Огонь души (ЛП)

— ОТОЙТИ! ОТСТУПАЕМ! ОТСТУПАЕМ!
Эдрик отзывал отряд. В тот же миг рухнула еще одна палатка, и вверх полетела туча искр. Варвар, должно быть, увидел что-то позади нее, потому что он просто пронесся прямо сквозь них, отбросив Дунстана в одну сторону, а Леофрика — в другую, так легко, будто он даже не почувствовал их.
Леофрик обернулся и увидел, как варвар бросился на горящую женщину, повалил ее на землю и накрыл своим телом.
Женщина. Это была та женщина, которую они должны были взять. Он сделал шаг к ним, но Дунстан схватил его за руку.
— Мы отступаем, ваша светлость.
— Женщина.
— У нас есть женщина. Ее схватил ваш брат, и ее уже везут в замок.
Они находились в самом центре вражеского лагеря, и Леофрик не стал спорить. Он кивнул, и они с Дунстаном побежали, отбиваясь от последних нападающих.
Они добились, чего хотели.
Теперь пришло время отвезти сестру домой.
— oOo~
На рассвете, все еще испачканный кровью своих врагов и пропахший дымом, Эдрик внес в замок тело Дреды, завернутое в плащ Дунстана. Леофрик шел рядом с ним. Они пронесли ее через ворота, пересекли двор и вошли в замок. Они несли Дреду к своему отцу, в королевские покои, и у них не было желания скрывать ее тело, будто в ее смерти есть какой-то позор.
В ее смерти не было позора, и Леофрик убил бы любого, кто скажет обратное. Она была юной, невинной и прекрасной. Она была хорошей, веселой и доброй. Что бы с ней ни сделали, это был не позор.
За ними тянулся след тишины. Люди, мимо которых они проходили, солдаты, крестьяне и лорды, провожали их в молчаливом почтении. Некоторые уже знали, кого несет Эдрик. Другие узнавали сейчас. Они стояли, склонив головы и прижав руки к сердцу, потому что в смерти Дреды не было позора.
Да, слухи обязательно пойдут, но Леофрик позаботится о том, чтобы они не опорочили чести его сестры.
Они вошли в замок, и управляющий с поклоном выступил вперед, заставив их остановиться.
— Ваше высочество, ваша светлость, король… — его взгляд упал на сверток в руках Эдрика, и он замолчал.
— Милостивый боже, это же не… — он пришел в себя и снова поклонился. — Прошу прощения, ваше высочество, но король потерял принцессу. Она спала не в своей спальне, — его дрожащая рука потянулась к свертку и тут же упала. — Пусть это будет не она!
Не обращая внимания на нарушение этикета и вопрос, Эдрик прошел мимо управляющего и первым поднялся по главной лестнице в семейные покои.
— Он сейчас в своих покоях? — спросил Леофрик, прежде чем последовать за братом.
— Да, ваша светлость. Ждет вестей.
Они поднялись по лестнице и молча прошли по коридору к двойным дверям, у которых стояли по стойке смирно два стражника. Леофрик заметил, как один из них сначала растерялся, а потом остолбенел, увидев сверток, который нес Эдрик.
Стражники открыли двери, и братья вошли в покои короля.
Король Эдрик в тяжелом шелковом одеянии мерил шагами комнату. При появлении сыновей на его лице отразилось облегчение. Два его сына ушли сегодня в лес, и даже учитывая тревогу за Дреду, король бы рад их возвращению.
Но затем его глаза остановились на ноше в руках Эдрика.
— Нет, — слово прозвучало как приказ. — Нет.
Эдрик остановился.
— Отец… — его голос дрогнул.
— Нет! — король отшатнулся, ужас исказил его черты. — Нет!
Он споткнулся и упал в одно из огромных кресел у камина, затем соскользнул на колени.
— Нет! Господь милосердный, пожалуйста! — он уткнулся лицом в ладони. — Нет!
Эдрик стоял на месте, держа окоченевшее тело Дреды, его плечи тряслись от рыданий.
Леофрик подошел к отцу и опустился перед ним на колени. Он попытался обнять его, но король оттолкнул его и пополз к старшему сыну.
Он полз. Вид короля, ползущего по полу и отчаянно рыдающего, был так ужасен, что Леофрик подумал, что сейчас он сойдет с ума. Он согнулся пополам, обхватив себя руками, его борода намокла от слез.
— Отдай ее мне. Дай ее мне! — их отец вырвал Дреду из рук Эдрика, сдернув плащ и обнажив ее грязное, окровавленное тело, окоченевшее и посеревшее после смерти.
 
Их отец закричал. Он попытался прижать тело дочери к своей груди, но Дреда окоченела и сделать это было невозможно. Наконец, крича снова и снова, отец взял ее на руки, как держал ее Эдрик. Стоя на коленях, он принялся укачивать тело своей дочери.
У Леофрика хватило силы духа выглянуть за пределы покоев и убедиться, что двери закрыты. К счастью, так и было. Никто не нарушал их уединения.
Эдрик поднял с пола плащ Дунстана и снова накинул его на тело сестры.
Рыдания короля стали тише.
— Ты не можешь оставить меня, свет мой, — зашептал он в спутанные волосы дочери. — Ты — последнее, что у меня осталось от твоей матери. Ты для меня все. Пожалуйста, Отец небесный, я умоляю тебя, пожалуйста, не забирай ее!
— Отец, — мягко сказал Эдрик. — Уже поздно.
— Нет, не поздно! Нет ничего, что он не мог бы сделать. Франциск! Нам нужен Франциск!
Леофрик начал было протестовать — он не хотел, чтобы этот жирный боров был рядом, пока горюет их семья, — но Эдрик прервал его, покачав головой.
— Нам он нужен. Он должен провести обряд. Я позову его.
— oOo~
Отец Франциск не умел творить чудеса, но мог совершить последний обряд. В конце концов Эдрик и Леофрик уговорили отца отпустить Дреду, и Франциск позвал двух младших священников — завернуть тело и отнести в часовню, чтобы подготовить к бдению.
А потом Леофрик просто наблюдал, как солнечный свет движется по комнате по мере того, как день подходит к концу, а король Эдрик стоял там, где стоял, на коленях на полу, где в последний раз держал свою дочь. Леофрик и Эдрик сидели тихо и ждали.
Леофрик подумал о гувернантке Дреды, его чувства менялись от вины к ярости и обратно. Она должна была приглядывать за Дредой. Это и была ее работа. Но Леофрик тоже был виноват — и в побегах сестры, и в безнаказанности гувернантки. Он должен был сказать отцу. Ему не следовало быть таким веселым и нежным с сестрой, когда она начинала проказничать.
Он видел в ней себя и не хотел запирать ее свободный дух в клетку. Он гордился тем, что она вырвалась на свободу.
А теперь она умерла.
— Как это случилось?
Это были первые слова, произнесенные отцом за последние несколько часов, и произнесены они были совершенно бесстрастно. Леофрик обернулся, но король не двинулся с места.
Эдрик встал.
— На нее напали варвары в лесу.
— Ты уверен?
— Ее тело нашли недалеко от их лагеря. Она была… такой, какой ты ее и видел. Да, мы знаем, что это так.
— И она была одна в лесу.
— Да.
— Схватить гувернантку.
Леофрик чуть было не возразил, но вовремя прикусил язык и позволил Эдрику выйти из комнаты, чтобы выполнить приказ отца.
Когда он ушел, король встал. Он отряхнул колени и поправил одеяние, затем подошел и сел в кресло, в которое упал раньше. Глядя на Леофрика, все так же бесстрастно, он заговорил:
— Расскажи мне, что случилось прошлой ночью. Я послал вас подготовиться к обороне, а вместо этого вы вернулись ко мне, пропахшие дымом и несущие на руках тело своей сестры.
Вернулся король Меркурии. Он отбросил отцовское горе и снова поднял на свои плечи долг и власть короля.
Леофрик описал произошедшее. Когда он закончил, отец уставился на пустой камин.
— Вы оставили кого-то в живых — значит, это не победа. То, что они сделали с твоей сестрой… это искупит только их полный разгром. Вы должны вернуться и прикончить их.
 
Они нанесли сокрушительный удар по лагерю врага, но и сами понесли тяжелые потери во время нападения прошлой ночью. Сейчас для атаки не было сил. В безрассудной ярости они могут превратить победу в поражение. Но у мести их отца был выход. Эдрик позаботился об этом.
— Если позволите, отец… мы схватили одну из их женщин-воинов. Она — их лидер. Сейчас она в подземелье. Эдрик хочет, чтобы она искупила смерть Дреды.