Моя любовь на пятом этаже (СИ)

— Вот! А у нас вся ночь впереди! Что мы, обои поклеить не сможем?
— А ты умеешь? — засомневался Борис.
— Да че там уметь-то! Наливай да пей! — бодрячком заявил друг и озадаченно покрутил пустую бутылку. — Показывай обои-то!
Борис сгонял в кладовую, притащил пакет с логотипом строительного магазина и предупредил:
— Смотри, аккуратно!
— Да что ж я… не понимаю! — обиделся Толик и, повертев башкой, тщательно вытер пальцы о занавеску. Взял рулон и развернул. Повтыкал несколько минут, повернул вверх тормашками, поглядел еще раз, вернул в исходную позицию и поднял глаза на Бориса. — Что это?
— Понимаешь, — вздохнул Борис, — у Влада племянница есть. Три годика. Сестра не замужем, нагуляла по малолетству и подкидывает Владу Надьку постоянно. Вот он и решил в самой маленькой комнате обои детские поклеить.
— Не, — покусал губы Толик. — Я в принципе понял, что обои детские. Буйство красок как-то намекает. Но я про композицию в целом. Что это? — он ткнул в Бориса рулоном и развернул пошире, чтобы лучше было видно.
— Ну… — еще больше смутился Борис, потому что по рисунку и у него были вопросы. Он не решился их задать Владу, полагая, что просто не шибко разбирается в веяниях обойной моды. Особенно в той узкой специализированной области, которая касалась детского настенного творчества. — А ты что видишь?
— Ну… — пришла пора друга пройти тест Роршаха. — Тут… под зеленой пальмой, в лучах оранжевого солнца, маленький красный тигренок сосет сиську у фиолетового бегемота, ну или не сиську, но тогда вообще все плохо. Но то, что они в ярко-голубой луже при этом, это совершенно точно!
— Не-е, — настал черед Бориса облегченно выдохнуть, потому что его версия была тоже витиеватая, только вместо «сиськи» в ней в свое время фигурировал «язык», однако делиться этой версией он не стал, а рассказал то, что потом, задыхаясь от смеха, объяснил Влад: — Это не сиська, а хвост! И вообще, никто ничего не сосет, просто бегемотик догоняет тигрёнка.
— Серьезно? — уточнил Толик. — А не наоборот?
— Не суть, — увел разговор в сторону Борис, потому что на самом деле тяжелые мысли по поводу рисунка его тоже посещали, но Влад пояснил, что это какой-то любимый Надеждой мультик, да и потом сам Борис в комнате с такими обоями спать не собирался. — Так мы сможем их поклеить?
— Как два пальца, — бодро подтвердил Толик. — Ща еще накатим, потом надо померить высоту от плинтуса до потолка, нарезать полоски одинаковой длины и приклеить их обойным клеем к стене.
— И все? — восхитился Борис, вертя в руках вторую бутылку.
— Нет, ну там есть определенные нюансы, — покопался в памяти гуру ремонта. — Например, можно клеить встык, а можно внахлест… — и замолчал, потому что на этом его знания о поклейке обоев все-таки закончились.
— А мы как будем? — заинтересовался Борис.
— Внахлест конечно! — с видом знатока заявил Толик. — Чтобы щелей между полосами не было. — А! И от старых обоев надо избавиться.
— Это будет сложно, — помрачнел Борис и ткнул в сторону нужной комнаты. — Сам посмотри.
— Что это? — поколупал ногтем стену Толик. — Сколько здесь слоев?
— А я почем знаю? — отодвинул ногой подальше банку с клеем Борис. — То ли четыре, то ли пять. Здесь до Влада дед жил.
— Поди, стены были кривые и он так их выравнивал, — предположил Толик и крепко задумался. — Но это не должно нас останавливать! Сверху поклеим. Так быстрее да и зимой теплее будет, — подмигнул он Борису, которому в эту минуту явственно привиделись рога и копыта, обрамляющие собеседника. Он помотал головой, покачнулся и предположил:
— Может, не надо? Может, Влада дождемся?
— Ты мужик или совсем пассивная хрень? — насуропился Толик.
— Мужик! — покраснел Борис, гадая, как это друг определил расстановку сил в их паре. Немедленно захотелось доказать свою мужественность.
— Ну так чего ты зассал? Тут делов-то? — успокоил Толик и взялся за ножницы. — Разводи клей.
Делов действительно оказалось не так уж много. К полуночи одна стена была оклеена свежими обоями. Толик и Борис обозревали проделанную работу, отойдя от места приложения силы на безопасное расстояние.
 
— Чета не складывается пазл, — вынужден был признать Борис, и напарник озадаченно почесал в затылке:
— Видимо, следовало не внахлест клеить, а все же встык.
— Или рисунок на обоях совмещать, — дошло наконец до Бориса.
— Не, ну так тоже ничего, — постарался нивелировать ситуацию Толик. — Даже лучше, чем было!
Борис еще раз окинул стену взглядом и подвел итоги:
— Теперь получается, что тигренок трахает бегемотика в рот, или бегемотик ебет тигрёнка, и все это в пальмах и лужах. И так стотысяч миллионов раз…
— Не, ну вдруг твоему Владу так даже больше понравится? — не сдавался Толик. — Он же нетрадиционной ориентации. А это, — он обвел результат их рукоделия, — очень нетрадиционно.
— Влад — гей, а не зоофил, — мрачно подчеркнул Борис. — Надо как-то исправлять ситуацию.
— Пойдем для начала выпьем, — предложил Толик.
— Хватит, — наотрез отказался Борис. — Выпили уже. Думай давай.
Толик послушно задумался и наконец предложил:
 — Слушай, ну давай попробуем те обои, которые я принес.
— Нет уж, — отмел предложение Борис.
— Борь, семь бед — один ответ, — использовал как аргумент народную мудрость Толик.
Борис обреченно крякнул и пошел разводить сухую обойную смесь водой из-под крана. Смесь взбухла, завоняла и стала похожа на содержимое горшка ребенка из младшей детсадовской группы — плохо переваренная овсянка с вкраплениями зеленого горошка и кукурузы.
— Во-первых, говно, во-вторых, мало, — подытожил Борис, вернувшись назад.
— Тогда, может, туалет оклеим? На него много не надо, — предложил Толик. — Или что там сейчас у вас? Плитка?
— Нет, плитку мы еще не выбрали. Там пока старый ржавый унитаз.
— Ну вот! — прибодрился Толик. — А будут новые обои. Лучше, чем ничего.
Борис хотел что-то возразить, но логика в словах приятеля была. Не зря Борис даже после водки оставался трезв и рассудителен, как судья.
— Ладно, — кивнул он. — Как эту дрисню по стенам мазать?
— Ну, не знаю, — впервые за вечер пришел в замешательство Толик и задал неожиданный вопрос: — Холодная?
Борис с омерзением сунул палец в ведро.
— Не, — брезгливо передернулся он. — Я горячей водой разводил.
Они потолкались в тесном туалете, не решаясь начать. Борис вспомнил, что у Влада где-то был пластиковый скребок. Однако скребок был один. Поэтому виновато сопящий Толик стал размазывать разноцветную хрень по стене прямо ладонями. Получалось не очень аккуратно, но Толик старался, а отступать было некуда. Впереди была Москва и утренний приезд Влада. Слава богу, что детской неожиданности в этот раз хватило на весь туалет. Жаль только, что на стене она выглядела немногим лучше, чем в ведерке. Если не сказать хуже.
— Высохнет, будет нормуль, — похлопал грязной пятерней Бориса по плечу Толик и засобирался. — Ну я пойду.
— Куда? — зловеще поинтересовался Борис.
— Домой, — невинно попытался стряхнуть длань судьбы инициатор сего безобразия.
— Так метро не ходит уже, — ощерился Борис, которому не улыбалось встречать Влада в подобном кошмаре без того, на кого можно было бы переложить всю вину. — Три ночи на дворе!
— Ну, Бор-р-рь! А вдруг мне твой Влад жопу порвет за такое? — заныл приятель.
— А у меня клея обойного целое ведро осталось, — приободрил его Борис.
Толик вздохнул и, поняв, что отвечать придется вместе, постарался обезболить ситуацию по максимуму:
— Тогда пойдем хоть водку допьем!
***
Приезд Влада они проспали. Они вообще все проспали, ибо заснули под утро, вповалку и на месте преступления. Проснулись от спокойного голоса Влада:
— Что это за зоофилия у нас на стенах?
— Влад, — обрадовался Борис, но тут же схватился за гудящую голову и зашипел на бившее в окно солнце, как вампир. — Тебе нравится?