалуют. Да их там практически и нет. Так, залетные. Невесть откуда. Может, как я, нечаянно появились. Но мне повезло. Я попала в таверну к ведьме. Она очень хорошая женщина. Помогла мне скрыть мою истинную натуру. Городок, где я очутилась, называется Драконья Яма. Чуть позже, после моего появления, туда нагрянул инквизитор. – На этом моменте я слегка смолкла. Мысли об Айке заставили мой голос стать тише. – И с ним мне тоже повезло. А еще там есть чудесные ребята: Дон, Дик, Свич, Лайк, Мотя. Они прекрасные, добрые, чудесные. Без всех них мне был бы конец. Но сейчас они все в большой опасности.
– Насколько большой? Конкретизируй. – Миро буквально сверлил меня взглядом.
– Очень. В их краях появился чернокнижник. Я предполагаю, что это высший вампир. Древний. Он уводит сильных магов и поднимает бездушную нежить. Я не знаю, для чего ему это нужно. Но он увел Халли… И пытался завладеть Мотей, она древняя дриада. А еще так вышло, что инквизитор, который приехал разбираться с ним, сейчас остался без магии и своих сил. И только я могу ему их вернуть.
Миро мерно отстукивал пальцами по столу.
– Говоришь, выбирает сильных магов… А нечисти там почти нет… – Он встал и прошел по комнате. Несколько раз. Задумчиво хмуря лоб. Прошел к столу, взял лист и начал вычерчивать на нем узоры. Долго рисовал. Мы с Элькой перебрались на кровать, сидели на ней, поджав ноги, и молчали. А Миро все рисовал и рисовал, чертил какие-то сложные узоры и закорючки, сводил их вместе, стирал и вырисовывал снова. У меня уже глаза закрываться начали, когда он громко произнес:
– Фея!
Я вскочила и тут же снова села.
– Ты не сама попала в другой мир, – сказал парень, смотря в собственные начерталки. – Смотри, – показал он на замысловатый завиток. Я в его рисунке ничего не понимала, но глубокомысленно кивнула, ожидая, что мне сейчас все объяснят. Некроманты не изучали узоры возможностей. Этот предмет проходили только будущие полководцы, капитаны и военачальники для того, чтобы предугадать и рассчитать возможные, те или иные варианты будущего и происходящего. По мне, так совершенная белиберда. Но Миро что-то видел в начертанных символах.
 
– Я взял предположение от точки того, что перед нами высший вампир с даром чернокнижника. Ты зов слышала?