Последняя из своего рода (Том 2) (СИ)

Я осторожно листала старый пергамент, принесенный хранителем, ища нужное. Мервин не вмешивался, просто сидел рядом и смотрел на меня. Последнее время я постоянно ловила на себе его долгие взгляды. Если упоминала об этом вслух, он виновато улыбался и объяснял, что соскучился, вот только в его глазах наряду с привычной нежностью я слишком часто замечала болезненную тоску.
— Нашла, — я указала на нужные страницы. — Садись ближе.
Триста восемьдесят три года назад, сухими строками сообщала хроника, во время предпоследней войны мой прадед, незадолго перед тем взошедший на престол, попал в Сдвоенном мире в плен. Женщина из народа двусущных помогла ему бежать, и, вернувшись, во исполнение данного ей обещания король объявил: грабительских набегов больше не будет. Его решение возмутило знать — благородным эль–туань требовались новые рабы и новые богатства. Противостояние длилось около двух лет, потом, под давлением магов–арито, прадед сдался. Все его последующее правление набеги продолжались…
Я отодвинула пожелтевшие листы. Вот оно что. Сумел бы предок настоять на своем — и все стало бы так, как показал мне Хранитель Лабиринта. Чудо при Трааде, Завет с Драконом — очевидно, в том нереализованном прошлом прадед сумел заручиться поддержкой жрецов, противопоставив их влияние давлению магов–арито, сумел напрямую договориться с Драконом, жившим в то время, и тем самым укрепил свою власть, пошатнувшуюся из–за противостояния знатным родам королевства. Непростое решение, но возможное.
Но что должна буду сделать я? У меня не было никакой власти — ни реальной, ни даже номинальной. От меня ничто не зависело. Или же я просто не видела иного пути реальности, как не сумел увидеть прадед?
* * *
— Стало известно, что, хотя щиты над нашим миром готовы, кадари продолжают стоить Ветвь Бъелльхелла, — рассказал мне Мервин несколько дней спустя.
— Значит, они нашли способ эти щиты пробить, — делала я вывод. — Смысла блефовать при таких затратах энергии просто нет. А что говорит Дракон?
— Ничего, — таирт покачал головой. — У Кароса новая забота — дженнай. Он сумел найти и уничтожить уже два их гнезда. Сам Карос тебе этого, конечно, никогда не скажет, но за встречу с дженнай–полукровкой он весьма благодарен. Оказывается, и в Бездне, и даже в самом Сдвоенном мире давно творятся странности, но Дракон никак не мог определить их источник. Сперва он полагал, что дело в Адептах Хаоса, но и после уничтожения их культа странности не прекратились. Кстати, вампиры, похитившие тебя, тоже действовали по наводке дженнай. Там начал распутываться такой змеиный клубок, что Каросу не до нас.
Я вздохнула:
— Я — просто магнит для неприятностей. Думаю, достаточно вывести меня в Бездну — и все дженнай, спрятавшиеся там, выйдут навстречу.
— Знаешь, шутить о таком в присутствии Кароса я бы поостерегся, — серьезно предупредил Мервин. — А то он и впрямь так поступит.
Потом таирт заговорил о нашей свадьбе.
— Карос запретил даже упоминать о ней, пока ситуация с кадари не разрешится. Когда выяснилось, что народ изгнанников помогал сопротивлению, желая ослабить страну перед собственным вторжением, восставшие притихли, все нападения на людей Дракона прекратились. Но если всколыхнуть народ известием о нашей свадьбе, последствия непредсказуемы.
Я молча кивнула — он был прав. Кроме того, моя свадьба с мужчиной, которого все считали предателем, подорвала бы то немногое доверие, что еще осталось к имени Шоралл.
Колебались две чаши весов, и мое личное счастье падало в ту, что несла гибель тысячам.
  
Глава 6
 
Я проснулась от пронзительного скрежета, который будто ввинчивался мне в голову иглами. Открыв глаза, вместо нашей с Мервином спальни увидела лишь мельтешение зеленых и желтых огней. Вновь торопливо зажмурилась, зажала ладонями уши — и поняла, что звук слабее не стал.
— Риэль, вызови Нити! — прорвался сквозь скрежет голос Мервина. — Поставь полную защиту по всем стихиям!
 
Работать с Нитями оказалось сложно, мерзкий звук отвлекал, но я все же справилась — и скрежет стал куда слабее, отходя на периферию сознания, а огни исчезли. Когда я вновь открыла глаза, увидела нашу комнату и Мервина.
— Что это за звук? — я перевела взгляд на окно, где в щель между шторами струился яркий свет, хотя мои внутренние часы говорили о глубокой ночи. — Что происходит?
— Ветвь Бъелльхелла начала действовать, — Мервин сделал резкий жест ладонью, шторы разошлись в стороны, и несколько мгновений мы молча смотрели на ночное небо, до самого горизонта располосованное огненными линиями.
Я сползла с кровати, подошла вплотную к окну, распахнула створки и, высунув голову, посмотрела наверх. Все восемь огненных полос сходились в единой точке почти над нашими головами, деля склон неба на сектора — словно какой–то безумный бог перепутал небеса с праздничным тортом и нарезал их по числу гостей. «Почему восемь?» — возник у меня в голове неуместный вопрос. Или это количество тех, кто приглашен на вечеринку безумного бога?
Я обернулась к Мервину — лицо таирта заметно помрачнело. Похоже, представшее перед нами зрелище оказалось неожиданностью не только для меня. Еще пару секунд он смотрел на огненные полосы, будто что–то подсчитывая, потом взял с ночного столика широкий металлический браслет с гравировкой в виде драконьей пасти, надел на левое запястье и замер, глядя в пустоту перед собой, беззвучно шевеля губами. Я молча ждала. Неожиданно Мервин вздрогнул, потом выдохнул и повернулся ко мне:
— На Сдвоенный мир напали дженнай, Дракон не придет нам на помощь… По крайней мере, пока не отобьет атаку. Он сказал — это займет не меньше суток.
Я застыла.
— Сколько… — мой голос сорвался, и я начала снова. — Сколько времени мы сможем продержаться? Сколько выдержат щиты?
— Против кадари — очень долго, но если нам противостоит магия дженнай, то меньше часа, — сказал Мервин, потом поднял ладони в знакомом жесте вызова Врат. Ничего не произошло. Он попробовал снова — с тем же результатом.
— Что ты пытаешься сделать?
— Отправить тебя в безопасное место… Похоже, Теритт окружен барьером — я не могу пробиться в Бездну. Тогда сделаем по–другому, — он торопливо схватил меня за руку и потянул к выходу из комнаты. Я не поддалась.
— Что ты задумал?
Меньше часа, чтобы обрушились щиты… Меня обдало холодом при мысли о том, что сделают кадари — и их союзники дженнай — с моим народом за оставшееся время. Двадцати три часа… Останется ли от населения королевства хоть половина к тому моменту, когда придет Дракон? Отчего–то мне казалось, что нет. Это будет война на уничтожение — кадари нужна новая территория для своих кланов, а эль–туань — досадная помеха этому. Они сотрут нас с лица земли, разрушат храмы — связывающие Теритт со Сдвоенным Миром — и поставят новый Барьер против Дракона. Двадцати трех часов вполне хватит для этого — на стороне кадари несколько сотен миллионов взрослых воинов, великолепно владеющих как обычным оружием, так и магией, и Властелин ведает сколько дженнай.
В глазах Мервина я заметила то выражение, которое прежде видела только однажды, когда он вел меня на первую встречу с Драконом.
Страх.
Страх не за свою жизнь, а за мою.
— Из главного храма я смогу пробить барьер, сконцентрировав энергию щитов, — объяснил таирт торопливо. — Риэль, скорей же!
Резким движением я выдернула у него руку:
— Но тогда щиты точно рухнут!
— Им все равно без присутствия Дракона долго не выдержать. Вот этого, в небе — этого вообще не должно было случиться! Ветвь Бъелльхелла не должна создавать такое! Не может! Будь уверена, это не магия кадари, это творение дженнай!
 
Мервин пытался говорить спокойно, но я видела — еще минута, и он потащит меня в храм, не слушая никаких возражений. Если понадобится — то и силой.
— Значит, мы обречены?
— Нет, мы нет.
— Но наш мир? Наши люди?