Рунолог. Том 2 (СИ)

О том что местные спецслужбы тоже не обрадуются подобным происшествиям на их территории можно даже не упоминать. После того как одна из брошенных ими полевых лабораторий превратилась в настоящую бомбу сумевшую поколебать даже "всемогущих" эол военное присутствие в этом регионе не просто усилилось - эти психи на полном серьёзе начали выставлять кордоны у границ городов и проверять все обозначенные на картах поселения. А потом, они собираются проверить все не нанесённые на карты поселения и даже охотничьи дома, которые местные любят оборудовать для своих периодических вылазок на охоту.
Многое он мог сказать о периодически демонстрируемой безалаберности, но вот упорства и целеустремлённости у местных много. Наблюдая за их повседневным поведением он уже начинал забывать об этом, но стоило лишь чуть-чуть "прижать" и население страны разом напомнило почему не смотря на тотальный разгром они сумели удержать за собой статус сверхдержавы.
Поэтому сейчас они отступят и перегруппируются — слишком велик риск попасть в поле зрения местных спецслужб. Жалко, конечно, бросать подготовленную инфраструктуру и обрубать часть «низшей» агентурной сети, но такова работа, поэтому, закончив свой отчёт, агент начал собирать свои вещи и готовить документы, необходимые для отъезда — всё-таки он тут находится вполне официально, и переезжать в другую область он будет, как и все местные, — через кордоны и все проверки. Всё равно никаких тайных или явных правонарушений за ним нет, а оборудование или данные он с собой тащить не будет — слава цифровизации и интернету — никаких проблем с передачей данных нет и не предвидится.
...
Спокойно работающий агент не мог увидеть, как «ничего не подозревающий» объект слежки бросил на него отнюдь не приятельский взгляд прямо сквозь стены. Не заметил он и духа, который буквально «спрятался», замаскировавшись его энергетикой, и в ближайшее время будет очень внимательно высматривать всех его сообщников. Не заметил он и другого духа, который использовал энергетику для создания «резонансного эха» и поиска всех причастных к его работе, особенно выделив начальство и подчинённых, позволив другим «ищейкам», будто ракетам с лазерным наведением, направиться к ним для того, чтобы разведать обстановку и при возможности послужить поисковому духу маячком, позволяющим переместиться туда и расширить сеть подозреваемых.
Они будут искать.
Они будут находить... И искать вновь.
Они будут раскать в поисках того кто посмел разозлить Владыку.
Как ненависть его, они будут ждать, дабы растерзать всех кого найдут.
Секретность - не поможет.
Стены - не скроют.
Стражи - не спасут.
  
Глава 22
 
Я очень не люблю холод. Началось всё ещё с тех времён, когда я был молод, не сильно-то горяч и учился в нашем тогда ещё училище, которое при мне прошло аккредитацию и выпустило меня под эгидой института водного транспорта. Мне в своё время эта мелкая приписка в дипломе помогла дотянуть до того момента, как я смог доказать свои знания делом. А вот за что я не полюбил своё учебное заведение, так это за утепление старых деревянных окон, которые начали менять на современные аналоги как раз через год после моего выпуска — спасибо директору, мужик реально классно распоряжался выделяемыми государством средствами и держал всё в жёстком порядке.
Но вот пока я учился в классах, было достаточно прохладно, а у меня в силу наследственности не было достаточного количества подкожного жира, чтобы выдерживать это, не «подогревая» тело какими-нибудь действиями. И случалась абсурдная ситуация, когда мне приходилось под форму надевать тёплую одежду, но при этом учитывать, что, как только я начну передвигаться, я тут же начну перегреваться. Тело-то я спас, а вот серые от холода ладони и их постоянные растирания стали моей визитной карточкой, и, естественно, после такого опыта мёрзнуть я не очень люблю. Я бы даже сказал, очень не люблю.
«Или я стараюсь хотя бы на грёбаную секунду избавиться от сковывающего мои внутренности ужаса, поэтому готов даже в ледяной душ залезть, лишь бы меня хотя бы на грёбаную минуту отпустило». — «Саркастично заметил я самому себе, перекрывая воду, протягивая руку за полотенцем и замечая, что изрядно трясущиеся нервы наконец-то начали приходить в норму».
 
Да, теперь тряслись не только нервы, но и всё остальное тело, но после этой шоковой терапии мне действительно стало чуточку лучше и физически, и морально. По крайней мере, идея вырезать к чертям собачьим всю разведку «косоглазых», спалив по пути их главное разведывательное управление и всё правительство заодно... не кажется такой хорошей. По крайней мере, ТАК я подставляться не буду. С другой стороны, есть более... эффективные варианты, осталось понять, что из этого я сумею организовать и смогу ли сделать хоть что-то, не влезая в долги к нашим «молчунам». А желательно оставшись просто деревенским шаманом, который не любит людей в принципе и никому особо не интересен, ибо по жизни тот ещё кадр...
... Сомневаюсь, что на такое можно рассчитывать после инцидента с эол, но помечтать об идеале — никогда не вредно. По крайней мере, будет понятно, к чему стремиться.
В крайнем случае можно будет аккуратно подставить всех местных гавриков перед нашей контрразведкой, заодно организовать случайную «потерю» данных, которые они накопили. Не факт, что у меня получится такое организовать, но как вариант действий можно оставить — благо эти косоглазо-некосоглазые решили затихариться и прекращают крутиться рядом со мной.
Было бы ещё круче, обнаружь я этого наблюдателя ещё тогда, когда я сюда приехал, но идея использовать как точку отсчёта для поиска «взаимосвязей» самого себя пришла мне в голову слишком поздно. И то дух едва не свалил куда подальше, когда выявил самую «явную» мою связь... С Хтонью, ага. Еле-еле уговорил его остаться и доделать дело, а не лететь в неведомые дали быстрее своего визга. В принципе, это было бы достаточно просто, если бы эта саркастичная покость, заметившая манипуляции духа, не вмешалась, пообещав не трогать его. Вот прям «Честно-Честно». Я думал, бедолага умудрится схватить инфаркт и инсульт единовременно, наплевав на полное отсутствие необходимых для этого органов, но через некоторое время дух пришёл в себя, очень осторожно закончил то, ради чего я его нанял, и даже согласился поработать на меня ещё некоторое время, помогая мне найти всех причастных к случившемуся, а заодно распихать пару десятков злобных тварей поменьше.
И раз уж пока что у меня есть свободное время, стоит потратить его с максимальной пользой, поэтому, обтеревшись и одевшись, я покинул душ, пообедал, благо время вполне соответствовало, и, загрузившись двойной дозой успокоительного, завалился спать...
Да, самым полезным делом, которое я смог сейчас сделать, оказался банальный отдых для заманавшегося разума и малость задолбавшегося тела. Зато с каким же удовольствием я проснулся на следующее утро — словами не передать! Тепло, хорошо, Илия больше не крутится рядом, будто я фарфоровая ваза, Химико не пытается вжаться в стеночку, дабы я мог беспрепятственно пройти мимо, да и «шпиён», чтоб ему в могилу улететь да вперёд ногами и со свистом, свалил, не оставив никакой замены.
Либо меня всё ещё не отпустило успокоительное, либо моя жизнь действительно классная штука.
Впрочем, обдумав всё за кружкой чая и зрелищем восходящего солнца, я решил остановиться на втором варианте, поэтому обрадовал едва продравшую глаза ученицу тем, что мы наконец-то начинаем занятия вне квартиры, поэтому у неё есть целых два часа на то, чтобы позавтракать, привести себя в порядок и подготовиться к продолжительной пробежке, которая закончится аккурат на моём испытательном полигоне. Буду показывать, что, зачем, на кой и самое главное — как. Заодно подновлю защитные контуры и проведу пару экспериментов, а то у меня после того, что я учудил с эол, голова пухнет от идей, и бумага в записной книжке от схем и предположений скоро совсем чёрной станет — столько я там начеркал всякого-разного. Хорошо, что сразу в гримуар записывать не решился — не хочу там грязь наводить.