СПИРИТ II (СИ)
Эйни Альф и Катан были убиты при задержании после почти пятиминутного боя в комнате для задержания пришельцев, маг же Чак Альф без энергии Спирита не смог оказать сопротивления и был взят в плен. Видео пятиминутного боя прилагалось, и я решил посмотреть его позже.
В своём мире владеющего зеркалом мага они, конечно же, уничтожили, потому что трудно предположить, что переход на Терру стал возможен с позволения адепта Тирипса.
Я прочел заключение экспертов по информации. Вердикт был один: «ломать волю — вести допрос.»
Я оторвался от чтения и понял, что пропустил момент, когда голова пленника склонилась на стол.
— Цепь вверх! — приказал я системам. Повинуясь антигравитационной тяге механизмов, стол медленно поплыл к потолку, заставляя волка повиснуть, едва касаясь когтями бетонного пола.— Тирипс, — воззвал я к системе, настраивая специальный канал допроса, чтобы существо понимало мои вопросы и могло говорить со мной без переводчика. Удостоверившись, что пси-мост выстроился с сознанием обессиленного фурри, я начал:
— Чак Альф… Именно так было написано на вашем жетоне? Кстати, кто на диверсию с нагрудными жетонами ходит? Вы в своём мире нас совсем за дураков держите?
Волк не ответил и продолжал болтаться, смотря на меня безэмоциональными жёлтыми глазами.
— Чак, — продолжал я, — если вы будете сотрудничать, то я обещаю, что с вами всё будет хорошо.
Кончики окровавленных порванных губ дрогнули. Волк обнажил свои через один поломанные зубы, смотря на меня взглядом, полным молчаливого сумасшествия, и произнес, глядя мне в глаза:
— Ничего не будет уже хорошо, майор. Ни у меня, ни у вас.
— Мудрое решение, Чак, — ободряюще проговорил я. Мои коллеги, работавшие с ним до меня, не удостаивались даже такой чести. Всё, что я прочёл, было почерпнуто из записи их переговоров во время сопротивления захвату и снятых с трупов нагрудных жетонов с именами и порядковым номером в Альф Инкорпорейтед.
— Ваш мир, майор Хелл, утонет в пламени, тут не останется ничего, — произнёс волк и закашлялся. А вот это было уже новостью. Откуда пришелец знает моё имя?
— С чего вы взяли, что я это тот о ком вы говорите? — Я обошёл зверочеловека. Серо-черный подшерсток с небольшими проблесками седых волос на холке был плотно примят, как бывает, когда долго носишь на голове фуражку или кепку и волосы принимают форму привычного для них головного убора. Шерсть пленного свидетельствовала о том, что ему приходилось буквально жить в силовой броне. Шрамы, потертости, седина на загривке… Передо мной висел не вчера призванный или созданный юноша. Это был ветеран.
— С того, что она сказала мне, — прохрипел волк.
— Она? — переспросил я.
— Перед тем как погибла.
— Вы о кемономими лисице?
Ответом мне был утвердительный взгляд.
— Откуда ваша лисица обо мне знает?
— Она предрекла. Она ведающая. Но теперь она убита, и ваш мир сгинет… — он снова закашлялся. — У меня для тебя от нее дар.
«Бред! — мелькнула мысль. — Как она могла предсказать, если была в другой системе? Или они научились ломать паритет видящих?»
Разговор становился интересным. Я глянул на камеры, которые фиксировали всё, что я делал с пленным. Оказалось, я продвинулся в диалоге с фурри за какую-то минуту дальше, чем наши эксперты за почти неделю. Нужно было продолжать.
— Она из ваших, из Тирипсов. И узрела, что именно тебе нужно вручить эту весть.
— Сколько вас всего? Зачем вы прибыли на Терру? — вернулся я к протоколу ведения допроса.
— Нас было трое…
— Поймана ещё одна группа, которая тоже состоит из трех: воин, видящая и маг, — соврал я ему. — И от того, что вы скажете, зависит их жизнь.
— Моя жизнь и смерть предрешена и не имеет более смысла. Сюда мы прибыли втроем.
— Зачем вы тут?
— В вашем мире скоро грядёт жатва. Это все, что я могу тебе сказать! — Чак повис на цепях. Вместо обычного вздоха из его груди вырвался хрип.
— Вы держались пять дней. Мы можем мучить вас ещё столько же, — произнёс я, удивляясь воле пленного. Пять дней без сна под воздействием пыток — это сильно. Я поймал себя на мысли, что окажись на его месте, или не сдавался в плен вовсе, или всё бы рассказал, торгуясь до последнего за свою жизнь и стараясь быть полезным до конца. Но волк Чак Альф был типичным бойцом Спирита — упрямым, фанатичным, глуповатым.
— Не сможешь! — сообщил фурри — Твоя судьба предрешена, как и моя. Когда я передам это…
— Что вы мне собираетесь передать и, простите, откуда? Вы передо мной голый, на вас нет блоков памяти и артефактов, вы отключены от Спирит… — При упоминании о системе врага меня, как всегда, передернуло резонансом энергий, словно током.
— До ухода с Землицы я создал волшебу, что не от Спирита, — прошептал волк.
«Что? — удивился я. — Неужели его не досмотрели на дополнительную магию?»
Щит-анти-спел сам собой поставил невидимый барьер между мной и волком. Конечно, Чаку в таком состоянии просто не хватит мощи меня пробить, но мало ли.
Я взглянул на пленника через мир магии. Действительно, в области его сердца находился мелкий, генерирующий силу магический цикл, который уже готовил такую же маленькую, но, готов был поспорить, злую атаку.
— Чак, вы не пробьете этим мою защиту. Для вас же лучше разрядить цикл и продолжать отвечать на мои вопросы и дальше.
Волк словно не услышал…
Глава 12. Отлучён
— Я всё сказал тебе, эмпат! — Он закашлялся снова, гремя цепью наручников. — Всё-таки Эйнилла была права…
— Я не эмпат, — улыбнулся я, радуясь, что хоть чего-то про меня они всё же не знают.
— Давно ли ты, мультикласс, получал опыт⁈ — выкрикнул волк, и его цикл выстрелил, но не в меня. Энергетическая дуга изогнулась вблизи его тела и ударила ему же в сердце. Тело волка изогнулось и обмякло.
— Стой! — вскричал я — Охрана, медик! У нас самоубийство!
Я мог бы сам помочь пленному магией Тирипса, но снимать щит ради фурри было очень опасно — слишком уж всё это было похоже на какую-то вражескую уловку.
«Зачем он так сделал?» — гадал я, видя, как морда Чака сначала скривилась от боли, а потом ослабла, превращаясь в улыбку смерти, всё ещё взирающую на меня тускнеющими глазами.
Чертов волк, чего он хотел этим добиться? Я ведь пообещал ему жизнь! Ответ не заставил меня ждать, и осознание будто резануло меня лезвием тупого, ржавого ножа.
'Хэлл Клаус:
Тирипс рейтинг: + 30000, рейтинг повышен до 400000, ранг повышен до 12, магия 4, предвиденье 3, обретён скил эмпатия 1'
— Нет, ссука! Тварь! Нет! — выкрикнул я, впервые выходя из себя, теряя самоконтроль, ощущая сразу весь мир, корчась и до скрежета стискивая зубы, внезапно зеркаля угасающую сердечную боль врага. Моя новая способность была концом всего — карьеры, комфортной жизни и, возможно, даже свободы. И он, волк Чак Альф, это знал. Знала и она, Эйнилла — видящая Тирипс, пришедшая в наш мир в боевой группе с врагом, успевшая каким-то образом передать всё то, что я услышал от волка про себя, хотя у неё было слишком мало времени.
— Чертов фурри, почему я⁈ — вырвался вопрос, на который болтающийся на цепях волчий труп уже не мог ответить.
Я поздно сообразил, что можно было как-нибудь скрыть эмпатию, можно было притворится, что всё это бред фурри — врага народа Терры. Но проклятая эмпатия включилась и ударила по мне быстрей, чем разум понял, как с этим бороться. Но самое плохое было в том, что моя истерика записывалась со всех ракурсов на целых пять электронных глаз. Записывалась, и я даже не сомневался в том, что тут же и просматривалась.
Вот так в один момент рухнуло всё. Я всегда боялся этого, и вот оно случилось. Но, может, можно будет договориться с нашими и убедить, объяснить? Меня проверят тестами на самоконтроль, и я покажу устойчивые результаты! А если нет, а если я провалюсь, что тогда? Мысли метались в панике, и новая способность только усугубляла положение, не давала собратья и холодно думать.