Добрые Люди (СИ)

— Бесов праздник, — выдохнул я. — Это добром не кончится.
Я вытащил поддельный жетон первых и закрепил тот на груди, благо у значка имелась специальная иголка. Отряхнув одежду от пыли, я решительной походкой направился обратно, миновал конюшни и вышел ко двору квартир жандармов. Стоящие на посту караульные, заметив меня оживились, но разглядев нефритовый значок законника сразу же поникли в плечах.
Я ткнул грамоту в лицо караульным и не сбавляя шага вошёл в дом, бросив на ходу:
— Именем короля!
В коридоре возник ещё один стражник и тут же вытянулся по струнке.
— Кресто де Мори, — небрежно произнёс я, копируя манеру Гариуса. — Проводи меня к узнику. Ты оглох?!
Караульный побледнел, покосился на сослуживцев, но те сделали вид, будто не замечают меня.
— Прошу за мной, — слегка заикаясь произнёс караульный.
Пока мы пробирались ко внутреннему двору, я оценивал риски и пришёл к выводу, что волне можно обойтись без жертв. Капитан улетел в нирвану, а посему даже если найдётся кто-то смелый, который решиться пойти против воли первого и вызвать капитана, застанет очень интересную картину.
Я не раз убеждался, что значок законника способен творить чудеса. Все, кто попадался нам на пути, завидев зеленоватое свечение жетона, как-то резко меняли направление, лишь бы скорее убраться с дороги. Правда попадись нам толковый владеющий или не приведи Создатель кто-то из орденов, будь то чистые, верные или первые, то подделку эти распознают сразу.
У тюремных камер клевал носом сонный оруженосец, и не сразу понял, кто явился в час ночной. Мой сопровождающий хотел было отчитать в голос безусого юнца, но я придержал того:
— Не стоит. Доставьте де Мори. Я забираю его.
— Но… я… — замямлил страж.
— Ясно. Давай сюда старшего, — я тяжело вздохнул.
Как по команде открылась маленькая дверь и под свет фонаря выбрался лысеющий мужичок, который зачем-то напялил кирасу. Сидела она на нём как на корове седло, и я с трудом подавил смех.
— Честь имею. — Плешивый вытянулся.
— Кресто де Мори, — повторил я.
— Есть такой, — кивнул мужичок.
— Ко мне его!
— Но… нет, я не пытаюсь оспорить ваше требование, — заискивающе начал плешивый. — Но шевалье совершил тяжкое преступление, он дезертировал, а это, милсдарь, дела внутренние. Есть закон. Тут дело, знаете ли, ого-ого. Дело чести.
Я поджёг поток и окутал себя силой. На простых смертных это порой производило неизгладимое впечатление. Никаких внешних проявлений кончено не было, но человек просто на животном уровне ощущал исходящую опасность. Плешивый подавился слюной и отшатнулся.
— Это ты мне говоришь про закон? — процедил я сквозь зубы. — Де Мори единственный, кто принёс весть с юга, он ценный свидетель. Всё, что он вам говорил — правда. В осадном лагере ван Аудена сейчас дюжина еретиков. Именем короля! Де Мори к сегодняшнему утру должен быть в Тизе!
— Еретиков? — промямлил плешивый.
— Шевалье же сообщил вам о колдунах в жёлтых плащах. А что вы? — Я ухватил мужичка за кирасу и притянул к себе, прошептав тому на ухо: — Знаю я какие у вас тут внутренние дела, небось письмецо уже с гонцом в родовое поместье де Мори отправили?
Чистой воды блеф. У меня не было уверенности, что плешивый, который по всей видимости занимал некую должность в роте, участвовал в затее с выкупом, но судя по его перекошенному лицу — я попал в точку.
— Ты, конечно, можешь сбегать за капитаном и потратить моё время, но тогда, уж извиняй, мне придётся провести расследование и выяснить, почему о де Мори нам доложили третьи люди.
Я выдержал паузу и продолжил:
— Или же мы поступим по-другому: ты сейчас приведёшь шевалье, его основательно допросят в Тизе, а после вернут обратно и решайте свои внутренние дела сколько душе будет угодно.
Плешивый закусил губу, покосился на окна комнаты капитана и сдался, приказав юнцу:
— Приведи его.
Вблизи Кресто выглядел ещё хуже: на лбу его торчала шишка, под глазами залегли синяки и на правой скуле красовался кровоподтёк. Меня он узнал, но виду не подал, что сразу убрало ряд проблем, потому как я ожидал от шевалье какой-нибудь благородной выходки.
 
— Это так у вас дела ведутся? — спросил я у плешивого.
Тот опустил взгляд и промолчал. Всё. Дольше задерживаться не имело смысла. Я развернулся и пошёл к выходу. Провожающий поспешил следом, ведя пред собой де Мори.
— Подать вам карету? — спросил он, когда мы покинули здание.
— Дальше я сам, премного благодарен, — грубо сказал я и кивком указал Кресто в сторону тёмной улицы. — Шагай.
Как только мы скрылись за поворотом, я поджёг поток, закинул де Мори на плечо и длинными прыжками понёсся прочь из пригорода. Когда огни фонарей остались далеко позади, я сбавил ход и вернул шевалье в вертикальное положение.
— Мать честная, — выдохнул он. — Ты точно демон во плоти.
— И на том спасибо. Протяни руки.
Шевалье выполнил мою просьбу. Заклепали кандалы так себе, поэтому я без труда разорвал их, освободив сначала руки, а затем и ноги де Мори, затратив при этом минимум силы, но цифра потока всё же мне не нравилась: спасение теперь уже бывшего жандарма стоило мне двадцати единиц. Кресто зябко передёрнул плечами, переступая с ноги на ногу. Его босые ступни напомнили мне о недавних событиях, когда я оказался точно в таком же положении посреди тайги. Но сейчас по близости не было мастера Ригго, а от рюкзака чистого нам пришлось избавиться.
— Тащить я тебя больше не буду, уж извиняй, — сообщил я. — До кареты нам придётся протопать с лигу.
— Справлюсь. — Де Мори разминал кисти и оглядывался по сторонам. — Куда мы сейчас?
— В Сумдаль.
Карета ожидала нас точно за поворотом на восточный тракт: на козлах дремал кучер, закутавшись в шерстяное одеяло, сам дилижанс подсвечивался с двух сторон фонарями подле которых крутились насекомые — стояли последние тёплые деньки. Я громко кашлянул, и кучер встрепенулся. Он вскинул над головой фонарь, выкрутив фитиль на максимум, в другой руке его я заметил пистолет.
— Это он! — воскликнула Тэсс высунувшись из кареты, но завидев де Мори, добавила: — Они. Дорогой ты решил взять с собой кузена?
— Так вышло. — Я развёл руками.
— Мы так не договаривались, — буркнул кучер. — Этот кузен смахивает на забулдыгу, мне потом неделю карету не отмыть. Он воняет так, что я отсюда чую.
— Молчи, — предупредил я де Мори.
— О, дорогой месье Жак, — защебетала Тэсс, — я думаю десять ливров сверху покроют все издержки.
— Пятнадцать. — Кучер решил поторговаться, но пистолет убрал.
— Идёт, — сказал я, забираясь в карету. — Гони.
Мы выждали пока карета выкатила на относительно ровный грунт тракта и только тогда Тэсс произнесла:
— Рада видеть тебя, Кресто, мы все переживали за тебя.
— Я тоже рад вас видеть, но не думал, что наша встреча произойдёт так, — печально улыбнулся шевалье.
— Что случилось? — Слова владеющей предназначались мне.
Хороший вопрос. А ведь действительно, что случилось? Почему я вернулся за де Мори? Ответов у меня не было, поэтому я лишь пожал плечами.
— Всё прошло плохо? — встревожилась Тэсс.
— Всё прошло отлично, — улыбнулся я. — Разум капитана надолго улетел в мир грёз.
Де Мори понял всё сразу, и дёрнулся было к двери, но я был готов к чему-то подобному и, ухватив Кресто за плечо, рывком вернул того на место.
— Пусти! — вспылил он. — Я лучше буду болтаться на виселице чем стану соучастником. Это измена!
Я ткнул ему кулаком под дых.
— Заткнись, хлебни вина, а потом прочитай это! — Я вытащил из кармана помятое письмо капитана и протянул бумагу де Мори.
Тэсс передала шевалье флягу и тот от души приложился к горлышку, вытер губы тыльной стороной ладони и выругался вполголоса. Затем развернул письмо и подсев к фонарю стал читать. Я пересел к Тэсс и сдвинул перегородку маленького окошка к кучеру.