Проснуться ото сна (СИ)

— Помню, ты говорил, что девушек у тебя было не очень много. Сколько конкретно? — Он задумался над своим ходом, прикидывая возможные комбинации развития событий и делая вид, что не замечает мое недовольство данной темой.
— Чтобы узнать меня лучше, обязательно начинать с этого? — Я поерзал в кресле, с начала разговора устроиться поудобней не получалось.
— Могу начать я, мне несложно. — Он сощурил глаза, смотря на меня хитрым взглядом. — Ты проиграл.
— Следующая партия будет моя, — слегка разочарованный из-за проигрыша произнес я, не желая мириться с поражением и настраивая себя на победу.
— Ты не голоден?
— А ты? — Энджил шутливо склонил голову на бок, демонстрируя открывшуюся нежную шею.
— Не льсти себе. Ты, как объект вожделения, меня не привлекаешь.
Энджил надул губки, совсем не по-мужски.
— Эх, ты не знаешь, от чего отказываешься, — он вновь обратил на меня свой чистый взор. — Я жду, первый ход твой.
В задумчивом молчании мы провели несколько минут. Каждый обдумывал стратегию дальнейшей игры, полностью погруженный в свои мысли.
Первым молчание нарушил Энджил:
— Уверяю тебя, любовь — это прекрасно. Ты многое потерял, убегая от нее, поддаваясь заложенным с детства страхам быть нелюбимым. Негативный опыт, полученный в детстве, сильно может подпортить будущее.
— Да не волнуйся ты так сильно, сейчас я общаюсь с девушками, ты это видишь своими глазами.
— Общаться общаешься, но ни одну не подпускаешь к себе близко. Будь внимателен, ты подставил свою фигуру. — Он цокнул языком. — Я опять выиграю. — На одну черную шашку в моей игрушечной армии стало меньше. — Давай так, кто проиграет, выполняет одно желание, это будет намного интересней.
Посмотрев на Энджила, не смог скрыть улыбки, вспомнился день, когда Николос предложил поспорить на желание. Тогда была ничья.
— Что за желание? — Решил уточнить я.
— Любое желание, каждый придумает то, что захочет. — Энджил одарил меня загадочным взглядом, сделав жест рукой в сторону. — Взбодрись же и начни думать.
Вторая партия длилась долго, Энджил успевал и говорить, и думать, быстрота мысли и точность подмеченных во мне черт немного пугала. Он описывал меня, будто я сам рассказывал о себе, упуская лишь отдельные моменты из жизни.
— Я боюсь тебя, мой друг, ты словно видишь меня насквозь. — Я смотрел на поле нашей битвы и понимал, что проигрываю.
— Я лишь говорю, как вижу и не более. Посмотри на меня, посмотри на себя, как мы избалованны жизнью. Наше теперешнее положение — расплата за то, как мы жили, не слушая ни себя, ни других, идя наперекор всему. Сейчас я понимаю, что просто не хотел замечать странностей в поведении Жозефины, обманувшей меня. Не смотри так, ты же видишь, мне до сих пор больно говорить об этом, и я ненавижу себя за ту слепоту и за обманутых мной девушек. Повторюсь, даже зная исход всей этой истории, я попытался бы поменять концовку, но не отказаться от этих чувств.
— Я в замешательстве, что ответить на твои слова.
— Скажи, что ты готов выполнить любое мое желание. Партия снова моя. — Он сделал глоток вина из хрустального бокала, поднес его на уровень глаз и посмотрел сквозь него на меня. — Так ты весь светишься.
— Ты слишком хороший игрок Энджил, мне еще нужно учиться. Давай говори, что ты хочешь. — Мне хотелось поскорее покончить с формальностями.
— Хитренький, я не успел придумать тебе задание, дай мне время.
Глянув на занавешенные шторы, я прислушался к своим внутренним часам, рассвет должен был наступить уже совсем скоро.
— Извини, мне придется оставить тебя, благодарю за компанию, — я откланялся и ушел решать вопросы завтрашнего дня.
  
Глава 12
 
Сегодня у нас в доме гостила Глория. С недавних пор она заезжала к нам регулярно, я не мог отказать ей по определенным обстоятельствам, возникшим в прошлом месяце. А дело обстояло так.
Я изредка выбирался в свет, чтобы заводить выгодные знакомства, следил за модой, узнавал новости и сплетни от воркующих прелестниц. В тот вечер я заметил в зале Марго с Лари и, прячась за приглашенными, направился к выходу. Была и еще одна причина моего скорейшего ухода: целый вечер я ощущал на себе взгляд одной молодой особы, и что в ее круг интересов попал именно я, сомневаться не приходилось. Когда я был уже у самого выхода, пышная женская фигурка преградила мне дорогу. От неожиданного появления ее из-за колонны мы чуть не столкнулись. Она поприветствовала меня, слегка присев, глядя на меня глазами глубокого карего цвета.
 
— Я бы хотела потанцевать с вами до вашего ухода, — ее вкрадчивый шепот зазвучал как музыка в моих ушах.
Я оказался настолько сильно заворожен ею, как я понял позже, так повлияла на меня ее магнетическая энергетика, что подал руку, облаченную в белоснежную перчатку, приглашая на танец.
Отдаю должное, танцевала она великолепно, кружась по залу, как легкое перышко. Ее искрящиеся глаза то и дело поглядывали на меня.
В тот момент я позабыл даже о Маргарите, от которой собирался скрыться.
— Меня зовут Глория, и вижу, вы поражены моей наглостью. Я наблюдала за вами в надежде понять, кто Вы.
— Приятно познакомиться, я Алекс и, если честно, я не понимаю, к чему вы клоните, — я приподнял ее над полом, подхватив за талию. Весь вечер я ощущал непонятные мне покалывания на теле, легкое беспокойство, словно до меня робко дотрагивались женские пальчики, при этом близко до последнего момента ко мне девушка не подходила.
— Хорошо, спрошу напрямую: кто Вы? — И не желая выслушивать вздор, который сказал бы каждый человек на этот вопрос, добавила: — Кто кроется за этой маской с красивым человеческим лицом?
Я немного растерялся, никак не ожидая услышать подобный вопрос, и лишь мягко улыбнулся, желая скрыть овладевшие мной чувства. Музыка стихла, мы покинули центр зала и оказались в противоположном конце помещения.
— Девушка, с которой вы пытались избежать встречи, идет сюда, — шепнула она тихо, кротко улыбнувшись. — Я все улажу, доверьтесь мне.
Отчего-то я решил так и сделать. Она непонятным образом располагала к себе. В первый раз с такой легкостью доверился незнакомому человеку. Я стоял, с легким волнением ожидая приближения Марго, скрывая гримасу боли от воспоминаний на своем лице. За ней следом семенил, как ручная собачонка, Лари. Сейчас это сокращение имени подходило ему как никогда, и красивым именем Илларион назвать его было сложно.
— Добрый вечер, — Марго заговорила первой, ее терпение иссякло еще на пути ко мне. Ее глаза бешено бегали, оценивая меня, сравнивая с прошлым идеалом, ставшим наваждением. — Возможно, мы были знакомы с вашим отцом или родственником. Вы очень на него похожи.
— Меня зовут Глория, и смею вас заверить, что господин Анатоль недавно прибыл в эти края из-за границы и вся его семья, как и он сам, ранее не бывали здесь. Должно быть, вы его с кем-то перепутали.
Марго более внимательно посмотрела на меня, отказываясь верить этим словам.
— Я не думаю, что это совпадение, двух одинаковых людей не бывает. Где вы остановились? — обратилась она ко мне с напором в голосе, не желая отступать.
— Такой вопрос от замужней женщины как минимум неприличен, — ответила Глория, пресекая ее.
— Дорогая, пойдем, — Лари осторожно взял супругу за локоть, та выдернула его из слабой хватки мужа. Бесцельный взгляд друга смотрел на меня, не выказав и тени узнавания и с явным безразличием и усталостью от постоянного недовольства и скандалов Марго. — На нас смотрят люди.
Маргарита еще выше задрала подбородок, демонстрируя ее уверенность и превосходство над всеми, и пристально посмотрела в мои глаза. Это раньше я краснел и смущался, уже давно магия ее глаз перестала действовать на меня. Я стойко встретился с ней взглядом. Наконец поняв, что она бессильна, прежде чем уйти, она сказала:
— Я надеюсь, мы еще встретимся, — она прищурилась, мило улыбаясь, став в моих глазах на миг той самой Маргаритой, которую я знал раньше. Я поклонился ей и протянул руку Лари, тот принял ее, слегка сжав, и они оба в спешке удалились.