Бывшие. Измене вопреки (СИ)
Кстати, о награждении. Мы так хорошо поработали в прошлом году, что заработали престижную награду, которую завтра поедем забирать. Ну, если я найду, в чем мне поехать, конечно. Вот на это платье большая надежда!
Я честно пыталась придумать что-нибудь с обычными вещами, но из-за огромного живота ничего приличного не находится, вещи моего размера так не тянутся, а большие хорошо сидят только в районе живота. Помню, когда видела Анфису беременной, она явно обычные наряды выгуливала со своим аккуратным животом.
Не могу сказать, что мы общаемся, так, изредка узнаю от нее какие-нибудь новости, когда ей хочется пожаловаться. Никак не пойму эту привычку, жаловаться на своего мужа бывшей своего мужа, но, видимо, подруг у нее немного, а семейство там – мама не горюй.
У них с Лёшей родился сын и ему вот-вот исполнится год. Бабушка и дедушка вышли на пенсию, в связи с известными скандальными событиями, и теперь очень помогают в его воспитании.
Анфиса, как и я в свое время, выслушивает Лёшин бубнеж, но моё имя там больше не мелькает, так что можно расслабиться. После рождения сына она знатно пилит его в ответ, так что ссорятся они довольно часто. Правда, по свидетельствам очевидцев, которые находятся в моем окружении, потом ходят подозрительно довольные.
Лёша, кстати, таки открыл свою сеть фитнесов, так что я очень за них рада. И успешно пытаюсь сталкиваться с этой семейкой поменьше, от греха подальше.
Наконец, я влезла в платье и оно сидит идеально, так что я сразу выдыхаю, ведь больше не напоминаю розовый дирижабль, с этим можно жить.
У Ани, кстати, новое увлечение, она прошла курсы по дизайну интерьеров и собирается работать с нами. Ну, пока с Димой, а я присоединюсь, когда выйду из декрета.
Наша компания очень выросла и трансформировалась в большой холдинг, так что помощь очень нужна.
Не зря же мы тут награды выигрываем, вообще-то.
Я стараюсь не вспоминать о Рите, да и Дима обычно мне не напоминает, но сам следит за ее историей. Она осуждена условно, провела полгода на принудительном лечении, хотя я не слышала, чтобы принудительное лечение сейчас вообще существовало, а потом родители забрали ее куда-то в Данию. Видимо, постигать Хюгге.
Я слышала только обрывки из его разговоров, что-то о диссоциальном расстройстве личности, подозрении на шизофрению, но подробностей он мне не рассказывает. С другой стороны, зачем мне их знать, если я точно знаю, что я в безопасности, а она принимает лечение далеко отсюда и врачи признают ее неопасной. Но место жительства в рамках города мы все-таки поменяли.
Почти через месяц на свет должен появиться наш первенец, мои мысли в большей степени заняты именно этим. Ждем девочку, правда спорим пока насчет имени, почему-то Диме кажется, что Забава – неудачное имя для маленькой принцессы, так что он предлагает назвать ее Евой. Сошлись на том, что сначала посмотрим на дочь, а потом будем решать, на кого она похожа больше.
Все анализы в норме, тесты проходят на отлично, так что мы даже слетали на море, к еще одному нашему бывшему однокласснику и близкому Диминому другу, Егору.
- Ты готова ехать домой, любовь моя? – приоткрывает шторку примерочной Дима и присвистывает. – Отличное платье, любимая.
- Я всё равно огромный и неповоротливый морской котик, но вроде всё выглядит прилично, - я морщу нос, еще раз поворачиваясь вокруг своей оси.
- Ты не морской котик, Алиса. Ты – целая планета. Мой дом, мой смысл и моё всё. А скоро ты обзаведешься спутником, - указывает он на мой живот, и я улыбаюсь еще шире.
- Да, маленькой, вечно кричащей Луной. Иди уже сюда, астроном-философ, меня очень нужно поцеловать, - шутливо ворчу я и тащу его поближе к себе.
И нет ничего лучше в мире, чем целовать моего любимого мужа в этой просторной примерочной, в магазине одежды для розовых дирижаблей, вроде меня.
Ну, может быть, только если сюда принести арбуз.
Но это не точно.