Добрые Люди (СИ)
Спорить с чистым никто не стал, хотя некоторые покосились в сторону Гариуса, так как формально в группе он был старшим на правах владеющего. Тэсс же перестала проявлять командный тон давно. Но щёголь не возражал, напротив — он скрупулёзно поковал свой мешок, жуя кусок сушёной зайчатины на ходу.
Перед самым выходом вернулся дозорный, которого послал десятник разведать обстановку. Лицо солдата раскраснелось на морозе, но выглядел он бодрым — улыбался.
— Никого, — выдал разведчик.
— Может они попали под лавину? — с надеждой в голосе спросил де Мори.
— Сомневаюсь, — покачал головой мастер Ригго, и запахнув шубу скомандовал: — В путь!
По сравнению с предыдущими днями сегодняшнее утро напоминало сцену из какой-нибудь цванийской сказки про Морозного деда: небо, куда ни кинь взгляд, сияло лазурью; горные пики венчали снежные шапки, а вокруг стояла такая тишина, что казалась было слышно, как тает ледник за перевалом; вся горная цепь как на ладони и просматривалась до самого горизонта, а от яркого снега слепило глаза. Я бы провёл здесь денёк другой просто наблюдая за неимоверной красотой.
— Как прекрасно! — воскликнул сэр Тормик.
— Не знаю, кому как, а я бы сейчас предпочёл оказаться на тёплых пляжах Восточной Алии. Вот где красота, так красота, — буркнул Гариус. — Девки полуголые, вино рекой, пальмы, бананы. Белый песок приятно обжигает ступни, с моря тянет лёгкий бриз…
— Вот уж, действительно, кому чего, — выругался в бороду Валло.
Череда крутых подъёмов осталась позади — сегодня наш путь пролегал вдоль пологого ската приплюснутой горы, чем-то похожей на таёжные сопки. Идти было легко. За эти дни мы привыкли к снегоступам и двигались почти с той же скоростью, что и разведчики, поэтому довольно быстро выбрались на хребет. По нему добрались к седловине и спустились в очередную долину с горными цирками. Стылый виднелся вдали — одинокая крепость с круглыми башнями нависала над единственным выходом из долины. Десятник Валло провёл рукой, очертя границу, и сообщил, что эта импровизированная линия когда-то разделяла Этим и Тизскую марку, а во время Великой войны Стылый трижды переходил из рук в руки. По легенде где-то в этой долине находилась могила Этьена де Риголя, де Таля, маркиза де Вильбо, павшего при осаде крепости.
На одном из привалов я подсел к чистому и спросил:
— Слушай, а вот не встреться нам отряд Валло, ты бы провёл нас через Белые горы?
— Будь уверен, — без тени сомнения ответил красноглазый.
— Бывал тут?
— В этой долине нет, но в горы ходил и не раз.
— А что насчёт тайных проходов?
— Может есть они, а может нет, — он пожал плечами. — Надеюсь нам не придётся проверять.
— Думаешь эхо Великой войны?
— Вполне вероятно, но ходы давно могли обвалиться, так что я бы не надеялся.
Когда мы подошли к форту было уже хорошо за полдень судя по расположению солнца. Десятник Валло потоптался немного на месте, а затем повёл отряд к одиноким скалам, которые возвышались над фортом, пояснив это тем, что не мешало бы осмотреться. У подножия скал отряд встал на привал, а группа разведчиков стала взбираться на высокий отрог, естественно к ним присоединился чистый. Ко всеобщему удивлению за группой увязался Гариус, не остался в стороне и я. Мальвик тоже порывался составить компанию, но владеющий запретил.
Подъём был не слишком крутым и отнял у нас не более получаса, даже не пришлось вбивать крюки и провешивать перилла. Сверху открывался неплохой вид на форт, хотя просматривался двор крепости не полностью, но нам хватило и этого, чтобы осознать — форт непроходим: всюду, куда ни кинь взгляд бродили жуткие существа, закованные в серебристую чешую. Изменённые были разных форм и размеров: некоторые походили на первых встреченных нами тварей у Хранителя, другие же перемещались исключительно на четвереньках, третьи ещё как-то напоминали людей, но движения их были скованными. С такого расстояния сложно было точно сказать о количестве изменённых, занявших форт, но точно не менее двух десятков.
— Porca Troia! Ho rotto le palle! — выругался Гариус.
— Наверное, я соглашусь, — покосился на того десятник. — Плохо дело.
— Ну! Что я говорил! — не унимался щёголь. — Логово!
— Дело заключается в следующем, — сказал чистый, взъерошив бороду. — Там нам не пройти. Валло, есть ещё тропы?
Десятник окинул горы долгим взглядом, затем ответил:
— В принципе, мы могли бы перемахнуть через хребет, крюков у нас достаточно, правда с той стороны резкий обрыв, может не хватит длины верёвки. Да и не все из отряда способны на такое.
— А как же тайные тропы? — Гариус осмотрел предложенный десятником путь и лишь скривился.
— Да ерунда это, — отмахнулся Валло. — Только время убьём.
— Командир, вовсе не ерунда, — осторожно начал один из разведчиков, кажется Мейк. — Кирс проспорил мне два ливра в том году, что пройдёт через эти пещеры. Пройти он не прошёл, — расплылся в довольной ухмылке солдат, — но четыре дня провёл там. Говорил, что целый лабиринт скрыт в этих пещерах.
— Да трепло, твой Кирс, — упорствовал Валло. — Небось у входа отсиделся, и вся недолга!
— Нет, мы за ним посылали. Ребята пару лиг прошли вглубь.
— И всё это за моей спиной?! — рявкнул десятник. — Ну погодите у меня!
— Вниз, — коротко бросил чистый. — Обсудим с остальными.
В начале спуска я неправильно выбрал трещину и слишком поздно понял, что забираю правее: пришлось снова карабкаться вверх и там переместиться левее к нужной расселине. Подтянувшись к выступу, я заметил, что Валло и Мейк всё ещё оставались на вершине. Десятник прижимал Мейка локтем к скале и в сердцах что-то тому доказывал. Мейк вяло сопротивлялся и тыкал рукой в сторону форта. Долго я так висеть не мог, а слова заглушал ветер, потому решил спускаться. Валло скорее всего давал нагоняй разведчику, чтобы тот не болтал лишнего в присутствие чистого, но их поведение настораживало — что-то не так было с теми пещерами. Но о чём бы не спорили разведчики, а солнце уже клонилось к закату — отряду нужно было срочно принимать решение.
На общем собрании уже внизу долго спорить не пришлось. Против были только мастер Ригго и десятник, остальные в один голос твердили о пути через горные пещеры. Я воздержался — мне нужны были ещё сутки. Да и смысла не было в этом голосовании, так как прими я сторону десятника и чистого, чьё предложение мне нравилось больше, никто бы остальную часть отряда не бросил. К тому же наличие под боком целой своры изменённых не располагало к длительным беседам. Решение было принято.
Ко входу в пещеры мы добрались спустя несколько часов. Вечерело. Отряд преодолел очередной подъём и выбрался на широкую скальную полку, даже не полку — рукотворную площадку, будто кто-то в два удара исполинского меча откромсал у скалы громадный кусок. Шедший первым Мейк, вскинул руку, и разведчики тут же засуетились: те, что были со щитами, обступили владеющих, а лучники рассыпались в стороны. Мальвик обнажил меч и замер в низкой стойке. Чистый и десятник поспешили к Мейку, а я, скинув рюкзак, вооружился райтшвертом и встал рядом с рейтаром, который нацелил пистолеты в тёмный зёв пещеры. Де Мори нервно зыркал по сторонам, положив ладонь на эфес меча, но обнажать его не спешил.
Мейк и десятник осторожно подобрались ко входу и обступил его с двух сторон, чистый вскинул лук и замер чуть правее.
— Час от часу не легче, — прошептал де Мори и всё-таки выхватил клинок.
Валло осторожно выглянул из-за угла и тут же спрятался обратно, но ничего не происходило. Тогда он махнул лучниками и те переместили ближе ко входу, а сам скрылся внутри. Я замер в напряжении. Давно мне не приходилось влипать в подобные передряги с опустошённым потоком. Но чутьё подсказывало, что опасности нет. Вскоре из тёмной арки появился десятник и взмахом руки приказал опустить оружие.
— Фу-х… — выдохнул де Мори, и протёр рукавом выступившую на лбу испарину. — Кажись пронесло.