Бывшие (СИ)
Изо всех сил стараясь соблюдать участливую мину, киваю, словно слушаю, а сама не могу не смотреть на Сашу и его собеседницу. Она больше не лапает его, но стоит слишком близко, с простыми знакомыми настолько рядом не стоят.
Сейчас ее блондинистая голова закрывает обзор на лицо Градова, поэтому я не знаю, куда он смотрит. Но судя по микрорасстоянию между их телами — ей в декольте.
— Я слушала и поверить не могла — бывает же такое! — продолжает щебетать мама. — Когда-то, еще в молодые годы, она работала преподавателем в колледже и влюбилась в своего студента, представляешь? Она была очень бедной в то время, а он, парень этот — Ян, сын кандидата в мэры города… Сама понимаешь, да, где она и где он! Да еще она на несколько лет его старше, а в те годы к подобному относились не как сегодня. Подобная связь считалась вопиющей! Ее могли выгнать с работы и вообще лишить права преподавать, но их чувства были настолько сильными, что…[2]
— Мам, а кто это? — знаю, перебивать нехорошо, но судьба какой-то незнакомой тетки волнует меня сейчас в последнюю очередь.
— Ты о ком?
— Вон та женщина, рядом с Сашей.
Мама несколько секунд ищет глазами парочку, а потом безразлично пожимает плечом:
— Ты об Иванне? Это его невеста. Вернее, я точно не знаю, помолвлены они или нет, но Марат говорил, что, вроде бы, что-то такое в ближайшем будущем намечалось, если я ничего не путаю.
Мир меркнет. Вот так вдруг, ни с того ни с сего, когда, казалось бы, ничего не предвещало. Пять лет прошло. Пять! У нас давно разные жизни, я сама живу с мужчиной и предполагала, что и у него наверняка кто-то появился, бабы вокруг него всегда крутились. Но предполагать — это одно, но вот так воочию…
— Красивая она, правда? — кивает мама на парочку. — Саша рассказывал, что в конце девяностых она была моделью, снималась для каких-то журналов, правда, не у нас, а в Польше.
Осматриваю ее снова с ног до головы. Действительно красивая, не поспоришь. И это раздражает.
— Она старая, — бурчу, захлопывая альбом.
— Вообще-то, она на пару лет меня моложе! И если судить по твоим словам, то я уже порядком лежалый товар, — делано обижается мама, и я, улыбаясь, приобнимаю ее за плечо.
— Ты выглядишь просто супер. А вот она наверняка снималась в Плейбое. Я отлучусь на минуту, хорошо?
Сую альбом ей в руки и ухожу на лоджию. Мне срочно нужен глоток свежего воздуха. Или никотина. Я попрощалась с этой пагубной привычкой уже давно, но в сумочке всегда лежит резервная пачка на «черный» день. Кажется, он неожиданно настал.
Чертов Градов!
Открыв створки, запускаю в внутрь балкона сырой ветер и замираю, когда слышу за спиной скрип распахнутой двери…
2- Яна Альбертовна и Ян — герои моего бесплатного романа «Давай никому не скажем». Мама Вики была права — история их любви действительно удивительна. Книгу можно найти на странице автора
Глава 11
— Привет, — мужчина лет тридцати топчется у приоткрытой двери. — Разрешишь составить тебе компанию?
Вот этого мне только для полного счастья не хватало. Кавалер с плешивой бородкой-эспаньолкой — не зря три часа платье выбирала.
— Извини, у меня важный телефонный разговор.
Стиляга мнется пару секунд, а потом все-таки оставляет меня одну.
Это был не Саша, а я, признаюсь, в первую секунду решила, что это он. Идиотка.
Я не люблю, когда что-то идет не по моему плану, а здесь все просто коту под хвост. Я думала, что придя сюда я буду более уверенной в себе, более… циничной, что ли. Что буду смотреть на него свысока или не смотреть вовсе.
Я хотела прийти сюда и, увидев его, удивиться: «и вот по этому я сохла столько лет?». Мечтала разочароваться и выдохнуть, наконец. Да, вот такое детское и совершенно глупое желание! Злорадно мечтала увидеть, что он постарел, растолстел, полысел и вообще стал совсем другим, ведь в ту короткую встречу в ресторане я не успела его толком рассмотреть. Черта-с два, мои ожидания не оправдались — он потрясающе выглядит, ничуть не хуже, чем пять лет назад. И баба его выглядит потрясающе! А я вот, кажется, выгляжу круглой дурой. Бриллианты эти нацепила… Кого я хотела ими поразить? Сашу?! Человека, который клал на все материальное?! Да и на меня он, наверняка, класть хотел не меньше. Он кинул меня когда-то, с чего я вообще взяла, что ему есть до меня хоть какое-то дело?
Становится от чего-то так обидно, до позорных слез, но я не даю им пролиться: задрав голову, часто моргаю, рассматривая сквозь пелену и без того мутное московское небо.
Только не реветь, еще чего. Хватит, нарыдалась уже в свое время.
Это все ностальгия, пмс не за горами. Тигран еще со своим ночным загулом настроение испортил, одно наложилось на другое.
Я сильная. Я красивая. У меня успешный мужчина. У меня все просто отлично и уж точно лучше, чем у него. Владелец ЧОПа, тоже мне заслуга к сорока годам! А мне всего двадцать четыре и вся жизнь впереди.
Я убеждаю себя, убеждаю… а предательские слезы подбираются к глазам все ближе.
За спиной снова открывается дверь, и я резко вздрагиваю, уронив столбик пепла на пол.
— Вик, пошли, аниматоры уже приехали, мы можем садиться за стол, — заглядывает на балкон мама и, заметив мои покрасневшие глаза, мрачнеет: — Все нормально?
— Да. Замерзла только, — с улыбкой топлю окурок в пепельнице и следую за мамой обратно в дом.
Настроение безвозвратно утеряно, как и моя уверенность в себе. Саша скоро женится, а значит, влюблен в другую.
Теперь я знаю точно — он меня забыл.
***— Может, потанцуем?
— Не хочу.
Обхватив бокал, отшиваю уже второго ухажера за вечер. Я даже не знала, что здесь будет столько свободных мужчин, не детский праздник, а просто дом свиданий какой-то.
В центре гостиной топчатся две великовозрастных парочки, многие уехали, забрав детей домой. Семка тоже уже лег спать, остались одни взрослые: мужчины сбились в кучу обсуждая бизнес и футбол, женщины шепчутся о своем, девичьем. Но мне не хочется собирать сплетни с кучей незнакомых теток чуть-чуть «за». Ну о чем мне с ними говорить? О новом рецепте запеканки или в какое еще место воткнуть омолаживающие филлеры? В первом я ни черта не шарю, впрочем, как и во втором. Наверное, я осталась последней подружкой миллионера в столице, кто еще ни разу не вкачивал в себя какую-нибудь дрянь.
«Миллионер» позвонил уже дважды, пришлось наплести, что я развлекаюсь тут в уютном семейном кругу. Так весело, аж повеситься хочется. И можно бы уехать… но там Тигран, как назло он сегодня проводит вечер дома. Не хочу видеть его, не хочу делать вид, что у меня все в порядке, а иначе с ним нельзя — начнутся расспросы: что, почему… Не хочу.
— Вик, иди к нам! — машет рукой мама, подзывая в «кружок по интересам», но я отрицательно качаю головой, надеясь, что от меня отстанут. Отпиваю глоток вина и перевожу угрюмый взгляд на Градова: сидит на софе в окружении мужиков. Спиной ко мне. Он вообще весь вечер старательно меня избегал, делал все, чтобы не дай Бог не столкнуться, даже глазами. Плевать ему на меня, вот и все. И не смотрит, не потому что чувствует какую-то вину или где-то екнуло — ему просто все равно. Чего не скажешь об его отношении к новой пассии, сама галантность — выдвинуть стул, подлить вина, подать салфетку. Так приторно все, аж скулы сводит.
Красное полусладкое немного ослабило тетиву напряжения — нервы больше не звенящие струны, и жалеть себя перехотелось. Я смотрю на него все чаще и все открытее, и кажется, его пассия это заметила, по крайней мере я поймала на себе пару ее любопытных взглядов.
Нет, не может быть, чтобы она о нас знала. Это было так давно, да и вряд ли наша связь это то, о чем хочется рассказать новой подружке. Но факт остается фактом — она на меня периодически смотрит. А вот Саша нет, хотя я чувствую, что ему некомфортно в моем присутствии — все сидят расслабленно, а он напряжен, спина прямая, движения скованные. И чем дольше я сверлю его затылок, тем ему словно становится все более не по себе — ерзает на месте, молчит, то и дело отхлебывая из стакана минеральную воду. Конечно, чуть-чуть пригубил в начале вечера крепленого и хватит, он же спортсмен, здоровый образ жизни и все дела. Не то, что я, на моей морали все давно уже поставили жирный крест.