Трубадура (СИ)

- Пошли, такси уже ждет, - Степан снова потянул ее за собой. Тура пошла покорно, глядя широко распахнутыми глазами вокруг, будто вбирая, впитывая в себя все – солнце, небо, шум пестрой толпы. Но все же задала вопрос из репертуара упрямого ослика.
- Нас ждут, Степ? Ты предупредил?
- Ждут, - не моргнув глазом, соврал Степан. Он приметил нужную машину и целенаправленно шел к ней.
Он не позвонил и не предупредил. Во-первых, не до того было – дел нужно было провернуть кучу в кратчайший срок. А во-вторых, по телефону  это все не объяснишь, только переполошишь. Вот приедет домой – и будет объяснять.
*
Дом  выглядел тихо и безмятежно. Возможно, и нет никого, время одиннадцать, Василиса на рынке, отец и Лелик на работе. Но запасной ключ наверняка на своем месте в полном ракушек облупившемся фаянсовом кувшине на веранде.
- Степа… - ослик Тура снова встала. На этот раз в замешательство ее привела надпись возле калитки. На таких обычно пишут предупреждения про злых собак. На этой было изображение скалки и  надпись:
Василиса добрая, но нервы ни к черту.
- Василиса – это же… твоя бабушка?
- Угу,  - Степа протянул поверх забора руку и поднял щеколду. – Батя табличку сделал. Во избежание.
С абсолютно круглыми глазами Тура шагнула на территорию дома семьи Кузьменко. И почти тут же стукнула дверь. Василиса Карповна оказалась дома.
Ступила с крыльца и широко раскинула руки.
- Степка, сотона, чего же ты не позвонил, не предупредил! - Василиса не сразу выпустила внука из крепких объятий.
- Так получилось,  - Степа шагнул в сторону и показал на девушку, что стояла на середине дорожки, ведущей от калитки к крыльцу. – А это Тура. Она поживет у нас.
С порозовевшего от жары лица Туры схлынули все краски, и она укоризненно уставилась на Степана. «Ты же сказал, что предупредил!» - безмолвно шептали ее губы. А Василиса Карповна уперла руки в бедра своим излюбленным жестом.
- А что же, у нее своего дома нету, что ль?
- У нее, кроме меня, никого нету, - ответил Степан ровно.
И Василиса Карповна после краткого раздумья кивнула.
- Ну пошли тогда в дом. Чего стоим на жаре-то?  - а потом, внезапно поддав громкости в голос: - Левка, Аркадий! Степа приехал!
Вот так сюрприз! Оказывается, все на месте. Ну, так даже проще. Наверное.
15.2
После очередной порции объятий и удивленных взглядов со стороны отца и брата вся компания оказалась на кухне – двадцать квадратов Василисиного царства, с тремя столами, газовой плитой и двумя огромными окнами на веранду и сад.
- Лев, отведи девушку в Степкину комнату, чтобы вещи кинуть, и покажи, где руки помыть, - взялась командовать Василиса. - Напомни, как звать-то тебя,  белявая?
- Тура, - негромко представилась Ту.
- От шо за имена нынче девкам дают, а? – Василиса поправила платок. – Будешь Тюлькой, а другое я не запомню. Ну, идите уже, может, в туалет человек хочет или еще чего – с дороги-то.
 Тура бросила на Степана беспомощный взгляд, но младший Кузьменко уже цепко ухватил ее за локоть и аккуратно подталкивал в сторону двери. Спустя минуту на кухне остались лишь Василиса и Степан – у Аркадия зазвонил телефон, и он ретировался на крыльцо.
- Ба… - Степан уже начал жалеть, что не предупредил. Хоть как-то надо было подготовить.-  Ну что ты так-то… Не надо с ней так. Знаешь, как ей досталось…
- Да не слепая  - вижу, - буркнула Василиса Карповна и переставила на столе миску с клубникой. – Ну и что мне теперь – плакать с ней, что ли? Ты ж не для того ее к нам привез. Отогреем, откормим. А к характеру моему пусть сразу привыкает – все одно меняться мне поздно уже.
Степа успел широко улыбнуться на слова Василисы, и тут вернулся отец.
- Аркадий, ты мне таблицу расчерти, - обернулась к зятю Василиса Карповна. – Чтобы там две колонки было.
- Зачем? – изумился Аркадий Ефимович. Он с любопытством переводил взгляд с тещи на старшего сына.
- Контроль веса осуществлять будем, - строго ответила Василиса. – Степка, ты когда приедешь с проверкой?
 
- Через месяц, не раньше, - Степа с трудом сдерживал желание расхохотаться. Если за дело берется Василиса Карповна Георгадис…
- Ну, десять кило не обещаю. Но пять – точно.
От двери раздался громкий Левкин смех. Стоявшая рядом Тура еще больше округлела глазами. Хотя, казалось, дальше уже некуда.
- Ну а теперь все брысь с кухни! – Василиса выдвинула ящик и достала кастрюлю.  – Через полтора часа обед, у меня еще ничего не готово.
 *
 - Степ, не уезжай.
Он только вздохнул, обняв ее крепче. Они сидят на его кровати, прижавшись спинами к стене. Самолет у него через пять часов, на все про все – меньше суток.
- Ту, - он за эти дни израсходовал запасы терпения на пять лет вперед.  – Я не могу остаться. Ты что, предлагаешь забить на мой первый чемпионат Европы?
- Нет, конечно, - она сильнее вжалась щекой в его плечо.  – Прости. Не буду ныть.
Голос ее звучал так уныло, что хоть самому вой.
- Ну чего ты боишься, скажи мне? – он шевельнулся, вынуждая ее поднять голову со своего плеча. – Ту, тебя тут никто не обидит. Они очень хорошие, хоть и кажутся странными.
- Я… я не хочу быть в тягость.
- Нет, ты им не в тягость, - он произнес эти слова без сомнения в голосе. Потому что был уверен в них твердо.  – Тучка, мне нужны прикрытые тылы. Ты же хочешь, чтобы я хорошо сыграл?
- Хочу, – она улыбнулась. – Очень.
- Я не смогу играть нормально, если не буду уверен, что с тобой все в порядке. А тут за тобой… В общем, если ты  будешь тут – я буду спокоен.
- Хорошо, - она снова устроила голову ему на плече.  – Раз это тебе так нужно – я буду здесь. Постараюсь никому не доставлять неудобств.
- Ту…  - все-таки уже беспомощно вздохнул Степан.
- Медаль мне привезешь за хорошее поведение?
- Договорились.
*
Уже в самолете Степан прокручивал – все сделал, что спланировал? И правильно ли напланировал? Кажется, да. Тура дома, в хорошем и надежном месте, с хорошими и надежными людьми. Телефон он у нее забрал, чтобы никакая Падлна не звонила и не мешала процессу физического и психологического выздоровления. Ключи, документы и телефоны нужных людей - все у него. Но это после соревнований.
Как много у него стало дел и хлопот по сравнению с тем, что было еще полгода назад. Степан повел плечами и искренне обрадовался движению в окне иллюминатора. Покатили. Чем быстрее начнется полет, тем быстрее закончится. С его ростом эконом класс – пытка. А что до хлопот – не тяготят. Потому что есть ради кого. И кроме него все равно некому. Тучка свое отхлебала, теперь его очередь. Да и у самого Степы другие интересы и другой расклад. Ладно, впереди важные соревнования, надо там показать свою игру. А потом между Европой и Миром смотается в Питер и наведет там свои порядки. Или после  - как получится.
15.3
*
- Степан, ты не перебивай, а слушай отца!
- Пап, я все понял. Дай мне Туру. Пожалуйста.
- Успеется. Я вот что хочу про схему рокировки сказать – ты вашему тренеру передай…
Прижавшись затылком к стене, Степа выслушивал  рекомендации тренера детской волейбольной секции из города Ейска, пока команду не позвали на награждение. С Турой он так и не поговорил. Решение оставить ее пока временно без телефона казалось уже не таким правильным. Ей так, конечно, спокойнее. А поговорить у них возможностей – ноль повдоль.
Звонить приходилось либо на номер Лелика, либо на отцов, либо на городской. Был еще скайп, но туда удавалось прорваться редко.  Нет, Степан был полностью информирован – что летняя одежка куплена, что Ту кушает хорошо, спит тоже, дела ей нашли. Но что, как, подробности – нет. Всем некогда вести долгие разговоры, включая его самого. И перспективы приехать отодвигаются. Игры, перелеты, и еще в график нужно как-то вкроить поездку в Питер – Яков звонил, бьет копытом и рвется в бой.  А впереди – Мир.