Любовь без имени (СИ)
— Эден, мальчик мой! — Мари тут же бросилась к нему. — Как ты себя чувствуешь? Ты такой бледный!
«Хорошо», — написал император. Затем добавил: «Матушка, я отменяю помолвку с Женевьевой».
— Ты в своем уме? — Мария замерла, глядя на него, как на сумасшедшего. — Почему?
«Она целовалась с Реймом в парке. А еще брат уверен, что Жени шпионка».
— Это тебе Рейм сказал? — ужаснулась Мария.
«А кто же еще?»
— И поэтому он ее поцеловал?
«Видимо, хотел доказать, что я сделал плохой выбор. Доказал…»
Мари заметалась по комнате, заламывая руки. Сам Эден ощущал, как внутри все сковывает привычный лед. До свадьбы оставалось три дня, Маркус скоро будет здесь. Пусть немедленно займется расследованием. И если Жени действительно действует не от своего имени, то вместо возвращения в Лидарию ей будет грозить арест, и плевать на дипломатию. Эден никому не позволит выставить себя дураком. Вот только он по-прежнему слабо верил словам брата. Да он уже вообще никому не верил!
— Значит, так, — решительно сказала его мачеха. — Никакой отмены помолвки! Гостям я сообщу, что свадьба задерживается из-за болезни невесты. Слегла от волнения, врачи предписали покой. А ты не будешь порочить имя бедной девочки. Вместо этого постарайся разобраться, что произошло на самом деле. И с Реймом я поговорю.
«Вообще-то решать должен я», — написал Эден.
— Ты нарешаешь! И сам счастья не обретешь, и жизнь Женевьевы разрушишь. Еще скажи спасибо, если она захочет тебя простить. Придумали тоже! Шпионка! Повсюду вам заговоры мерещатся. Это уже ни в какие рамки не влезает, Эден!
«Ну я же не лезу в ваши отношения с Ноксом».
Мария покраснела, затем отвела взгляд.
— Как давно ты понял? — спросила она.
«Недавно. И как, мне придется называть его отцом?»
— Ты невыносимый человек, сынок, — вздохнула Мари. — Я понимаю, почему, и желаю тебе добра, но ты делаешь все, чтобы ситуация стала только хуже. Пожалуйста, не торопи события. Не спеши разрушить то, что удается построить с таким трудом. Умоляю!
«Хорошо, скажи, что свадьба переносится… на неопределенный срок. И объяснять, почему она отменилась, потом будешь сама».
— Не беспокойся, объясню, — вздохнула мачеха. — А ты… отдохни хоть немного. На тебе лица нет.
«Отдохну», — пообещал Эден и пошел прочь.
Он чувствовал себя мерзко. Отвратительно! Хотелось не оставить от дворца камня на камне, но приходилось держать себя в руках. Вина, злость, обида… Давно он не испытывал такого коктейля из эмоций. И что-то ему подсказывало: это только начало. А потом… Что будет потом? Этим вопросом и задавался Эден. Он заперся в кабинете, с головой ушел в корреспонденцию и просидел бы так до ночи, если бы не раздался стук в двери.
А затем в кабинет вошел тот, кого так ждал император.
— Добрый день, ваше величество, — поклонился Маркус.
«Мрак, дружище! Ну наконец-то!»
Увы, Маркус ментальной магией не обладал, и с ним тоже приходилось писать.
«Проходи, присаживайся и докладывай. Я получил твое письмо и распорядился установить слежку за Шейзом и Доррентом, но пока ничего подозрительного».
— Да, по пути во дворец я успел выслушать доклад моего заместителя, — ответил Мрак, занимая кресло напротив императора. — И получить одну любопытную новость. В окружение Доррента удалось ввести нашего человека. Ходят слухи, что скоро состоится встреча предполагаемых заговорщиков. Если все получится, мы узнаем их имена.
«Стоило тебе приехать, и дела пошли на лад».
Эден усмехнулся.
— А они обстояли плохо? — поинтересовался Мрак. — Признавайся, что случилось в столице за время моего отсутствия?
«Я заключил помолвку, а сегодня разорвал, застав невесту целующейся с братом. При этом брат утверждает, что Женевьева может быть связана с заговорщиками», — вывел Эден.
— Скверно… — Маркус разом нахмурился. — Я поручу своим людям проверить, с кем она общается. За ней присмотрят, а ты не торопись отсылать девушку. Возможно, она тоже выведет нас на кого-то.
«Она и так отказалась уезжать. Женевьева нашла причину моей болезни и даже, кажется, помогла мне от нее избавиться, но пока это государственная тайна. Знают только Мари, Нокс, Эвернеры и Рейм. И сама принцесса, конечно».
— Подожди! — Мрак даже из кресла поднялся. — Она тебя вылечила? Эден, это же замечательно!
Император улыбнулся. Хотя бы один настоящий друг у него точно есть.
«Обсудим это, когда ко мне вернется голос. Пока же еще три дня положено молчать, и лишь потом начнется следующий этап лечения. Остается надеяться, что расстроенная Женевьева не решит от меня избавиться».
— Ты сам-то веришь в ее вину? — со вздохом спросил Мрак. — Зачем заговорщице тебя спасать?
«Не верю. Но мне нужны доказательства, Маркус. И слишком часто я видел ее в компании Рейма, чтобы поверить в их искреннюю дружбу. Боюсь, там нечто большее».
— А, так тебя гложет банальная ревность! — усмехнулся глава тайной службы.
«Мрак, это не смешно».
— Конечно, не смешно, Сокол. Наоборот, очень печально, потому что ты страдаешь, а значит, чувствуешь что-то к этой девушке. Надеюсь, я смогу доказать ее невиновность, ведь искренне желаю тебе счастья. А теперь позволь идти. Хочу вымыться с дороги, пыль словно под кожу въелась, а потом отдам распоряжения своим людям. Мы обязательно выясним, что происходит, Эден, даю слово. А ты будь осторожен, хорошо?
«Буду», — написал император, и Маркус покинул его кабинет, а сам Эден откинулся на спинку кресла.
Страдает, значит, чувствует? Что же, не стоит отрицать очевидного… Император успел привязаться к Женевьеве. Примешивалась благодарность, но не она была основной. Совсем не она! Эдену хотелось бы, чтобы Жени оказалась той самой, кто позволит ему забыть о прошлом. Он… влюблялся. Медленно, но неотвратимо. И боялся ошибиться, обжечься, снова мучиться. Только, похоже, такова его судьба. Дуть на воду, обжегшись на молоке. Не верить в искренность девушки, которая старается спасти ему жизнь. Так глупо… И так ему свойственно.
— Идиот, — сказал Эден себе самому и закрыл глаза. Кажется, все веселье только начинается.
Глава 28
Встреча, на которую лучше не идти
Рейм не находил себе места. Он чувствовал, что поступил подло и по отношению к брату, и по отношению к Женевьеве. Разрушил их будущий брак, отвратил друг от друга. Но если речь действительно идет о жизни Эдена? Невесту он найдет и другую, а жизнь одна. И чтобы спасти ее, Рейм готов был стать негодяем в глазах близких людей. Именно об этом он думал, расхаживая по своей гостиной, словно зверь по клетке.
В двери постучали, и на пороге появился уже знакомый слуга. Он держал на подносе два конверта.
— Ваше высочество, у меня для вас письма, — поклонился он.
— Давайте, — ответил Рейм, забирая корреспонденцию. Ни на одном не было подписи.
— Одно от наших общих друзей, — пояснил слуга. — Второе от барышни, которая только что встретила меня в коридоре. Могу идти?
— Ступайте.
Рейм дождался, пока дверь закроется следом за слугой, а затем вскрыл первый конверт.
«Завтра на площади Северной войны в шесть вечера», — значилось там. Понятно, это назначение новой встречи от заговорщиков. Вот им можно будет задать прямой вопрос по поводу Жени. А еще попытаться выяснить, кто они на самом деле. Скоро должен приехать глава тайной службы, и уж Маркусу Рейм смог бы доверить все, что удалось узнать.
«Рейм, жду тебя в парке с наступлением темноты, у аптекарского огорода. Виктория», — значилось во второй записке.
Понятно, Вики ждет объяснений… Он втянул ее в грязную игру, попросил привести Эдена в парк любыми способами — и ничего не объяснил. Теперь пора. И если Виктория возненавидит его после этого, Рейм поймет.
Он уничтожил записку заговорщиков и направился в парк. Как раз темнело. Ничего, погуляет немного возле аптекарского огорода, подождет. Вот только ждать не пришлось — Виктория уже была там, ходила справа налево и обратно, словно на привязи. Увидела его и замерла грозной статуей.