Добрые Люди (СИ)

Я пробирался медленно, вслушиваясь в каждый звук. Землетрясение, которое почти разрушило город, совершенно не затронуло подземную часть древнего поселения. Гариус всё твердил про какие-то разломы, оборачивая слова академическими терминами и прочей чушью, от которой сводило скулы. Единственное, что я понял из его бурной тирады — какой-то всплеск энергии заблокировал все потоки, но мой поток был при мне, пускай и наполовину опустошённый. Впрочем, я не мог вспомнить ни единого случая, когда бы нашего брата лишали силы владеющие. У Добрых Людей для подобных целей имелись Ловчие, но тут им взяться было просто неоткуда.
Свет исходил от невероятной фрески. На ней была запечатлена всё та же женщина в короткой столе и с тиарой на голове. Следов не видно. Я решил не задерживаться, потому как в пятидесяти шагах дальше по коридору виднелась арка, которая тоже светилась мягким жёлтым свечением.
За аркой обнаружился круглый зал, правая часть которого была разрушена словно от удара исполинского молота, а из развороченной породы вырывались струи воды. Я насчитал ещё три арки. За парой ближайших просматривались светлые коридоры с фресками, за третьей же клубилась тьма. Посреди зала валялись какие-то вещи.
Я вошёл в зал и замер, готовый в любой миг поджечь поток. Два-три удара сердца я напряжённо всматривался в чёрный овал, резонно полагая, что опасность стоило ожидать именно с той стороны, хотя по-прежнему не чувствовал чужого присутствия. Но никто не спешил выскакивать из темноты или применять силу. Лишь шум воды, да грохот срывающихся камней, которые, судя по звуку, падали в яму с водой — зал разворотило порядочно.
«Бесов праздник!» — выругался я и зажёг поток.
В два прыжка пересёк зал и ворвался в тёмный овал арки, но напрасно потратил силу: через десять шагов тёмный коридор упирался в завал — тут никого не было.
— Как там говорят в Довуре? — спросил я у стен. — Бережённого Создатель бережёт?
«Пятьдесят три».
Но что сделано, то сделано, а заниматься самоедством — пустая трата времени. Я вернулся в зал и направился к пролому. К вещам подходить не спешил, так как успел их рассмотреть, когда проскочил мимо. Там лежал мешок чистого, его же шапка из меха бобра и кусок жёлтой ткани ещё не так давно бывшей частью плаща.
Разлом оказался неглубоким и в образовавшейся расселине уже скопилось достаточно воды. Плохо дело. Час другой и подземелья начнёт топить. Не стоило забывать и о разрушенном фонтане, вода из которого продолжала поступать в открытый владеющим лаз.
Из арки показалась голова Мальвика. Заметив меня, мечник расслабился и вошёл в зал. Алианец выглядел скверно: рубаха его пропиталась кровью, а лицо приобрело меловой оттенок — победа далась Мальвику нелегко. Сам виноват. Никогда не понимал всех этих аристократических замашек: ладно там знатные пэры — этим по статусу положено чваниться, но простой рубака, играющий в благородство — смешно. Уверен, что рёсинарец не стал бы отговаривать подельников от выстрела в упор из пистолета или арбалета. Впрочем, каждому своё.
— Что тут? — спросил Мальвик.
Я пожал плечами и осторожно перевернул кусок жёлтой ткани клинком, затем отодвинул шапку чистого, но следов крови не обнаружил. Рюкзак тоже был цел: обе лямки на месте, будто мастер Ригго его просто снял. На куске плаща я заметил четыре разреза, как от когтей животного.
— Медведь нагнал добычу, — задумчиво протянул я.
Мне очень не нравилось, то, что я видел, но пока не мог понять почему. Какие-то смутные сомнения закрались в душу.
— Хамелеон, — задумчиво протянул мечник.
— Что?
— Есть такой зверёк в Алии, — пояснил Мальвик. — Он может менять окраску тела, сливаясь с окружающей средой.
— Его глаза, — догадался я. — Перевёртыш?
— Нет, ну с вами точно что-то не так, — скривился подошедший Гариус. — Два взрослых мужика вдали от цивилизации обсуждают зверей и алианские сказки. А как же пышногрудые подавальщицы, да кружка доброго аларского эля? Менестрели, поросёнок на вертеле, горячая ванная в конце концов?
 
— Бабник, — фыркнула Тэсс и стала расшнуровывать рюкзак чистого.
— Тэсс, я бы не стал, — поспешил я предупредить её.
— Почему? — Она в недоумении замерла.
— Смотри. — Я остриём клинка подвинул обрывок плаща.
— Хм… — протянула владеющая. — Острые когти, но при чём тут… ох…
— Что? Ну что ох?! — Гариус по очереди посмотрел на каждого. — Чем вас смутили эти царапины. Город кишит проклятыми, если вдруг кто забыл. Этого хрена вполне мог достать один из них.
— Не ты ли говорил, что такие как он способных щелкать изменённых, как белка орехи? — повёл бровью я.
— Ну говорил, да я много чего говорю.
— Это точно, — прошептала Тэсс и отошла к разлому.
Я краем глаза отметил кавалеристов, волокущих пленного под мышки. Разведчик был без сознания.
— Хотел сбежать, — пояснил де Мори. — Пришлось угомонить.
— По делом! — воскликнул Гариус. — Мальвик, что за херня?!
Мечник поморщился от боли и уселся на холодный пол.
— Мастер Ригго перевёртыш, — спокойно произнёс он.
— Что?! Да вы совсем тронулись? — Гариус взъерошил короткие волосы и стал ходить из стороны в сторону. — И почему я не остался в Довуре?! Создатель, за что мне это всё?!
— Вода прибывает, — сообщила Тэсс, вернувшись.
— С той стороны тоже прибывает. — Сэр Тормик разместился под аркой в круге света так, что мог наблюдать за коридором откуда мы пришли, и занялся пистолетами.
«Очень грамотно», — отметил я про себя.
— Тэсс, какой к шутам перевёртыш, — не унимался Гариус. — Мастер Ригго из ордена Чистых, он имеет церковный сан, проходил посвящение.
— Всё так, — кивнула владеющая. — Ты ведь знаешь о церковном раздоре, случившемся этим летом?
— Что-то слышал. Это тут при чём?
— Магистра де Артэ хотели лишить сана.
— Ну и пёс бы с ним, — беленился Гариус. — Церковники постоянно собачатся за место под солнцем.
— Вот если бы ты не шлялся по кабакам, то знал бы, что орден уличили в хранении запретных писаний.
— О! Ну тоже мне новость, — отмахнулся щёголь.
— Мэтр, он перевёртыш, — сипло сказал Мальвик, пытаясь снять рубаху. — Я встречал таких на юге Алии у границ с землями Товэ.
Тэсс помогла мечнику оголить торс, и я заметил три глубоких кровоточащих пореза.
— Нужно промыть раны, — резюмировала владеющая. — Мне нужны чистые тряпки!
Де Мори скинул походный мешок, достал свою рубаху и бесцеремонно разорвав её на куски поспешил на помощь.
— Я не понимаю, чему ты так удивлён? — продолжила Тэсс. — Ты же шесть лет провёл в Алии.
— В том-то и дело, что ликантропы не встречаются в Соединённом Королевстве. Это проклятие Товэ, а наш красноглазый… — Гариус запнулся, и вдруг воскликнул: — Его глаза! Ну конечно!
— Я это уже говорил, — хмыкнул я.
— Не мешай, — отмахнулся владеющий. — Я должен произнести это вслух.
Я, пожав плечами, направился к одному из коридоров. Следовало поискать следы и определить каким из ходов ушли чистый и колдун: если мастер Ригго перевоплотился, то пересекаться с этим чудовищем нам не стоило, по крайней мере пока он снова не станет человеком. Я прекрасно помнил свой пятый круг посвящения и на что способны оборотни — подобной встречи нашему отряду не пережить, большинству уж точно.
— Нюх, — продолжал Гариус. — Слабая восприимчивость к потокам, выносливость, регенеративные способности. Но постойте! Эти твари не могут обращаться, когда им вздумается, да и на уроженца Товэ наш чистый не похож. У тех кожа смуглая.
— А вот теперь добавь к этой информации то, что я говорила про скандал и тайные писания, — голос Тэсс эхом разносился по коридорам.
— Как удобно…
Дальше я не слышал, но прекрасно понимал куда клонит Гариус. Действительно удобно скрывать личину ликантропа выдавая себя за члена ордена Чистых, ведь любой и каждый в королевстве знал, что снующие туда-сюда трактами красно- жёлто- и синеглазые церковнослужители принадлежали ордену Чистых. Никому бы и в голову не пришло заподозрить в желтоглазом мастере перевёртыша. Но насколько я помнил, глаза у оборотней менялись только перед самим процессом обращения, выходит чистые научились использовать проклятие Товэ как-то иначе. Что-то не складывалось, не могли же все без исключения чистые обладать силой ликантропии? Кто-нибудь обязательно прознал бы, такое сложно скрывать десятилетиями. Интересно, а в братстве Добрых Людей знали какие дела творятся в Соединённом Королевстве?