Без тебя (СИ)
За болтовней с Олей мы не заметили, как началась пара. Я с воодушевлением ждала, когда начнется моя любимая пара по семейному праву. Я рылась в сумке и доставала тетрадь и ручку, так как забыла это сделать из-за разговора с Олей. Я никак не могла добраться до ручки, когда Оля начала пихать меня в бок. Я возмущенно на нее посмотрела, а она огромными глазами смотрела на меня и делала знаки в сторону доски. Я повернула голову и замерла в неверии.
Передо мной стоял и ухмылялся Данила, мать его, Андреевич! Он скалился и смотрел прямо на меня чуть ли не облизываясь. Господи, у меня сейчас инфаркт случится! Хоть бы он ошибся аудиторией! Хоть бы он просто так зашел к преподавателю!
— Здравствуйте, студенты. Меня зовут Данила Андреевич. Некоторые из вас знакомы со мной, а некоторым только предстоит познакомиться, — он снова смотрит на меня, а я не могу даже пошевелиться.
Все, кроме меня, поздоровались в ответ. Я от шока губы не могла разлепить.
— С этого дня куратором вашей группы буду я. Игорь Николаевич не может больше вести вашу группу по состоянию здоровья.
Пиздец!
У меня просто нет слов!
Я думала, что не увижу больше гоблина! Насколько я знаю, у него своя адвокатская фирма, и он еще дополнительно выступает в лучших университетах с лекциями. Такое себе развлечение, как по мне. Зачем ему нужно курировать нашу группу? Неужели другого преподавателя не нашлось? Он же даже не входит в преподавательский состав!
Я чуть ли не завыла в голос. Конец моим спокойным дням. Здравствуйте, нервозность, беспокойство и бессонные ночи с подготовкой.
Мы сидели всегда в первом ряду с Олей, и мне нравилось, что Игорь Николаевич часто задавал вопросы, на которые я спокойно отвечала, и мне не делали никаких едких замечаний. Теперь же любимый предмет превратится для меня в кошмар, а место на первом ряду так близко от гоблина станет настоящей пыткой.
Я готова была выскочить из аудитории и бежать сломя голову. Даже пощипала себя украдкой, в надежде проснуться от страшного сна, но нет. Это была моя реальность.
Что не так я сделала, что меня судьба так жестко нагибает? Почему моя жизнь превращается в какое-то разрушительное месиво?
Я даже не слышала про то, о чем он говорил. Я все еще была в шоке. Оля незаметно сжала мою руку, а я повернулась к ней. Она ободряюще улыбнулась ко мне и беззвучно сказала:
— Прорвемся.
Я бы не была так уверена.
— Ковалева, мне долго ждать ответ?
Я резко вскинула голову и посмотрела ему в глаза. В первую нашу встречу мне показались они удивительно красивыми. Сейчас же от его взгляда меня пробирал холод.
— Простите, я не услышала вопрос.
Гоблин скривился, но вопрос повторил. Я ответила без запинки, и ему, конечно же, не понравился мой ответ. Я готова была рвать на себе волосы и выть от отчаяния, а гоблин сыпал вопросами, на которые я отвечала собранно и уверенно. Только тогда он отстал от меня и больше не взглянул на меня за всю пару.
Господи, за что мне это?
Сегодня точно напьюсь.
Андрей
Месяц спустя
— Пап, ты решил насчет поездки? — спрашиваю я, когда захожу к нему в кабинет.
Отец задумчиво смотрит на меня, пока я ожидаю его вердикта, и вздыхает.
— Уговорил. Езжай. Тем более у меня здесь дел выше крыши.
Я сдержанно киваю. Целый месяц я уговаривал отца, чтобы поехать в Питер на конференцию с нашим проектом и выиграть тендер. Я пахал, не поднимая головы, потому что стоило хоть на миг остановиться и задуматься, как на меня накатывала жгучая тоска по Ане. Мне так хотелось заглянуть в ее глаза, прикоснуться к ней. Я всячески грузил себя делами. В бешеной гонке прошел месяц, в которой я умудрялся работать в автомастерской и в фирме отца, писать диплом и между делом ходить в тренажерку, чтобы спустить пар.
Мне безумно хотелось поехать в Питер, чтобы бросить себе вызов и посмотреть, на что я способен. К тому же вся подготовка занимала огромное количество времени. Я вникал в каждую бумажку и общался с таким количеством народа в течение дня, что лиц уже не помнил. Хотя у меня перед глазами стояло только одно лицо. Мне казалось, чем больше я буду работать, тем быстрее мне станет легче, и я забуду Аню. Но время шло, а ее образ из головы так и не испарялся.
Мы говорим с отцом о проекте. Он рекомендует мне приглядеться к некоторым из бизнесменов, которые будут там, чтобы я смог уговорить их стать нашими инвесторами. Я ощущал колоссальную ответственность и сосредоточился только над тем, чтобы выиграть тендер и заполучить инвесторов. На днях у меня вылет, а, значит, я должен быть максимально собранным и подготовленным. Отец доверяет мне, и я сделаю все, чтобы не подвести его.
— После Питера приезжай домой. Мама будет готовить праздничный ужин, независимо от результатов конференции.
— Хорошо. Стеша с Артемом будут?
— Куда они денутся, — усмехается папа.
Новость о том, что они вместе родители приняли спокойно. Если отец удивился, то мама ничуть. По ее словам, она всегда знала, что они придут к этому. Все радовались за них, а они так и лучились счастьем и любовью. Аж противно. Ладно-ладно. Я завидую. Ведь я потерял ту, с которой могло быть также.
Так. Все. Хватит. На сегодня я итак часто задумывался об Ане. Я старался контролировать это в себе, ведь ни к чему хорошему это не приведет, но не проходило и дня, чтобы я не вспоминал о ней. Сейчас нужно сосредоточиться на тендере. Только это сейчас главное для меня.
Глава 41
Анна
Я крутилась перед зеркалом в общаге и скептически смотрела на свое отражение. За прошедший месяц я снова похудела, и это не шло мне. Новые вещи, которые я купила перед Москвой, болтались на мне. Даже в гардеробе у Оли ничего не нашлось, чтобы нормально на мне сидело.
Поэтому сегодня я была в обтягивающих черных скини, коротком, черном топе без бретелей на застежке спереди и длинном черном пиджаке, который я застегнула на одну пуговку. Образ дополняли замшевые полусапожки на шпильке и теплое пальто. Я подвела глаза и накрасила губы алой помадой, волосы распустила и была готова идти. Оля уже вся извелась, ожидая меня.
У меня зазвонил телефон, и я поняла, что это снова отец. Я так и не смогла с ним поговорить. Все еще была не готова. Мама звонила с самого утра и долго поздравляла меня. Она была зла на то, что мой подарок задерживается из-за недобросовестной курьерской доставки, но я не переживала и всячески успокаивала маму. Она снова убеждала меня жить в квартире, которую подобрал мне отец, но я не хотела. Мне и в общаге жилось неплохо. Я даже начала готовить. А что делать-то? Кушать-то хочется. Оля сразу заявила, что не будет постоянно готовить, тем более она уже устроилась на работу официанткой в дорогущем ресторане, где оставляли приличные чаевые. Ей предлагали еще несложную работу в типографии, но она не согласилась. Работа официантки хоть и была тяжелой, но и денег неплохо удавалось зарабатывать. Особенно, когда она время от времени оставалась допоздна, то есть брала дополнительное время после смены.
Одна я бездельничала, завалив себя учебой. Кристинина знакомая не давала о себе знать, хотя сама Кристина говорила, что она обязательно мне позвонит. Я пока несильно волновалась на этот счет. Деньги у меня были, все-таки не зря я много заказов взяла перед отъездом. Да и папа перевел мне перед Москвой солидную сумму, от которой осталось больше половины, чтобы я купила себе самое необходимое.
— Ну ты скоро? — торопила меня Оля.
— Иду. Только сумочку прихвачу с собой.
Я запихивала телефон в сумочку, когда на него пришло сообщение. Я посмотрела сначала на номер и поняла, что это тот маньяк, донимавший меня. Я уже и забыла о нем. Давно он не писал. Когда открыла сообщение, то чуть ли не заорала.