Последняя из своего рода (Том 2) (СИ)

— Обноски? — подсказала я с готовностью. Он торопливо затряс головой:
— Нет–нет, я хотел сказать — несмотря на твою скромную одежду. Я наблюдал, как ты держишь себя, как говоришь, как двигаешься…
Я пожала плечами:
— Моя семья благородной крови, если ты об этом. И я из другого мира.
— Я так и понял, — Ольф кивнул. — Но почему ты оказалась здесь? Одна? Почти каждую смену сезонов через наш город проходит маг, почти всегда — мужчина, и все они ищут сокровища, расспрашивают, выпытывают. А тебе словно ничего этого и не надо.
— У вас водятся сокровища? — я вскинула брови.
Ольф рассмеялся:
— Нет, но магам трудно в это поверить, — посерьезнел. — Но все же, Риэль, зачем ты пришла к нам?
— Меня заставили, — я поежилась и на всякий случай спросила Ольфа: — Ты не знаешь, есть ли из Лабиринта другой выход?
Ответ прозвучал предсказуемо:
— Выход откуда, Риэль? О каком лабиринте ты говоришь?
* * *
На третий день пути вдали появились силуэты высоких холмов, а на четвертый Ольф сообщил, что мы приближаемся к замку местного владетельного лорда, Амира ги-Ринн, того самого герцога, о котором упоминал трактирщик.
Замок правителя стоял на вершине одного из холмов, окруженный крепостной стеной и глубоким рвом, со свободным пространством на три версты, тщательно очищенным от деревьев и кустов.
Наш путь шел в обход замка, по широкому тракту. Я внимательно слушала Ольфа, рассказывающего о плотоядных рыбах, живущих во рве, о том, сколько раз замок пытались взять штурмом, и у скольких это получилось.
— Никому, — с такой гордостью произнес юноша, словно при всех осадах он лично стоял на крепостной стене и отражал атаки. — Никому не удалось.
— Удивительно, — согласилась я, оценивая высоту стен и прикидывая, какой толщины должны быть ворота, не видимые с нашей стороны холма. — Тем более удивительно, что я не вижу на крепости ни одного Плетения или скопления Нитей.
— Не видишь чего? — сбился с мысли Ольф.
— Магии, — пояснила я, не желая вдаваться в подробности. Зря я сказала последнюю фразу вслух — ни к чему дразнить лишенного Дара.
— А вы, в своем мире, укрепляете замки магией? — глаза юноши загорелись интересом.
— Иногда, — ответила я уклончиво, и на всякий случай добавила: — Это работа мужчин. Я не умею.
— Жаль, — с разочарованием вздохнул Ольф.
Приближался закат, наш растянувшийся караван должен был вскоре сойти с дороги. Потом все повозки расставят в два круга, внутренний и внешний, выставят по внешнему периметру стражу, начнут варить ужин. Весьма кстати, я уже проголодалась.
Я посмотрела на восток, где медленно набухала туча. Только бы к вечеру не пролился дождь.
— Ольф, если начнется гроза, нас ведь все равно накормят?
— Гроза? — удивленно переспросил тот. — Риэль, в это время года не бывает гроз.
— А там тогда что? — я показала на тонкую фиолетовую полосу у края горизонта. Пока туча была еще слабо заметна, но через несколько часов вполне могла оказаться над нашими головами.
Ольф несколько мгновений растерянно смотрел туда же, потом вдруг резко сорвался с места и понесся вперед, в голову каравана, где степенно ехало начальство.
— Ги Тесах, — закричал он. — Ги Тесах, с востока летят трейсы!
Люди, все как один, повернулись к фиолетовой полосе на горизонте, а потом, опять же одновременно, начали работу. Все двигались слажено, четко зная свои и чужие обязанности. Никакой суеты и паники, ничего лишнего, словно и не люди даже, а муравьи, единый живой организм, знающий, что надо и как надо. Расставили повозки, натянули над ними сеть из тонкого блестящего материала, выпрягли и согнали вместе лошадей, надели на них какую–то непонятную сбрую. Немногочисленные женщины помогали, потом скрылись в крытых повозках.
А я все также в отдаление сидела на своей кобылке и любовалась происходящим до тех пор, пока ко мне на полном скаку не подлетел Ольф. Ну вот, а он как раз выбился из ритма. Уверена, в общем действе ему тоже была отведена четкая роль.
— Риэль, ты почему все еще здесь? Живо в повозку! — он протянул руку, чтобы ухватиться за повод кобылы и отвести ее к положенному месту. Я мысленно усмехнулась своей аналогии: местные муравьи не бросают своих, даже если свои совсем новенькие и не разбираются в муравьином устройстве. Правильный муравей вернулся за муравьем заблудившимся.
 
Я легонько подтолкнула лошадь, позволяя ей идти туда, куда тянул Ольф. Заметив нас, ги Тесах, начальник каравана, прекратил что–то втолковывать двум охранникам и всей своей массой развернулся в мою сторону.
— Даана Риэль, — обратился он ко мне со всей официальностью. — Вы среди нас единственный маг. С какой позиции вам будет удобнее жечь трейс?
Я огляделась.
— Думаю, за пределами защитного полога, иначе я могу его повредить, — предложила первый вариант, пришедший мне в голову. — Но достаточно близко, чтобы я успела укрыться, когда истрачу резерв.
Ги Тесах кивнул:
— Тогда с восточной стороны от полога, — потом перевел взгляд на Ольфа, с мрачным видом слушающего нашу беседу. — Поручаю тебе защищать даану.
— Будь ты хоть трижды магичкой, но во время битвы женщина должна сидеть в безопасном месте, только мужчина должен сражаться, — недовольно пробормотал Ольф и со злостью посмотрел вслед уходящему человеку. Я опустила взгляд, с трудом удерживаясь от улыбки. Если бы я рассмеялась сейчас в ответ на это негодование, Ольф не понял бы меня, обиделся. Юноша верил, что женщина априори слаба и беспомощна, и что с того, что, призвав любую из четырех стихий, я могла бы уничтожить половину этого лагеря? Пусть верит. Когда тебя готовы защищать — это приятно.
Туча двигалась куда быстрее, чем было положено обыкновенной, наполненной дождем. Приближалась, растягивалась на все небо и отвратительно стрекотала сотнями тысяч надкрыльев, шелестящих о покрытые хитином тела. Я подняла руки, готовясь вбросить в приготовленное заранее Плетение последнюю Нить. Вот трейс приблизятся еще немного, и… Огонь вспыхнул небесной дугой, прожигая брешь в их ровном движении, и несколько тысяч насекомых упали на землю пеплом. Остальные слажено разлетелись в стороны, огибая опасное место. Я мысленно кивнула: Ольф рассказывал мне, что именно так они себя и поведут. Пока все шло по плану.
Еще две дуги обняли небо по бокам, жирная черная сажа посыпалась на землю, удобряя почву. Изрядно поредевшая стая зависла в воздухе, не решаясь приближаться. Еще один выброс Силы, еще один заблаговременно приготовленный огненный щит, и трейс повернут назад. Я чувствовала это — три огненных удара смутили псевдоразумный рой, трейс испугались. Вот и четвертый. И… ничего. Хотя нет, не так, — вместо отступления пошла перегруппировка, рой поднялся выше, но продолжал двигаться вперед.
— Ольф! — я обернулась к юноше, который зачарованно стоял, запрокинув голову, глядя, как последние разряды Силы дожигают не успевших увернуться трейс. Погибли десятки тысяч тварей, но и осталось не меньше. — Ольф, ими кто–то руководит со стороны! Кто–то сильнее меня. Они боятся, но все равно летят.
Юноша посмотрел на меня непонимающе, словно не узнавая, в глазах благоговение перемешалось с отчетливой опаской. Потом мои слова дошли до его сознания, и он вздрогнул.
— Ты уверена?
— Да. Иначе бы они уже повернули.
— Значит, отступники, — пробормотал Ольф, потом добавил несколько богохульств, которые я предпочла не услышать.
— Мой резерв почти исчерпан, — сказала я ему. — Мы должны вернуться под защиту полога.
Ольф торопливо кивнул, и мы побежали к кругу повозок. Про исчерпанный резерв я преувеличила: Силы у меня осталось немало. Немало, но недостаточно, чтобы уничтожить всех трейс, а оставаться беззащитной в чужой земле я не собиралась.
 
До того, как первые насекомые роя окажутся прямо над нашими головами, оставалось еще несколько минут. Мы проскользнули внутрь защищенного пространства, Ольф огляделся, выискивая взглядом ги Тесаха, и торопливо подошел к нему. Я шла следом.