Контртеррор (СИ)

Честно говоря, я вообще не представлял, как при таком соотношении морских и сухопутных сил можно говорить о победных и наступательных действиях. Это, кстати, во время второй игры отметил Николай, заявив: «Не следует пренебрегать своим противником, особенно когда моральные качества его столь своеобразны, как у самураев-японцев, а следует заботиться о достаточном развитии своих собственных сил и внимательно следить за развитием соседей».
Вторая игра вновь закончилась разгромом русского флота. Степан Осипович маниакально хотел дать генеральное сражение на море. Но к добру это не привело и на этот раз. Вновь пришлось «сдать» Порт-Артур и Квантун, а дальше вести окопную войну на экономическое истощение противника.
Великий князь Сергей Михайлович воевавший в этот раз за «русскую партию», смог убедить Куропаткина и Сахарова, что редуты и люнеты вчерашний день. Необходима эшелонированная оборона, врытые в землю долговременные оборонительные точки для пулемётов и орудий, а также использовать орудия, желательно гаубицы, только с закрытых позиций.
В ход пошли мои придумки с зигзагообразными окопами полного профиля, ежи с колючей проволокой, деревоземляные огневые точки, землянки в три наката, воздушные шары для корректировки огня. Короче, многое из того, что собирал в папочку покойный Александр Третий. Её после нашего разговора о научно-технической революции с разрешения императора Сергей Михайлович активно изучал.
Только в ходе третьей игры «русской партии», не смотря на отдельные неудачи и потери, в целом удалось выполнить задачу по помощи в развёртывании в Маньчжурии и на границе с Кореей русской армии, а также затруднению высадки японских войск, как в Корее, так и на Квантуне.
Куропаткин в начале игры отметил, что в связи с удалённостью возможного театра военных действий, не смотря на находящиеся сейчас в Маньчжурии наши войска, в первые месяцы войны японская армия будет иметь превосходство над русской. Поэтому основной задачей русского флота в начале войны должно быть обеспечение стратегического развёртывания русской армии в Маньчжурии.
Соответственно, из предыдущего положения вытекал вывод о значении крепости Порт-Артур и Квантунского полуострова. Представители армии после двух игр чётко определили, что данный театр боевых действий в целом имеет для боёв на суше второстепенное значение, несмотря на то, что крепость и находящиеся там войска будут подвергнуты обязательной атаке противника. Но оборонять Порт-Артур надо до последнего, для того чтобы стянуть туда как можно больше японских войск. Основная цель войны отстоять Маньчжурию и победить, чтобы диктовать свою волю противнику.
Макаров по поводу роли флота в обороне Порт-Артура заявил, что вынужденное придание Квантуну, вследствие его слабости, значения главного объекта действий противника вынуждает наш флот заниматься обороной сухопутной крепости. Данная задача для флота несвойственная, поэтому может быть выполнена лишь относительно. По той же причине флот отвлекается от своих главных задач и попадает в весьма невыгодное исходное положение для операций на море.
Несмотря на такое заявление, во время третьей игры Макаров генерального сражения двух флотов избегал, активно используя минирование с «Амура» и «Енисея», а также атаки миноносцами. В этой связи в конце этой игры был сделан важный вывод о сбалансированности состава русских морских сил на Дальнем Востоке – в их составе явно ощущался недостаток современных крейсеров и миноносцев.
Ещё одной проблемой по результатам разбора игры были трудности, связанные со снабжением кораблей углём, что в значительной степени стесняло действия русской стороны. По данному вопросу контр-адмирал Рожественский предложил срочно заняться решением этой проблемы, в том числе и за счёт разработки месторождений местного угля.
В общем, победоносной и маленькой войны не получалось. Все три игры показали, что война будет на истощение на суше и кому как повезёт на море. При этом есть большая вероятность лишиться Тихоокеанского флота. Это ещё во время игр не поднимался вопрос о том, как поведут себя наши заклятые союзники по антикитайской коалиции.
 
Я очнулся от дум, быстро домылся и отправился к супруге в спальню. Две ночи у меня точно есть, и надо провести их ударно. А то вернётся Государь с учений, и когда потом смогу вырваться домой даже и не знаю.
Следующий день провёл с Машенькой. Она на учёбу тоже не пошла. Позавтракали, прогулялись по Невскому проспекту. Возвращаясь с прогулки домой, зашли в Пассаж и посетили «Зрелище электронного мира». Так здесь и сейчас называлось изобретение братьев Люмьер – синематограф. Зальчик с экраном был небольшой, мест на шестьдесят.
Показывали три фильма. Первый о прибытии поезда на вокзал. Мне сразу же вспомнился фильм «Человек с бульвара Капуцинов». Как ковбои палили из револьверов в надвигающийся на экране поезд. Мне было смешно и грустно. А вот Машенька тоже напугалась и крепко прижалась ко мне, схватившись за плечо.
Второй фильм, та же комедия со шлангом «Политый поливальщик». Тупо, но зал смеялся до слёз. Третий фильм можно было бы назвать: «Жизнь Невского проспекта». В течение трёх минут на экране, судя по всему, из окна Пассажа был заснят Невский проспект напротив Гостиного двора. Люди, повозки, кареты. Показалось, что сижу в кинотеатре и смотрю хронику. Только теперь для меня это не хроника, а реальная жизнь.
На следующий день в двенадцать ноль-ноль вышел из дома и направился к Зимнему дворцу. Часа через два туда должен будет прибыть из Кронштадта император. Эскадра вчера поздно вечером встала на рейде, но к утру слухи уже просочились в столицу. Ученья вновь закончились, мягко сказать, с удовлетворительными результатами, и светский Петербург застыл в ожидании.
А меня со вчерашнего вечера мучила моя чуйка. Начала она потихоньку напоминать о себе, когда вернулись с женой домой с прогулки. Машенька по дороге восторженно комментировала просмотренные фильмы супер короткометражки, а я, думая о том, что бы она говорила, увидев цветной фильм на большом экране, ту же четырёхсерийную эпопею Бондарчука «Война и мир», почувствовал, что что-то в окружающей обстановке не так. Что-то царапнуло сознание и не отпускает.
Если ночью тревожные чувства, благодаря любимой, ушли, то с утра чуйка напомнила о себе. Так и не разобравшись, что же такое вчера случилось, решил подстраховаться и кроме штатного нагана в открытой кобуре сунул в специально пришитый внутренний карман бекеши одну из подаренных ещё в девяносто третьем году Кораблёвым малюток – револьвер «Galand Tue-Tue».
Двигаясь неспешно по Невскому проспекту, прикидывал, откуда ждать опасности. Навстречу шёл поток прохожих. День сегодня был безветренный, солнце то и дело выглядывало из-за туч. Народу было много и на тротуарах и на проезжей части. Некоторые симпатичные и молодые барышни, проходя мимо, улыбались, я автоматически козырял на приветствия военных. Чувство было такое, что кто-то держит меня на прицеле. Чуйка начала верещать всё сильнее, и вдруг спина будто покрылась инеем.
Не раздумывая о том, что буду глупо выглядеть, резко развернулся и, падая на правое колено, выдернул из кобуры наган. Увиденная картина вогнала меня в ступор. По мостовой ко мне быстро приближалась пролётка, которой управлял молодой человек, державший в левой руке вожжи, а в правой револьвер. В повозке же сидели две молодые, богато одетые девушки или женщины, причём обе целились в меня из пистолетов. Та, что посимпатичнее в азарте прикусила губу и привстала. Я, будто в замедленном кино, увидел, как её палец начал по миллиметру сдвигать спусковой крючок, судя по всему, браунинга.
 
В голове мелькнула обида, что у меня до сих пор нет такого пистолета, как тело начало действовать само. Выстрел. Целившуюся в меня симпатяжку вбило внутрь пролётки. Рефлекторно падаю вперёд, выстрел, но уже не мой. Чувствую, как порыв воздуха коснулся волос на макушке, а фуражка слетела с головы. Сзади раздался чей-то вскрик. Мой выстрел лёжа, почти в упор. Попал туда, куда и целился. На правом плече второй стрелявшей в пальто образовалось отверстие, а женщина откинулась на спинку сиденья повозки.